Чтение онлайн

Открыв большой шкаф, он заглянул внутрь, затем прошел к занавескам душа. Его сердце билось так неистово, что ему было трудно дышать. Повернувшись широкой спиной к двери, он частично загородил занавески от взора Конрада. Затем он раздвинул их и заглянул вовнутрь. Несмотря на то, что он ожидал увидеть там Феррари, шок от взгляда убийцы был таким сильным, что сердце сержанта дрогнуло. Феррари, неподвижный, как статуя, держал в правой руке автоматический пистолет, направленный ему в живот. Какую-то долю секунды два человека смотрели друг на друга, затем О'Брайен отпустил занавеску и, отворачиваясь от внимательного взгляда Конрада, подошел к раковине и стал мыть руки.

От вспышки молнии, прошедшей через окно, ванная комната наполнилась ослепительно белым светом. Раздался гром.

Конрад вошел в ванную.

– Я тоже умоюсь, – сказал он. – Фу! С меня так и течет.

О'Брайен шагнул назад и как бы случайно оттеснил его от занавески душа.

– Думаешь, будет лить всю ночь? – спросил он, вытирая руки полотенцем.

Он изо всех сил старался говорить будто бы совсем небрежно, но Конрад снова заметил в его голосе напряженность.

– Не удивлюсь.

Он взял у О'Брайена полотенце и выглянул в окошко.

– Было бы неплохо поставить сюда еще одну решетку.

О'Брайену пришлось сделать над собой усилие, чтобы отвести взгляд от занавески.

– Думаешь, кто-нибудь через эту проскользнет? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. – Зачем? Это невозможно.

Конрад направился к двери.

– Наверное, ты прав. – Он вышел в коридор. – О'кей, Вайнер, ступай.

Пит вошел в ванную комнату. Когда О'Брайен выходил, взгляды его и Пита встретились, и Пита словно бы ударило. «Что произошло с этим парнем? – подумал он. – Он похож на привидение». Пит вдруг почувствовал, как по нему пробежала холодная волна страха, будто бестелесный глас предупреждающе прошептал ему что-то на ухо. Он замер, не в силах сдвинуться с места. О'Брайен подошел к двери.

– Подождите… – заикаясь, произнес Пит. – Я думаю…

Раскат грома заглушил конец фразы, но О'Брайен увидел в его глазах жуткий страх. Он понял, что Пит собирается ему сказать: что он передумал и не хочет принимать ванну.

– Пошевеливайся! – рявкнул О'Брайен и вышел в коридор. – Я не собираюсь из-за тебя торчать здесь всю ночь.

Он захлопнул дверь, так как Пит снова начал что-то говорить.

– Эти проклятые негодяи думают, что они – пупы земли, если с ними обращаются по-человечески, – продолжал О'Брайен резким тоном, обращаясь к Конраду. – Каждый вечер ванна! Что он себе воображает, этот проклятый гангстер? – говоря это, О'Брайен прислонился к двери спиной, держась рукой за дверную ручку. Он чувствовал, что ручка поворачивается, а по внезапному движению двери понял, что Пит пытается открыть ее.

– Ты бы сходил посмотрел, все ли в порядке у девушки, – сказал О'Брайен Конраду. – Может быть, она боится?

Ему удалось удержать дверь, приложив всю свою силу. Пит неистово крутил дверную ручку.

– Там Мэдж, – ответил Конрад, закуривая сигарету. Он не заметил напряженного белого лица О'Брайена. – Я схожу туда немного позже.

Над домиком раздался еще один раскат грома, и О'Брайен услышал за дверью приглушенный вопль Пита.

– Что это? – спросил Конрад, поднимая глаза.

– Гром, – ответил О'Брайен. – А ты что думал?

Произнося это, он вдруг почувствовал, что давление на дверь прекратилось, затем резко-резко дернулась дверная ручка.

– А мне послышался чей-то крик, – сказал Конрад и двинулся по коридору.

Он остановился рядом с дверью в комнату Фрэнсис и прислушался. О'Брайен остался на месте. Сердце его билось неровно.

Раздался еще один удар грома. Шум дождя, стучавшего в окна, булькающая вода в водосточных трубах заглушали все другие звуки. Затем О'Брайен услышал слабый стон, донесшийся из-за двери ванной. Это был звук, от которого у него волосы зашевелились на голове. Он отступил от двери, вынул платок и вытер лицо.

Конрад вернулся назад к О'Брайену.

– У них все в порядке, болтают будто сороки, – сказал он. Взглянув в белое напряженное лицо О'Брайена, он продолжал: – Ты выглядишь совсем больным, Том. Почему бы тебе не отправиться в постель? Я подожду здесь Вайнера.

– Ничего страшного, – отрезал О'Брайен. – Со мной все в порядке. Ради Бога, ступай, ложись сам. Я тоже пойду спать, когда этот щенок закончит.

Конрад предложил сигарету, но О'Брайен покачал головой. Некоторое время они стояли, прислушиваясь к реву бури за окном. Затем Конрад спросил:

– Как твой сынишка, Том?

– В порядке, – ответил тот, испуганно взглянув на Конрада.

– Тебе чертовски повезло, понимаешь.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я всегда хотел иметь сына, но Дженни и слышать об этом не хочет. Она говорит, что это испортит ее фигуру.

– Может испортить, – согласился О'Брайен, едва ли сам понимая, что говорит. – Такие, как твоя жена, не хотят хлопот с детьми.

Конрад пожал плечами.

– А я хотел бы иметь сына и дочь.

О'Брайен вытер лицо носовым платком.

– Почему ты не идешь к себе? – спросил он, думая о том, сколько еще Конрад собирается торчать здесь, у двери ванной. – Если ты снова собираешься выходить в три, тебе надо поспать.

– Я не смогу заснуть в такую ночь. Сколько он собирается еще там сидеть?

– Обычно минут двадцать. Послушай, какой гром.

– Хотелось бы мне, чтобы эта девушка решилась заговорить, – сказал Конрад после того, как затих раскат грома. – Я совершенно уверен, что она видела Маурера.

– Мне кажется, что теперь она заговорит. Что ты будешь с ней делать?

– Это должен решать окружной прокурор.

Звуки льющейся воды за дверью заставили О'Брайена снова вздрогнуть.

– Ты знаешь, Вайнер удивляет меня, – сказал Конрад. – Я думаю, он свихнулся только из-за этого родимого пятна. В нем нет настоящей порочности. Он совсем не такой, как все остальные из этой компании. Что, собственно, числится за ним? У нас нет даже никаких улик, что он совершил насилие. Насколько я знаю, он специализировался на угоне автомобилей для банды. Я разговаривал с ним и думаю, что он мог бы вернуться к нормальной жизни.