Саварка
Шрифт:
Саварка увидел дежурного пастуха, Хосея.
Хосей обрадовался приходу мальчика. Наконец-то вдоволь поболтает! Мальчик, не в пример отцу - бригадиру, разговорчивый.
– Худой комар прилетел!
– Плохой, - согласился Саварка.
– Надо больше дымокуров.
– Правильно, - сказал Хосей и лениво зевнул.
– Хороший ты пастух, Саварка. Знаешь, что делать!
Саварка направился к кустам. Принялся рубить острым ножом маленькие березки и ивки для костров.
Хосей удобно уселся на нартах. Подогнул ноги. Смотрел на работающего мальчика. Громко разговаривал сам с собой:
– Жалко Хосею олешек! Беда какие худые стали! Приедет председатель колхоза на праздник. Будет ругать Хосея. А за что ругать Хосея? Комара надо ругать! Овода надо ругать!
Саварка работал. Ни на минуту не давал себе отдыха. Принес одну охапку хвороста, потом вторую.
Хосей смотрел на старательного мальчика и хвалил:
– Вырастешь, Саварка, бригадиром будешь. А пойдешь учиться доктором станешь. Олешек будешь лечить от копытки!
– Не хочу я учиться.
– Тогда бригадиром будешь. Председатель колхоза тебя назначит! успокоил мальчика Хосей.
Саварка разжег костер и пошел к двум ездовым широкогрудым быкам с белыми белинами на боках, стоящим в стороне.
Быки испуганно побежали, величественно неся тяжелые рога. Саварка выбрал себе для упряжки этих быков. Знал он их силу.
Подложил в костры сучьев и направился к чуму.
Нябинэ играла с Тарей.
Мальчик не мог больше выдержать. Свистнул черноухой лайке.
– Сиди, Таря!
– сказала Нябинэ и погладила собаку.
Саварка подбежал. Вытянул Тарю тынзеем. Замахнулся на Нябинэ.
– Уходи! Не порть собаку!
Сзади кто-то дернул за тынзей. Саварка обернулся. Перед ним стоял круглолицый мальчишка в школьной фуражке с блестящим козырьком.
– Ты, мужик, чего разорался?
– спросил он Саварку.
– Почему к Нябинэ пристаешь? Шалабан хочешь?
Саварка никогда не слышал такого слова. Он с интересом смотрел, как круглолицый мальчишка заряжал палец, оттягивая его, как курок двустволки.
Не успел Саварка понять, что должно произойти, как мальчишка стукнул его пальцем по лбу.
Щелчок был сильный. У Саварки из глаз полетели искры. Он сжал кулаки и бросился на мальчишку.
Мальчишка в школьной фуражке был сильнее Саварки. Он схватил его за руку и засмеялся.
– Тихо, мужик! Жалко мне тебя. Если убью, не с кем будет в оленьих гонках участвовать!
Саварка затих. Угрюмо посмотрел на незнакомого круглолицего мальчишку.
– Тепка, - сказала Нябинэ, - ты выиграешь гонку. Олешки мои больно худые.
– Почем я знаю! Ты тоже так говорила в интернате, а обогнала меня.
– Говорю тебе, худые у меня олешки. Беда какие худые!
Саварка не верил ушам. Круглолицый мальчишка Тепка, высокая Нябинэ спорили между собой, не думая о нем. Как будто он совсем не существовал. Глупый! Поверил, что он хороший ясовей! Потрогал шишку. Большая шишка на лбу!
Председатель колхоза приехал на праздник с подарками.
На другой день пять нарт стояли недалеко от стойбища. Тепка сидел важный в своей школьной фуражке с блестящим козырьком. Рядом с ним стояли нарты Нябинэ. Девочка перетянула свою паницу красным шарфом.
Саваркины олени стояли за двумя нартами, с самого краю.
Председатель колхоза обошел все упряжки. Остановился около Саварки.
– Бригадир, больно мужик маленький. Не удержать ему хорея!
– Мужик хороший!
– сказал отец и кивнул Саварке.
– Ну, смотри!
– председатель колхоза громко хлопнул в ладоши.
– Хей! Хыть!
– закричал Тепка и первый умчался вперед.
– Хей! Хыть!
– Нябинэ толкнула нарты и побежала рядом с ними, чтобы олени набрали скорость. Ловко прыгнула на нарты, как хороший ясовей. Крепко стояла на коленях и размахивала хореем.
Саварка замешкался. Он поздно услышал хлопок председателя колхоза. На оленей замахнулся поздно, крикнул вполголоса.
Толпа зрителей возбужденно кричала, взмахами рук провожая промчавшиеся нарты.
– Давай шибко!
– визжала Мирнэ.
Ей вторила Окся:
– Давай шибко, Саварка!
Все упряжки уже скрылись, когда мальчик смог разогнать своих быков.
– Хей! Хыть!
Не догнать ему убежавшие упряжки. Они скрылись в серой дымке и в брызгах воды. Не догнать ему Тепку, не догнать Нябинэ. Приедут они первыми и будут смеяться над ним.
– Хей! Хыть!
– Размахивая хореем, Саварка неожиданно вспомнил: в Комариный месяц оленей донимают оводы. Он стиснул сильно зубы. Загудел. Не раз пугал он сестер, подражая летящему оводу.
– Жж-жж-ии-жжж-ии-жжж-иии!
Быки рванули изо всех сил. Саварка чуть не вылетел из нарт. Вовремя удержался. Скоро он догнал первые нарты. В лицо полетели комки грязи и вода.
– Хей! Хыть!
– Саварка размахивал тяжелым хореем. И снова загудел.
Рядом кружились оводы, готовые броситься на оленей:
– Жж-жж-ии-жж-ии-жж-иии!
Саварка заметил красный шарф, которым перетянула свою паницу Нябинэ.
Напрасно Нябинэ колотила своих оленей, кричала.
Саварка догнал сани девочки. Его олени вышли вперед. Он обернулся и помахал Нябинэ рукой.
Проскочил еще одни нарты с мальчишкой. Саварка видел убегающих оленей Тепки.
Тепка подлетел к озеру Ямбо-то. Полозья саней загремели на камнях. Раздался треск.
Саварка проскочил дальше. На мягких моховых кочках нарты развернул сразу, на одном месте.