Селестина
Шрифт:
– Селестина так и не прижилась в семье, – говорит отец. – Я сразу почувствовал подвох, когда она, будучи совсем ребёнком, отказывалась пить чистую, тёплую кровь… ещё горячую. От такой никто не откажется.
Глаза братьев в полутьме алчно блеснули в знак согласия.
– Она – не такая, как мы, – тускло и как-то надтреснуто произнёс отец. – Она – чужая.
– Чужая, – отозвались, как эхо, братья.
– У неё будет ребёнок, – произнёс старший брат. – Я ходил к оракулу в одинокую башню – он видел… Будет, если не помешать.
– Эрик, ты знаешь что делать.
– В бокал? – лишь спросил он.
– Да, в бокал, – сухо подтвердил отец. – Это будет показательно для других… Для всей семьи. Ещё одна, красивая фамильная легенда… Я знаю, что делаю правильно.
– Правильно, – тихо подтвердили братья.
…Жидкость в бутылке мрачно плескалась в руках у слуги, она веселилась и пела в предвкушении, радостно скалясь навстречу будущему. Навстречу мести.
Гости расселись за столом, сервированным изящной серебряной посудой, праздничными свечами, изысканными разноцветными букетами, хрустальными фамильными бокалами…
Вечер обещал быть интересным, и гости волновались.
Все волновались.
Волновались и ждали.