Чтение онлайн

– Кажется, я немного ошибся со временем, - взволнованно пробормотал бархатный баритон. – У меня будет к тебе просьба, милая. Ты должна сидеть смирно и ни в коем случае не приближаться к маме, что бы ни случилось. Это очень опасно.

Опасно?! Я была возмущена этим до глубины души. Что значит – не приближаться?! Я хочу взять на руки свою дочь. И как можно скорее.

Сдавленный крик вырвался из моего горла, а тело выгнулось вперед, не в силах выносить боль. Сердечный стук превратился в непрекращающуюся барабанную дробь, а затем резко исчез, и я упала обратно, поняв, что подо мной все это время был мягкий диван…

Наступила полная тишина… Я лежала, не шевелясь, несколько долгих секунд. Затем открыла глаза и сделала ненужный вдох.

Рядом тут же с облегчением задышал Эдвард.

Легкие сразу же заполнил приятный вкусный аромат, от которого рот наполнился слюной. Голова закружилась, и я несколько раз сглотнула, пытаясь справиться с болью. Безрезультатно. Колючая проволока оставалась внутри, раня глотку так, словно раздирает ее до крови. Крови? Я, наверно, хочу крови, осознала я в ужасе, все еще глядя в белый высокий потолок, под которым клубились бесчисленные пылинки. Такие маленькие и цветные. Пыльная вселенная.

Был и еще один приятный запах. Мед и сирень… и множество других нот, которые я раньше, будучи человеком, не различала… но я сразу поняла, кому этот прекрасный запах принадлежит. Эдвард.

Я не спешила поворачивать к нему голову. Его последние слова не давали мне покоя. Я опасна. Я вампир. Я хочу выпить чью-то кровь…

Как только я подумала об этом, в моем горле снова вспыхнул пожар… Это было так, словно огонь ушел, но колючая проволока осталась в моей глотке навсегда. Слюна не помогала унять это.

– Все хорошо, малышка, - на пределе слышимости пробормотал Эдвард, и я услышала нотки сильного беспокойства в его словах. – Только не шевелись.

Не шевелись?! Да за кого он меня принимает? Я что, какой-то монстр? Ах, точно, я же вампир, услужливо напомнила настырная память. Но я не чувствовала в себе никакой опасности.

Медленно, стараясь контролировать каждое свое движение, чтобы не пугать Эдварда и своего ребенка, я села и опустила ноги с дивана вниз. Я бегло огляделась, не глядя на них, игнорируя их присутствие. Я была немного смущена тем, кем стала и что узнала о себе… поэтому избегала смотреть Эдварду в глаза, пока не справлюсь с эмоциями.

Я сидела на белом кожаном диване посреди неизвестной мне гостиной. Мебель была старая и пахла плесенью. Некоторые предметы были покрыты прозрачными чехлами. И повсюду лежала пыль.

Справа у окна стоял красивый рояль. Я тут же вспомнила о том, как однажды подумала, что Эдвард мог бы играть. Рояль выделялся среди остальной мебели тем, что, единственный в гостиной, был избавлен от пыли и блестел.

Слева находилась резная лестница, ведущая на второй этаж. На стенах остались гвоздики, на которых явно раньше висели картины. Но сейчас их не было. На перилах лежал толстый слой пыли. Помещение выглядело нежилым… хотя, несомненно, некогда это дом был любим его хозяевами.

И тогда, наконец, я резко посмотрела вперед.

Эдвард едва заметно вздрогнул и прижал девочку к себе. Его жест показался мне необычным. То, как его руки, оберегая, держали ребенка – это смутило меня. Словно он готов защищать ее от всего и вся, даже от меня.

Я сглотнула, потому что воздух все еще был наполнен ароматом, вызывающим аппетит. Мне до дрожи хотелось пить. Очень сильно. Как будто я брела по пустыне в течение многих дней… Я сразу поняла, что это, наверно, и есть та жажда, о которой говорил Эдвард. Осознав, что я могу хотеть чьей-то крови, я постаралась ее подавить.

Эдвард не сводил с меня настороженных глаз. Он следил за каждым моим движением так, словно готов броситься на меня в случае чего. Он выглядел… опасным. Но я не могла перестать доверять ему. Скорее всего, он выглядел так, потому что защищает ребенка.

Его будто подменили. В последний раз, когда я его видела, он хотел девочку убить. Что с ним произошло, пока я «умирала», что так кардинально поменяло его взгляды? Кстати, сколько времени прошло?

Я была шокирована, когда взглянула на ребенка. Это была моя девочка – я помнила ее лицо. Но в то же время этому ребенку можно было дать три-четыре месяца от роду. Неужели я отсутствовала так долго, что она подросла?

Прекрасные рыжеватые кудряшки обрамляли личико, которое теперь казалось еще более ангельским, чем тогда. Такая милая. Ее отец показался бы мне таким же прекрасным, если бы не выражение напряжения и подозрительности на его лице.

Девочка по-хозяйски тронула его за щеку, привлекая к себе внимание, словно требуя что-то от него. Весьма осмысленный взгляд, так не вяжущийся с грудным младенцем, впечатлил меня.

– Я не знаю, - немедленно ответил ей Эдвард, будто она задала ему вопрос. – Давай подождем, пока она сама что-нибудь скажет. – Эдвард немного наклонился, и его губы легонько коснулись волос девочки. Я была этим зрелищем зачарована. Это так не вязалось с прежними словами Эдварда. Сейчас он выглядел, как настоящий отец. Если бы не внешность, кричащая о молодости, то я бы никогда не дала ему семнадцати лет. Такой серьезный… и взрослый… и он точно любит нашу дочь.

Итак, осознала я, он ждет, когда я первая начну…

– Я в раю? – сказала я мелодичным голосом, который не узнала. Я пораженно прислушалась к себе, отвлекаясь от остального.

– В раю? – непонимающе переспросил Эдвард, его глаза расширились от удивления.

Я слабо усмехнулась, махнув в его сторону рукой. Эдвард напрягся, следя за моим стремительным движением, и я тоже обратила внимание, как быстро двигается моя рука. Я постаралась действовать осторожнее и медленнее, чтобы не пугать его и ребенка. Выражение страха в глазах Эдварда вынуждало меня контролировать себя.