Чтение онлайн

— А где же ваша шляпа? — не пытаясь сострить, а только лишь от растерянности спросил Саша.

Карлик с удовольствием рассмеялся, показывая мелкие гнилые зубы.

— Со свиданьицем, Александр Юрьевич! — весело сказал он, не вставая, покачивая шлепанцем. — Вы, я вижу, чувство юмора не теряете?

— А чего ж его терять? — пожимая плечами, ответил Саша с интонацией простецкого парня. — Чего имеем…

— Ох, прибедняетесь, ох, прибедняетесь, Александр Юрьевич! — Карлик игриво погрозил ему пальчиком. — Имеете, имеете. Что, разве не за этим сюда пришли?

— За чем? — Саша спросил совершенно искренне.

— Не доверяете. Презираете. — Алексей Иванович обидчиво сложил губки бантиком. Бантик у него при этом получился сухой и мятый.

— Ну, если вспомнить, при каких обстоятельствах мы с вами расстались в прошлый раз, наверное, не странно, что я не кидаюсь к вам в объятия. — Саша снова пожал плечами и сразу вспомнил Дрягина. Вот кого бы сюда…

— Валерия Ирбисовича? — живо откликнулся Алексей Иванович на Сашину мысль. — С нашим удовольствием! Желаете прямо сейчас пригласить?

— Я думаю, не стоит, — промямлил Саша тоном ученика, которому директор школы предлагает немедленно вызвать родителей.

— Как скажете.

"Ну ты и гнида, — подумал Саша, радуясь возможности мысленно отвести душу, — мерзкий старик! Это ж надо — такую рожу гнусную придумать! И во рту — помойка".

— В данном случае, уважаемый Александр Юрьевич, абсолютно неважно, что у меня во рту, — ядовито ухмыльнулся карлик. — И на ваше негативное ко мне отношение ничуть не повлияла бы самая голливудская улыбка. — Он раздвинул свои тонкие губы еще шире, и Саша, содрогнувшись, увидел два идеально ровных ряда сверкающих зубов.

Точно. Так, пожалуй, еще гаже.

— Вот видите!

И откуда ты вообще взялся на мою голову?

— Неточное выражение. — Алексей Иванович таки докачался своим шлепанцем, что тот свалился на пол. Карлик, кряхтя, наклонился, продолжая говорить:

— Не «на» вашу голову, а «из» вашей головы! Я — ничто иное, как порождение вашей фантазии. — Он развел своими цыплячьими лапками. — Вам хотелось видеть врага таким. Максимально противным и жалким, так, чтобы в случае чего и придушить одной рукой. Пожалуйста. Вот он я. Можете начинать прямо сейчас. — Алексей Иванович с готовностью вытянул из воротника желтую морщинистую шею.

Вот еще. Охота была руки пачкать.

— Боитесь? — с любопытством спросил карлик.

— Нет. Просто не пойму, зачем это мне вас душить?

А вообще-то мысль неплохая. Да вот только — чего я этим добьюсь?

— Верно, — одобрил ход Сашиных мыслей Алексей Иванович. — Ничего. А посему я предлагаю: сесть, так сказать, за стол переговоров, покончив на время с оскорблениями. Даже и мысленными.

— Вот тут ничего не могу вам обещать, — искренне признался Саша. — Но постараюсь сдерживаться.

— И на том спасибо. Присаживайтесь, — карлик указал рукой на второе кресло. — Ну-с, — обратился он куда-то в сторону, — что мы имеем?

Саша еще не успел сообразить, что происходит, а знакомый голос его проводника уже тянул занудливым голосом:

— Самойлов Александр Юрьевич, 33 года, разведен. Ближайшие родственники: мать, младшая сестра. Работает четвертым механиком на рыболовном судне.

Саша спокойно слушал, не понимая, к чему затеян весь этот спектакль. Его неугомонный спутник на сей раз превзошел сам себя, превратившись в допотопный магнитофон-приставку «Астра». Кратко изложив скучным голосом Сашину биографию, «Астра» как-то странно хрюкнула, дернув пленку, и заговорила бодрее:

— Психика неустойчивая, раним, мнителен, страдает комплексом неблагодарного сына, мужа-неудачника, нереализованного отцовства, коммерсанта-простака. Гипертрофированный романтизм, профессиональное зазнайство. Речевые нарушения урбанистического типа. Интеллект вялый, незадействованный. Алкоголизм — стадия первая, законченная. — Саша понял, что краснеет. — Желание подвигов — выше среднего, способности — ниже среднего. Предпочтительный вариант — Героический Одномоментный сильной мотивации, окрас романтический. Совокупная потенция — 0, 41. Отклонение от Стандарта: желаемое — 0, 87, реальное — 0, 05. Рекомендации положительные.

Саша чуть было не встрял с вопросом, что означают эти цифры, но прикусил язык.

Алексей Иванович молча и равнодушно выслушал кляузную «Астру» и снова уронил свой тапок.

— Все, — с сожалением произнесла "Астра".

Карлик молчал.

Молчал и Саша, чувствуя себя раздетым догола.

Через несколько минут Алексей Иванович сдержанно покашлял в кулачок и нетерпеливо взглянул на Сашу.

— Что? — спросил тот, не узнавая своего голоса.

— Я жду.

— Чего вы ждете? Чтоб я, в натуре, здесь разделся? Вам еще на мою голую задницу охота посмотреть?

— Не интересуюсь, — сухо ответил карлик. — Я ждуэ чтобы вы наконец сообщили, зачем сюда пришли.

— Да? — искренне удивился Саша. — А я как раз собирался задать вам этот же вопрос: зачем я здесь?

— Ты что — ничего ему не объяснил? — сердито обратился карлик к… нет, не к магнитофону. Теперь наш неистощимый выдумщик и фантазер принял форму сантехнического фаянсового чуда вполне определенного назначения.

— Я не успел, — ответил он густым булькающим голосом, и в памяти тут же всплыло старинное, студенческих времен: "за стеной хлопотливо забормотал унитаз". — Вы сами приказали: дать ему осмотреться, привыкнуть, а уж затем подружиться и поговорить по душам. Вот я и…

— Всю жизнь мечтал иметь в друзьях говорящий унитаз, — вполголоса заметил Саша.

— Не хотите как хотите! Для вас же стараюсь! — обиженно булькнул проводник и снова превратился в зеленую каплю.