Чтение онлайн

– Я буду осторожен. Лучше отпусти меня, – процедил он сквозь зубы.

– Я просто не хотела, чтобы ты пострадал. Он высвободил свою руку.

– Я не пострадаю. Пострадаешь ты. Рейчел переложила из руки в руку свой зонтик. Ее улыбка была сама невинность.

– Если я пострадаю, ты все исправишь.

– Ты ничего не поняла. Абсолютно ничего. Она опять подошла ближе.

– Где мы встретимся. У тебя в номере?

– Боже! Нет! Где-нибудь в общественном месте.

– Где?

Он лихорадочно искал подходящее место встречи.

– В Смитсоновском. Да, в Смитсоновском институте. В аллее у Капитолия.

У нее на лице появилось разочарованное выражение.

– Соглашайся или забудь об этом, – сказал он. – Мы можем посмотреть там на экспонаты.

Она кивнула.

– Помимо всего прочего.

– Рейчел!

– Значит, сегодня в два часа дня.

Он молча смотрел на нее. Он чувствовал, что пот выступил у него на лбу. Крахмальный воротничок давил шею. Но самое главное, он был взволнован. Его тело реагировало на нее как на огонь.

Дежурный как-то странно посмотрел на него, когда подавал ему ключ от номера.

Хью Смит Батлер просматривал бумаги у себя на столе.

– В этом деле слишком много неясного. В один прекрасный момент все может рухнуть. Инвесторы боятся скандала как чумы.

Де ла Барка посмотрел на сенатора. Его бедро все еще не зажило после ранения. После того как охранники в «Белой кобыле» чуть не вывихнули ему руки, у него до сих пор болели плечи. Правая сторона сильнее, чем левая. Он осторожно потрогал мышцы, пытаясь определить источник боли. Он пожалел, что сразу застрелил охранников. Надо было их помучить подольше.

– Ты меня не слушаешь?! – возмутился сенатор.

С особой осторожностью де ла Барка положил руки на колени и взглянул на массивную фигуру сенатора, наклонившуюся над большим письменным столом.

– Я слушаю, но пока не слышу ничего, что касалось бы лично меня.

Батлер сжал руки в огромные кулаки. Его плечи напряглись, как у старого буйвола.

– Мне нужно знать количество людей, участвующих в этом заговоре. Сначала я думал, что их много. Но когда жена Бена подошла сегодня ко мне, у меня возникла мысль, что ничего и не было.

Де ла Барка проследил взглядом за сенатором, начавшим ходить взад-вперед по кабинету. Огромное тело сенатора обильно выделяло пот. Неприятный запах заполнил комнату.

Батлер с осуждением взглянул на сыщика.

– Если бы ты хорошо выполнил свою работу и схватил девчонку, мы бы все узнали.

Де ла Барка и глазом не моргнул.

– Трудно вывезти из чужой страны человека, когда он этого не хочет. Особенно если у него друзья в правительстве. – Он аккуратно переложил вину на сенатора. – Если бы вы отдали приказ, я ликвидировал бы ее одновременно с любовником.

Усевшись на место, Батлер кипел от негодования. Его тяжелое дыхание раздавалось в комнате. Здоровье старика явно сдавало.

– Если бы у меня была полная уверенность. Несомненно в этом виноваты индейцы, но эти дураки из комиссии восприняли убийство Уэстфолла солдатом или переодетым гражданским лицом как знак того, что люди не хотят присутствия армии на реке Паудер.

Сенатор продолжал что-то бормотать больше для самого себя, чем для человека, сидевшего перед ним. Де ла Барка встал.

– Дайте мне знать, сенатор, если у вас будет для меня работа. Я к вашим услугам.

– Что? Подожди. – Батлер вздрогнул. – Подожди. Э-э... Рут Уэстфолл. Она не должна больше распространять свои рассказы по Вашингтону. Отправь ее назад в Чикаго. Вместе с дочерью.

Де ла Барка поджал губы.

– Аккуратно или грубо? Батлер почесал подбородок.

– Грубо. Грубо. Я предупредил ее. Я велел ей возвращаться домой. Она все еще в городе. По-прежнему разговаривает с людьми. Вдова генерала в траурной вуали. Ее слушают.

– Может быть, с ее дочерью случится небольшой несчастный случай – ничего серьезного – так, нападение грабителей...

– Я не хочу ничего знать об этом! – Батлер указал ему рукой на дверь. – Сообщишь мне потом о результатах.

– Это саркофаг, в котором отказался покоиться Эндрю Джексон, – Виктор прочитал табличку на основании резного каменного ящика.

– Не могу сказать, что я осуждаю его за это. Мне кажется, что даже я не поместилась бы в него. А тебе, чтобы поместиться здесь, пришлось бы отрезать ноги. – Рейчел с восхищением посмотрела на своего спутника.

– В те времена людей, кажется, засовывали в мешки и хоронили их тщательно завернутыми. Я думаю, это и называлось саваном.

Рейчел поежилась.

– Мне что-то не хочется осматривать это здание, если в нем можно увидеть только такие экспонаты.

Виктор пожал плечами.

– Пожалуй, ты права. Мы могли бы просто прогуляться по аллее в сторону Капитолия. Ты знаешь, что Вашингтон имеет форму огромного колеса, чтобы защищаться от нападений? Рейчел взяла его под руку.

– Я думаю, нам надо поговорить о том, что мы собираемся делать в ближайшие тридцать – сорок лет.

Он нахмурился.

– Я уже говорил тебе. У нас не будет совместных тридцати или сорока лет. У нас есть сейчас. Сегодня. И все.

– Виктор Вулф! – Она решительно встала перед ним. – Ты уже третий или четвертый раз говоришь мне об этом. А ты не думаешь, что тебе лучше уступить?

– Брат Белого Волка, – возразил он. – Меня зовут Брат Белого Волка.

Она заметила странную интонацию в его голосе. Его глаза смотрели мимо нее. Она бросила быстрый взгляд через плечо. Всюду были люди. Некоторые гуляли по аллее, осматривая достопримечательности. Другие стояли группами перед правительственными зданиями. Она вопросительно взглянула на Виктора. Его рука, придерживающая ее руку, вдруг напряглась.