Чтение онлайн

— Это вам, лорд Гришэм!

Саманта протянула стакан, по своему объему больше напоминающий кубок, гостю, насмешка на лице которого сменилась недоверием. Слава Богу! Ей наконец-то удалось произвести на него впечатление! И это только начало…

Подбодрив себя, Саманта, как видавший виды моряк, подняла стакан и произнесла:

— Я пью за ваше великодушное участие, милорд. После этого она поднесла к губам зелье и сделала один глоток, потом другой… Сначала ей показалось, что какой-то злодей бросил ей в горло уголек. Раскашлявшись, Сэмми привалилась к буфету, стараясь вздохнуть. Сквозь туман, внезапно наполовший гостиную, она разглядела, что Ремингтон находится совсем рядом с ней и пытается дать ей выпить воды, предварительно отобрав у нее бренди. Воду она выпила с благодарностью.

— Вы в порядке? — поинтересовался Ремингтон, слегка приподнимая пальцем подбородок девушки.

Она молча кивнула.

— Чертенок, бренди тянут по глоточку, никто не пьет его залпом. — Рем провел большим пальцем по раскрасневшимся щечкам Саманты. — Может, лучше попьем чайку? По крайней мере сейчас?

— Полагаю, леди Саманта нуждается в отдыхе больше, чем в еде, — предположил Смитти, не переступая порога гостиной.

Больше всего леди Саманта нуждается в том, чтобы провалиться на этом самом месте, подумала девушка, отчаянно борясь со слезами стыда, которые досаждали ей сильнее, чем боль в горле.

— У меня есть предложение получше вашего, Смитерз, — вежливо произнес граф Гришэм. — Вчера леди Саманта упомянула о том, что намеревается сегодня отправиться к Хэтчарду за новыми романами. Я как раз направляюсь на Пикадилли. Так как тетушка леди Саманты нездорова и не может сопровождать ее, то вместо нее я хотел бы предложить себя. Разумеется, мы никуда не отправимся без вас, Смитти.

Прежде чем Смитти сумел выдавить из себя первое слово отказа, Саманта воскликнула:

— Это было бы просто замечательно! Я бы очень хотела поехать!

— Очень хорошо, — произнес лорд Гришэм, бросая вопросительный взгляд в сторону дворецкого. — Вы не возражаете, Смитерз?

Смитерз как раз собирался покачать головой, когда поймал на себе умоляющий взгляд своей подопечной.

— Ну… я полагаю… — запинаясь, начал он свой отказ.

— Ах, Смитти, спасибо тебе! — забыв о своем первоначальном намерении вести себя как важная и опытная леди, Саманта пулей пересекла комнату и обняла старого слугу. — Я предупрежу Милли, и мы быстро соберемся!

Рем смачно щелкнул языком, наблюдая за поспешными сборами молодой госпожи, но поймал на себе осуждающий взгляд Смитерза.

— Смитерз, — тактично вступил в объяснения Ремингтон, — я прекрасно понимаю ваше беспокойство, я уважаю его и хочу уверить вас в том, что вы волнуетесь напрасно. Несмотря на нелепые слухи обо мне, у меня нет привычки совращать малолетних, особенно девушек из хороших семей, которые едва успели соскочить со школьной скамьи. Итак, не волнуйтесь. У меня самые благородные намерения в отношении девушки, вверенной вашим заботам. Я привезу ее обратно домой в целости и сохранности, веселой, довольной и нагруженной новыми романами.

— Спасибо вам за ваши слова, милорд.

Смитти чувствовал себя так же уверенно, как муха, которую паук уговаривал чувствовать себя в его паутине как дома.

Некоторое время спустя, сидя в карете, прыгающей по булыжной мостовой Пикадилли и глядя на прелестную юную леди, безнадежно романтичную, находящуюся возле него, Ремингтон Уорт задумался над тем, как он к ней относится. Его тронула вовсе не ее безыскусная влюбленность — он знал цену дамским увлечениям и знал, что от восторженного чувства может не остаться даже воспоминания, когда девушка окажется в окружении поклонников. Нет, его привлекало безрассудное, безусловное доверие, которое она к нему испытывала. Она думала о нем как о высоконравственном, благородном герое. А он был кем угодно, только не героем. Самое время рассеять ее неверное представление о нем.

— Саманта… — тихо выговорил Рем, надеясь, что Милли не услышит их разговора из-за стука колес по булыжнику.

— Да? — Девушка слегка вздернула подбородок.

Глаза у нее были зелеными, нефритовыми. Волнующими.

Может, хоть что-то благородное в нем осталось?!

— Я полагаю, вам следует избегать бренди, — важно произнес Ремингтон. — Это не вяжется с вашим обликом.

— Я никогда раньше не пробовала бренди. То, что я сделала, было глупостью. Я прошу прощения.

С неожиданной нежностью Рем убрал выбившийся завиток волос девушке за ушко.

— Это было вовсе не глупо, и нет необходимости извиняться. Чертенок, вы всегда так обезоруживающе правдивы? — Поймав ее вопросительный взгляд, граф продолжал: — Дорогая, позвольте дать вам совет. Вы собираетесь открыть свой первый сезон. Десятки мужчин постараются завладеть вашей рукой и сердцем… и еще чем-нибудь, чем смогут поживиться, пока будут волочиться завами. Я бы советовал вам слегка умерить вашу искренность.

— Но почему?

— Почему? Потому, что, если вы обнажите свое сердце перед всем светом, вы не сможете защитить себя от негодяев, которыми кишит высшее общество.

— Но ведь вы защитите меня от них, не правда ли? — И Саманта накрыла своей ладошкой его руку. — И я буду чувствовать себя в безопасности.

Девушка отвернулась и посмотрела в окошечко кареты. Странно взволнованный, Ремингтон устремил свой взор на маленькую ручку. Потрясающе доверчивая девушка! Но что, черт возьми, он будет с ней делать?!

— Ремингтон! Взгляните! Мы уже у Хэтчарда! Гришэму показалось, что Сэмми выскочила из кареты даже раньше, чем экипаж остановился. Ошеломленный лакей, который не успел подскочить, чтобы открыть даме дверцу, так и остался стоять с разинутым ртом. Ремингтон помог Милли выйти из экипажа. Бедняжка выглядела совершенно потерянной. Вряд ли Рем мог осуждать ее за это. Быть компаньонкой Саманты — это все равно что пытаться устоять, когда на тебя идет девятый вал.

— Милли, почему бы вам не присесть? — предложил граф, указывая на ряд стульев, выставленных у наружной стены магазина, чтобы слуги могли спокойно дожидаться своих господ. — Думаю, мы заглянем в магазин ненадолго.

— Спасибо вам, сэр. — Милли со вздохом облегчения опустилась на стул, больше напоминая узника, только что избежавшего смертной казни, чем юную служанку юной госпожи.

Все еще ухмыляясь про себя, Рем вошел в магазин, окидывая взглядом помещение, где в поисках книг копошилось множество народа. Он успел переброситься приветствиями с тремя своими приятелями, с которыми сиживал до утра за карточным столом, прежде чем нашел Саманту, погруженную в чтение «Парка Мэнсфилда».