Чтение онлайн

– Хорошо, я сейчас же приеду к вам.

– Вот и прекрасно. Не забудьте привезти деньги.

И она повесила трубку.

Крымов, оказавшись в уютном зеленом дворике на улице Некрасова и в очередной раз восхитившись домом, тяжело вздохнул, вошел в подъезд и поднялся на второй этаж, где располагалась квартира Белотеловой. Он понимал, что разговор предстоит довольно тяжелый, унизительный для него и весьма приятный для Ларисы. Но главным для него сейчас было – убедить ее не забирать назад деньги, а продолжить расследование «паранормальных» явлений, в которые он, разумеется, не верил, но игра в которые кому-то была крайне выгодна. В конечном счете он был готов даже соблазнить Ларису, лишь бы достигнуть своей цели и сохранить ее в качестве клиентки – он не любил проигрывать.

Когда она открыла дверь и он увидел выражение ее лица, надежда на благоприятный исход дела у него явно поуменьшилась. Лариса пригласила его войти и, не оглядываясь, быстрым шагом направилась на кухню. Крымову ничего другого не оставалось, как следовать за ней.

– Садитесь. Я вам даже чаю не предложу, потому что вы, Крымов, – мошенник. Отдавайте назад деньги, и разойдемся по-хорошему.

Лицо Ларисы – сильно напудренное и показавшееся Крымову постаревшим за те несколько дней, что они не виделись, – иначе как злым назвать было нельзя. Домашний махровый халат до пят, тюрбан из полотенца на голове, сильно стягивающий кожу лица, нервные пальцы, выбивающие дробь на поверхности стола, – все это свидетельствовало о том, что Ларисе было глубоко наплевать на визит одного из самых красивых мужчин города; больше того – она намеревалась, судя по раздувающимся ноздрям и холодному блеску в глазах, смешать его с грязью, если он тотчас же не вернет ей деньги.

– Я готов отчитаться, – спокойно заявил Крымов и достал из кармана блокнот. – Если вам действительно интересно, что происходит в вашей квартире и кому принадлежат вещи, которые появляются здесь неизвестно каким образом, и если вы все это не подстроили сами, чтобы заполучить меня в качестве очередного любовника, то потрудитесь-ка выслушать меня внимательнейшим образом. Начну с того, что женская одежда, представленная вами, принадлежит женщине, заметно уступающей вам по габаритам. Кровь, которой кто-то поливает ваши зеркала, – от беременных женщин, причем – разных. Скажите, вам никогда не приходило в голову, что эти странные явления имеют вполне реальное объяснение и ведут к одной-единственной двери, связывающей ДВЕ СОСЕДНИЕ КВАРТИРЫ?

– Не понимаю…

– Если вы не против, я сейчас покажу вам дверь, соединяющую вашу квартиру с соседней, и все сразу встанет на свои места…

Лицо Ларисы пошло красными пятнами.

– С чего вы это взяли? – спросила она побелевшими губами. – Вы хотите сказать, что кто-то проникает в мою квартиру БЕЗ МОЕГО ВЕДОМА?

– А вы не знали?

Крымов придумал все это по дороге сюда, и теперь внимательно смотрел на лицо Ларисы, чтобы по мимике, взгляду, взлету бровей, по малейшим деталям определить степень волнения Ларисы, ее отношение к услышанному, пусть даже это и напоминало бред. «Ведь на самом деле, – рассуждал он, – если не она, так кто может оказаться в ее квартире неожиданно, незаметно и с чашкой, полной крови, или с чулками в руке? Только человек, живущий через стену и знающий о существовании тайной двери, которая может находиться где-нибудь в шкафу или стеновой панели в закрытом месте, вроде ниши в прихожей…» Все это не имело для него никакого значения. Крымову сейчас важно было другое – смутить Белотелову, выбить почву из-под ее ног и упрекнуть именно ее в мошенничестве и желании обмануть работников агентства, трудящихся в поте лица над ЕЕ ДЕЛОМ. Пустить пыль в глаза и заставить платить – вот ради чего Крымов приехал сюда и теперь со вкусом, наслаждаясь, морочил голову Белотеловой.

– О чем вы? Я ничего такого не знала и не знаю…

– Вы сами покажете мне эту дверь или лаз, назовите его как хотите, или прикажете мне ворошить ваше белье в стенных шкафах?.. Поймите наконец, что во всем должен быть смысл. И если кто-то, проникающий в вашу квартиру по ночам ли, а может, и днем, пачкает кровью беременных женщин ваши зеркала и разбрасывает по комнатам женскую одежду, значит, ЕМУ ЭТО НУЖНО. Вот и спрашивается: зачем? Мы отправили в Петрозаводск нашего работника, Юлю Земцову, вы ее хорошо знаете (кстати, эта командировочка влетела нам в копейку!), с тем чтобы навести о вас справки. Неужели вам никогда не приходило в голову, что все эти идиотские штучки в духе Хичкока – проделки вашего бывшего компаньона, Соляных?

– А что он рассказал вам?

– Ничего. И знаете почему? Да потому что его уже к тому времени не было в живых, его, оказывается, убили. Причем буквально за два дня до приезда Земцовой. И вы, прекрасно зная об этом, ничего нам не сказали, – вдохновенно врал Крымов.

– Я… Я ничего не знала…

– Не надо, все вы знали. Соляных был единственным человеком, который мог пролить свет на ваше прошлое, уважаемая госпожа Белотелова. И он сильно мешал вам в вашей бурной деятельности, связанной с доставкой в Карелию опия из Средней Азии. Быть может, на первых порах он и был нужен вам, и вы использовали его связи вплоть до того самого звонка из Москвы, когда он сообщил вам, что погорел и попросил вас продать все, что у вас было, чтобы спасти его…

– Ложь! – крикнула Лариса. – Я никогда не участвовала в его делах. Я вообще ничего не знаю…

– Не перебивайте меня! – жестко осадил ее Крымов, не спуская с нее глаз и наслаждаясь первыми результатами ее испуга. – Люди, с которыми он не поделился в Москве, расправились с ним очень жестоко и теперь подбираются к вам. И вы, зная об этом, боитесь, но ничего не можете с этим поделать. Разве не ясно, что кровь на зеркалах – это предупреждение? Что разбросанная по квартире одежда – лишь продолжение спектакля, цель которого – та самая доля, которая принадлежит не вам, Лариса… Верните долги – и в вашу жизнь вернется покой. Другое дело, что денег у вас нет и вы на волоске от смерти…

– Прекратите нести чушь! Какие еще наркотики?! Какая Средняя Азия? Какие спектакли?

– Вы думаете, что мы позволим на себе экономить? Вы вздумали мне угрожать, милочка, а это уже дурной тон. В нашем городе это не принято. Да это вообще нигде не принято, даже в Петрозаводске. Зная о том, что вашего подельника убили, вы даже пальцем не пошевелили, чтобы остановить нас, предупредить, чтобы мы не совали нос в это грязное дело, а Юля, между прочим, рисковала жизнью…

Он не помнил, что еще наплел перепуганной насмерть Белотеловой, и очнулся уже тогда, когда на столе появилась стопка стодолларовых банкнот. Лариса с опухшим от слез лицом умоляла его сделать все возможное, чтобы обеспечить ей алиби на момент убийства Соляных.

– И все равно, – прошептала она, обнимая себя за плечи и дрожа от озноба, – Соляных здесь ни при чем… Это недоразумение. Я ничего в своей жизни не умею, только делать маникюр. Это – все! Какие, к черту, наркотики?! Все это придумано там, в Петрозаводске. Люди завидовали мне, что я живу с Колей. Он был очень богат, а это всегда вызывает массу негативных чувств со стороны окружающих. Вы должны верить мне… Вот, возьмите эти деньги и сделайте все возможное, чтобы меня никто не смог втянуть в это дело…

Крымов вышел от Белотеловой в состоянии, близком к истерике: такого отчаянного вранья он и сам от себя не ожидал. Наркотики, Средняя Азия, мертвый Соляных – бред собачий! А дверь, соединяющая две соседние квартиры? Хорошо, что он вовремя сменил тему, а то пришлось бы искать этот тайный, несуществующий ход… Но как она испугалась, эта молодая хамка!

Зато теперь можно было уже не переживать относительно возврата гонорара. Пускай настоящих результатов этого расследования еще нет! Не так-то просто вести подобные дела. Со временем все образуется, и Белотелова получит обратно свои деньги – те, что выдала ему сверх гонорара в порыве чувств… Интересно, она обрадуется, если узнает, что Соляных жив и здоров, или наоборот – сильно огорчится?