Чтение онлайн

Откинувшись на спинку кресла, Зак закрыл глаза. То, что он увидел, услышал и прочитал, потрясло его. Перед глазами стояло искаженное страданием лицо Джулии, а в ушах звучал мягкий, музыкальный голос: «Прибереги свои мольбы на потом, любимый… Тебе они еще пригодятся после того, как я приеду к тебе… Ты еще будешь умолять меня, чтобы я дала тебе хоть немного поспать, чтобы я перестала рожать тебе детей… Я так люблю тебя… Я буду любить тебя всегда, что бы ни случилось…»

Зак еще несколько недель назад понял, что она солгала ему насчет беременности, но тогда он подумал, что это лишь одна из уловок, чтобы заманить в капкан. А ведь это была единственная ложь.

Все остальное было правдой…

Джулия в Колорадо, играющая с ним на снегу… лежащая ночами в его объятиях и отдающаяся ему с такой беззаветностью и любовью, что это сводило его с ума… Джулия с сияющими глазами, музыкальным смехом, острым язычком и задорной улыбкой.

Он помнил их последнюю ночь, когда она сказала, что любит его, так же отчетливо, как будто это произошло только вчера… он помнил искреннее сочувствие в ее глазах, когда он рассказал ей старую дурацкую историю о том, как учительница отказалась танцевать с ним… «Я бы никогда не отказала тебе, Зак…» Он вспомнил, как светились ее глаза, когда она рассказывала ему о тех женщинах, которых учит читать… «Зак, это как чудо, которое держишь в руке!»

Зак вдруг понял, что если бы ей вдруг не пришла в голову эта сумасшедшая мысль о поездке к его подлой бабке, то ничего бы не произошло. Одна гибель Остина не смогла бы на нее так повлиять. Ричардсон говорил, что первый удар не сломил ее, и лишь после второго…

Джулия была настоящей. И она принадлежала ему. Она любила его даже тогда, когда он был лишь всеми преследуемым беглецом и не мог ей предложить ничего, кроме жизни в изгнании. Она прижимала к груди обручальное кольцо и рыдала так, как будто ее сердце разрывалось от боли…

Внезапно Зак вспомнил, что Ричардсон ничего не говорил ему по поводу того, любит ли его Джулия до сих пор, несмотря ни на что. Он лишь сказал, что она очень переживает из-за того, что произошло в Мехико, и чувствует себя очень виноватой перед ним. Стоило Заку вспомнить об этом, как ему стали приходить в голову и другие мысли. Например о том, что за последние три месяца Ричардсон провел с Джулией слишком много времени. В конце концов, его самого она знала всего неделю, и он сделал все для того, чтобы превратить ее жизнь в ад. Если он не хочет потерять ее навсегда, то ему следует поторопиться.

Когда Зак размашистым шагом вошел в гостиную, сжимая в руке небольшую дорожную сумку, Мэтт и Мередит обменялись понимающими улыбками. Откинувшись на спинку дивана, Мэтт вытянул вперед длинные ноги и с притворным недоумением посмотрел на синий пиджак Зака.

— Зак, ты забыл переодеться. В Калифорнии не принято появляться на собственном вечернем приеме в костюме.

— Черт, совсем забыл об этом проклятом приеме. — Зак был настолько занят своими мыслями, что даже не заметил иронии в голосе друга. — Побудь хозяином за меня, ладно? Скажи им, что мне пришлось очень срочно уехать. Ты мне одолжишь своего пилота?

— Только пилота? — с наигранным удивлением спросил Мэтт, обмениваясь смеющимися взглядами с Мередит, которая присела на подлокотник дивана и положила руку ему не плечо. — А разве самолет тебе не нужен?

— Мне нужны и твой пилот, н твой самолет, — нетерпеливо ответил Зак, забирая у экономки еще две сумки, которые она собрала, следуя его указаниям. — Так ты мне их одолжишь или нет?

— Все будет зависеть от того, куда именно ты собираешься лететь.

— Какого черта, Мэтт? Куда, по-твоему, я могу лететь?

— Откуда мне знать? Но если ты собираешься отправиться в город Китон, штат Техас, то тебе не кажется, что сперва следовало бы позвонить Джулии?

— Не кажется. Я же знаю, как она отреагирует на мой звонок. А вдруг решит куда-то уехать, спрятаться? Послушай, Мэтт, мне нужен твой самолет. Если я полечу обычным рейсом, то у меня уйдет на дорогу на несколько часов больше.

— К чему такая спешка? Ты ведь заставил ее ждать целых шесть недель, в то время как Ричардсон наверняка не отходил от нее и при первой же необходимости подставлял ей свое широкое, надежное плечо, чтобы она могла в него поплакаться. Кроме того, знаешь ли, частные самолеты — довольно дорогие игрушки и…

— Послушай, у меня нет времени на всю эту х… — Зак осекся, вовремя вспомнив о присутствии Мередит, и подошел к ней, чтобы поцеловать на прощание. В эту минуту в комнату вошел О'Хара.

— Мэтт, я уже приготовил машину и предупредил Стива. Он сказал, что самолет заправлен и может вылететь в любую минуту. Зак, когда ты будешь готов?

— Мне кажется, — сдержанно улыбнулся Мэтт, — что он готов уже сейчас.

Зак выразительно посмотрел на него, давая понять, что он о нем думает, и обнял Мередит.

— Спасибо, — просто сказал он и повернулся, чтобы идти вслед за О'Харой.

— Пожалуйста, — широко улыбнулась Мередит и добавила; — Передавай Джулии огромный привет.

— И мои извинения, — на этот раз совершенно серьезно сказал Мэтт, пожимая руку друга. — Удачи тебе.

Проводив взглядом широкую спину Зака, Мередит повернулась к мужу. На этот раз ее улыбка была немного грустной.

— Он так любит ее, что ему совершенно наплевать, что подумают остальные. Даже если будут считать его полным идиотом после всего, что произошло в Мехико. Единственное, что сейчас имеет для него значение, — это то, что Джулия любит его.

— Я его очень хорошо понимаю, — серьезно сказал Мэтт, глядя в слегка затуманенные глаза жены. — Мне знакомо это чувство.

— Эй, Герман! Ты сможешь забрать одного парня в аэропорту? Он приземлится минут через двадцать.

Никто, кроме Хенкельмана, не расслышал тихого писка рации, потому что в спортивном зале китайской средней школы царили страшный шум и суматоха. Что было совершенно неудивительно — для генеральной репетиции завтрашнего костюмированного представления по поводу двухсотлетия Китона здесь собралось более 170 человек. Засунув саблю в ножны, болтавшиеся на боку, Герман Хенкельман, одетый в генеральский мундир, извлек рацию и поднес ее ко рту.