Чтение онлайн

Рем разорвал записку Бойда в клочки и бросил их в огонь. Хорошо. Фундамент был заложен. По Лондону уже ползли слухи о том, что Ремингтон понес значительные убытки из-за сорвавшегося дела и теперь находится в стесненном материальном положении. Он холодно высчитывал, какое время понадобится, чтобы слухи доползли до Ноллвуда. Годфри уверял, что кровопийца получает информацию мгновенно. Что ж… посмотрим. Но единственное, что оставалось делать Ремингтону в настоящий момент, — это ждать.

С Годфри были связаны животрепещущие вопросы, на которые у Ремингтона не было ответов. Что известно Саманте о затруднениях Годфри? Каким образом ей удалось связать имя Годфри с пропажей кораблей? Откуда ей все это известно, черт возьми?!

Логика подсказывала, что она могла узнать это от брата. Должно быть, у него были свои люди, которые его информировали об интересующих его вещах. Рему предстояло выяснить, что это за люди или что это за источник информации. И сделает он это сегодня вечером. Он нежно выудит все сведения из нее, чтобы не будоражить и не травмировать ее романтическое воображение. Которое вело ее к сексуальному возбуждению. Надо это прекратить. Сейчас же.

Страсть, вспыхнувшая между ним и сестрой Баретта, не может завершиться ничем, кроме неприятностей. Особенно для Саманты. А при его образе жизни длительная любовная связь и вовсе непозволительная роскошь. Для него значимы только две ценности, и обе несовместимы с мечтами Саманты о браке: свобода, чтобы иметь возможность делать свое дело, и разнообразие, чтобы удовлетворить его страсти.

Разнообразие. Честно говоря, до Саманты он не встретил ни одной женщины, которая бы привлекала его, да и не стремился к этому. Да, надо всему этому положить конец. И как можно скорее.

Ремингтон решительно направился наверх, чтобы переодеться перед театром. Но его последней мыслью была та, что он все-таки убьет Андерса, если тот только осмелиться дотронуться до Саманты.

— Милли, ради Бога, перестань плакать! Я знаю, что ты не хотела порвать платье! Давай просто-напросто выберем другое. — Саманта мало-помалу начинала выходить из себя.

— Все усилия бесполезны! — причитала Милли, ломая себе руки. — Я никудышная горничная!

— Ты превосходная горничная, только…

— Я ненавижу это занятие.

— Что?

— Простите, госпожа, но я ненавижу делать все это! Я не приспособлена для этого.

Впервые за все время пребывания в Лондоне Саманта поняла, что Милли не неловкая горничная, а просто несчастная.

— Успокойся, Милли, успокойся, не плачь! — Саманта бросила порванное платье на кровать и принялась успокаивать девушку. — У всякой проблемы есть свое решение. Скажи мне, что же ты делала в доме тетушки в Хэмпшире?

— Ах, госпожа! Вот там-то я никогда не плакала! Я помогала на кухне. Моя тетушка была там поварихой. Еще я убирала нижний этаж, а иногда… даже срезала свежие цветы для украшения гостиной.

— Я понимаю. — Саманта нежно потрепала девушку по плечу.

— Не сердитесь, госпожа. Я плачу не из-за вас. Вы очень добры ко мне.

— Я все понимаю, не надо ничего объяснять. Милли, скажи, ты будешь довольна, если я попытаюсь отправить тебя обратно в Хэмпшир? Только честно?

— Да, мисс, буду.

— Очень хорошо. Дай мне на раздумье день-два Я обдумаю, как преподнести мое желание отправить тебя обратно тетушке, не расстраивая ее при этом.

— Спасибо, госпожа! Спасибо! — Милли, растроганная, бросилась обнимать свою хозяйку, потом, покраснев, отпрянула назад.

— Ну хорошо, — постаралась утихомирить ее Сэмми, — но пока я не нашла замены для тебя, может, мы все-таки постараемся одеть меня во что-то приличное, чтобы я не появилась в опере с Ремингтоном в одной нижней сорочке?!

— Конечно, мисс Саманта. — Милли решительно направилась к шкафу. — Какое платье вам хотелось бы надеть, госпожа?

— Я думаю, вот это… бархатное, темно-красное. Как ты думаешь, мне пойдет?

— Думаю, вы будете в нем неподражаемы.

— Замечательно. Давай попробуем надеть его на меня и не порвать при этом.

— Хорошо, госпожа. — Милли неуклюже помогла Саманте вползти в длинное вечернее платье и с облегчением вздохнула, когда застегнула последнюю пуговицу на спине. — Виконт очень красив, мисс.

— Хмм? — проурчала Сэмми, которая как раз в это время мечтала о том, чтобы вновь оказаться на небесах с Ремингтоном.

— Я говорю о джентльмене, который нанес вам сегодня визит… виконт Андерс, кажется.

— Ах, Стефен! Да, он привлекательный джентльмен. — Саманта как раз вертелась перед зеркалом, прикидывая, какую прическу лучше сделать. — Я думаю, лучше зачесать волосы наверх. Так я буду выглядеть старше и опытнее, что ты на это скажешь?

— Думаю, да. А виконт будет сопровождать вас?

— Ах нет. — Честно говоря, Саманта с трудом припомнила, что происходило в те четверть часа, пока виконт сидел у нее в гостиной Он был воспитан, уважителен, обворожителен, но она думала только о Ремингтоне. — Сегодня меня будет сопровождать граф Гришэм.

— Ах, это тот джентльмен, который находится у вас… на особом счету?!

— Да, это так. — Сэмми устроилась на пуфик перед туалетным столиком, продолжая играть локонами. — Милли, пожалуйста, приложи максимум усилий, чтобы я выглядела самой желанной девушкой, хорошо, Милли?

Служанка вспыхнула:

— Хорошо, мисс.

Через полчаса Саманта снова вертелась перед зеркалами, на этот раз накладывая последние мазки на свою внешность: подправляла прядки волос, вкалывала заколки, поправляла венок из роз, венчающий ее прическу.

— Милли, скажи, выгляжу ли я настолько очаровательно, что ни один мужчина не в силах устоять?

— О да, мисс, — едва сдерживая восхищение, выдохнула Милли. — Вы выглядите великолепно.

— Спасибо. Надеюсь, Ремингтон согласится с твоим мнением.