Сапфир
Шрифт:
– Хорошо, тогда я отправлю её на десять лет вперёд от того времени, в котором они находятся сейчас, вы согласны?
– Да.
Колдун покопался на запыленной полке в разных цветных бутылочках с зельями и, достав одну из них, украшенную золотым драконом, протянул графу.
– Что мне нужно с этим сделать?
– Заставить графиню выпить.
– Отлично, всё колдун, благодарю.
Граф встал и сразу вышел, даже не закрыв за собой массивную дубовую дверь.
Снова вернулся в отцовский замок, спустился в мрачное сырое подземелье по крутым каменным ступеням, идущим сотней далеко вниз, по стенам кое–где висела густая паутина, капала вода, стекая в каменные ниши, и тут же услышал громкое:
– Сапфир, придурок, выпусти меня, немедленно! Или я прокушу твою шею!
Граф слегка улыбнулся и, подойдя к чёрной клетке, где металась красавица – сестра, сказал:
– Я выпущу тебя, если пообещаешь, что замолчишь и будешь вести себя тихо.
– Ублюдок!
– Неправильный ответ, тогда останешься здесь до утра, – и он отвернулся, сделав широкий шаг по направлению к выходу.
Как вдруг она прошептала:
– Сукин ты сын, ладно перестану так себя вести на время.
Сапфир обратно развернулся и, открыв клетку, приготовился к атаке, совершенно не доверяя речам сестры, так и произошло, девушка тут же кинулась к шее брата, выставив огромные острые клыки и когти. Граф повернулся вокруг своей оси и, схватив сестру обеими руками, прижал к своей груди и, крепко держа, сказал:
– Ты злобная тигрица, сейчас тебе придётся открыть твой маленький ротик и кое–что выпить.
– Что? Что ты хочешь в меня залить, скотина?
Сапфир, зажав её тело ногами и одной рукой держа за обе руки, второй достал пузырёк, и перевёл левую руку к шее девушки, затем прижал пальцами её рот так, что он открылся. Она захрипела от беспомощности и злости, он быстро влил зелье и резко отпустил. Лилия упала на каменный холодный пол и, злобно сверкая глазами, начав отплёвываться, заорала:
– Что это? Что ты в меня влил, мерзкий труп.
Сапфир молча отошёл чуть назад и прямо на его глазах мрачные стены посветлели, пространство в подземелье заволокло густым молочным туманом с разноцветными маленькими искорками, и девушка стала медленно растворяться. С начала дым обволок её стройные ноги, словно змея, затем плоский живот с кубиками пресса не хуже, чем у мужчин этого древнего вампирского рода, высокую грудь, изящные руки, которыми она пыталась схватить стоящего неподалёку брата, громко крича отборные ругательства.
Сапфир замер, наблюдая, как сестра часть за частью, растворяется в таинственном тумане, сердце защемило, несмотря на её ненависть и ругань. Он тяжело вздохнул и прошептал: «Найди там своё счастье», но в душе бушевала буря: «Этим счастьем хочу стать я, но почему же ты так ненавидишь меня, за что?»
Лилия в последний момент злобно сверкнула красными глазами и окончательно растворилась, оставив на каменном сером полу золотой браслет, который видимо, расстегнулся и упал с её руки в момент, когда она пыталась схватить брата. Сапфир наклонился, поднял его и погладил указательным пальцем, бережно проводя по изящному плетению и шепча: «Прости, любимая».
Граф снова тяжело вздохнул и вышел из подземелья, поднялся во двор замка и, не обращая внимания на слуг с опаской поглядывающих на него, вскочил на своего верного коня и помчался наравне с ветром, куда глаза глядят, а в мыслях проносилось, словно ураган: «Прости, прости, любимая».
Глава 3 Вазамбия
Сапфир лежал в высокой траве с закрытыми глазами, думая о сестре:
«Куда же ты попала, девочка моя? Что с тобой? Ты, наверное, теперь вообще готова разорвать меня на части?»
Стояла тишина, крестьян вокруг не было, и только слышался лёгкий шелест кустов от ласк ветра.
Вдруг он почувствовал даже сквозь закрытые веки сильнейшее свечение и, открыв глаза, сразу сильно зажмурился, прикрывая их рукой. Свечение приближалось, и граф резко вскочив, медленно открывая глаза, продолжая щуриться и прикрывая их рукой, от увиденного опешил. К нему подплывало огромное золотое облако, как было уже когда–то очень давно, и тут он вспомнил: «Это же Они! Те странные золотые существа, которые прилетали в нашем детстве, чтобы забрать меня».
Облако ярко светило, словно солнце, оно подлетело ближе и плавно опустилось на поляну неподалёку. Граф замер, глядя прямо на него. Ждать пришлось недолго, через минуту оттуда выплыли такие же золотистые существа, которых он уже видел однажды.
Сапфир приготовился к атаке, помня, как жестоки они были тогда, когда им с сестрой было всего по семь лет.
Пришельцы подняли руки, в которых тут же образовались сгустки золотой энергии в виде шаров. Граф помнил, что это больно, если они попадут в него и напрягся…
Вскоре в него полетел первый шар, он увернулся, затем второй, третий, четвёртый, пятый… Сапфиру пришлось превратиться в вампира, и он взлетел, чтобы стало легче изворачиваться от этих странных боевых золотистых шаров, но вдруг один из золотых существ кинулся на него, пытаясь схватить длинными руками. Граф размахнулся и сбил его кулаком на землю, с такой силой, о которой ещё и сам не знал, так как таких настоящих боёв в его жизни ещё не было, кроме тех, что проходили с сестрой, где он никогда не дрался в полную силу. Другие пришельцы заметив, какой силищей обладает вампир, кинулись сразу впятером на него. Сапфир закружился как вихрь вокруг своей оси и, размахивая кулаками как мельница, отбивал от себя злобных тварей, те падали на землю, но снова поднимались и взлетали, подлетая к нему всей гурьбой. Прошло долгих полчаса пока граф всё же справился с ними, кому оторвав руки или те конечности, которые можно было назвать руками в нашем понимании, а кому голову, и переведя дух, плавно опустился на землю, всё ещё с опаской поглядывая на облако. Оно заколебалось, словно высокое желе и чуть приподнявшись от земли, очень медленно двинулось на него, угрожающе вспыхивая яркими золотыми бликами.
Ещё мгновение и огромный сгусток золотой энергии накрыл Сапфира с головой. Он закричал от отчаяния, одновременно пытаясь бить могучими кулаками в эту липкую горячую массу, но справится с ней никак не мог. Несмотря на его силу и бессмертность, облако обладало силой сотен вампиров, и силы графа стали потихонечку уходить. Они были уже на исходе, как вдруг произошла ещё одна яркая вспышка света, совсем другая, огненная, более мощная, и его, словно вырвали невидимой сильной рукой из затягивающей в себя золотой энергии, и он потерял сознание…