Чтение онлайн

Как Корвин и предполагал, такси доставило Макферсона в аэропорт. Наспех счистив с брюк и плаща грязь, Корвин прошел вслед за ним в вестибюль и увидел, как обозреватель зарегистрировал свой билет у представителя Истерн эйрлайнс, купил журнал, вышел на платформу и по лесенке поднялся в самолет, отправлявшийся ночным рейсом № 348 в Нью-Йорк.

Охранник президента вошел в будку телефона-автомата и позвонил Эстер Таунсенд в Белый дом. Было уже без пяти минут два часа ночи.

— Говорит Арт, — сказал он. — У меня есть сведения, и довольно интересные.

— А нельзя ли до утра? — сонно спросила Эстер.

— Тогда как можно раньше, моя прелесть. Как только можно.

— Ну, скажем, часов в семь, наверху?

— Хорошо. Я приду.

— Так будет лучше, — пояснила Эстер. — Он лег спать около часа назад, и, возможно, для него это последняя ночь, когда он может по-настоящему отдохнуть.

— Думаю, что и для нас всех тоже, моя прелесть. Я буду дома.

Когда Корвин проезжал мимо крайнего ангара аэродрома, самолет рейса 348 поднимался со взлетной полосы. «Бог мой, как я устал, — подумал Арт. — Как я отвратительно себя чувствую. И воняет от меня, как от мускусной крысы».

Он с силой нажал на акселератор и устало замурлыкал:

Ночное небо начало светлеть на востоке, когда Джигс Кейси и сенатор Реймонд Кларк проезжали по Виргинии. Выполняя поручения президента Лимена, они направлялись в аэропорт, откуда Арт Корвин уехал всего лишь несколько часов назад.

Из помощников Лимена не одни они приступили к работе еще задолго до восхода солнца. К тому времени, когда Корвин, с еще не просохшими пятнами красной глины на одежде, добрался до своего дома, Поль Джирард уже пересек Атлантический океан в хвостовом салоне большого транспортного самолета, доставившего в Рим вице-президента Винсента Джианелли.

По предварительной договоренности с Кейси Кларк сам вел машину: они хотели поговорить, не опасаясь водителя. В начале пятого утра Кларк негромко просигналил перед домом Кейси в Арлингтоне. Полковник, уже поджидавший на темной веранде, уселся в его машину с открывающимся верхом и обитыми красной кожей сиденьями, бросив позади себя тоненький портфель. Ему нужно было лететь в Нью-Йорк, а Кларку в Эль-Пасо.

— Неплохая у вас машина, сенатор, — заметил Кейси.

— Знаете, Джигс, если вы не будете звать меня просто Рей, я заставлю Билли Райли разжаловать вас в майоры.

— Хорошо, Рей. — Кейси нравился этот дружелюбный политический деятель из Джорджии. — Я говорю, недурная у вас машинка.

— Просто утешение бедного вдовца, Джигс. Должны же и мы как-то развлекаться… Так что же ваша супруга сказала по поводу этой поездки?

— Я счел бы вас сумасшедшим, если бы вы стали уверять, что можно легко уехать из дому без всякого объяснения, — уныло проговорил Кейси. — Не мог же я сказать жене, что у меня секретная командировка, — вдруг позвонит Скотт? И о том, что меня посылает президент, надо было помалкивать. Нельзя было объяснить, что я еду по служебным делам. Черт побери, да я вообще ничего не мог объяснить! Я просто стоял и смотрел, как ее большие карие глаза становятся зелеными от ревности.

— Будет вам. Джигс, — насмешливо отозвался Кларк. — Или вы и в самом деле хотите сказать, что миссис Кейси имеет какие-то основания ревновать вас?

— Понимаете, оснований у нее нет. И все-таки, если бы жена узнала, что я еду в Нью-Йорк, она стала бы ревновать.

— К той девице на телевидении?

— Да.

— А в чем все-таки дело? Вчера вы что-то мямлили, мямлили.

— Все произошло года два назад и закончилось, так и не успев, в сущности, начаться, — нехотя ответил Кейси.

— Я тоже. Джигс, начинаю вас кое в чем подозревать, — сказал Кларк, подтрунивая над ним.

Кейси пришлось защищаться.

— Видите ли, с этой особой, Сеньер, я познакомился года два назад, когда был в командировке в Нью-Йорке. Она приятельница девушки, с которой я встречался. Мы… Все быстро закончилось… Ну, словом, как это иногда бывает. Мардж каким-то образом узнала и устроила мне грандиозный скандал. Конечно, заслуженно. Я вел себя как идиот, но, понимаете…

— Все понимаю. Но не надо снова терзать себя.

— Не в том дело. Президент, по существу, вынуждает меня вернуться к тому, что давно забыто и похоронено… Я хочу сказать, что разузнать о Скотте и Милисент Сеньер я смогу только при помощи Шу.

— Шу?

— Шу Холбрук. Элеонора Холбрук. Вы-то должны это знать, возможно, вам придется вызволять меня оттуда. Она пишет сценарии для телевизионных постановок.

Некоторое время Кларк молча вел машину.

— А в общем-то, Джигс, не стоит волноваться, — снова заговорил он. — Хорошей жене цены нет.

— Да я понимаю.

— Она дороже всего на свете, за исключением родины, конечно, — добавил Кларк, внезапно став серьезным.

— Ну а что вы все-таки думаете о моем сообщении?

Кларк не без оснований считался лучшим другом президента, и Кейси не скрывал своего желания узнать его мнение.

Кларк на мгновение отвел взгляд от дороги и посмотрел на Кейси.

— А я думаю вот что: самая нелепая, самая неправдоподобная история из всех, какие я слышал за всю свою жизнь. — Он помолчал, потом добавил: — И по всей вероятности, она соответствует действительности.

— Вы находите?

— Может быть, не все ваши сенсационные факты на самом деле выглядят так, как представляются вам, но именно это мы и должны установить. А вообще-то, Джигс, в стране сейчас самый подходящий политический климат для всяких неожиданностей, как подметил вчера президент. Я уже давно чувствую что-то такое в воздухе. Вы видели, вчера после вашего ухода мы с Джирардом остались наедине с президентом. Он нуждался в нас. В конце концов, из всех присутствовавших в солярии мы были единственными политиками. И вы, и Арт, и Тодд замечательные ребята, но нужен профессиональный политик, чтобы взвесить все «за» и «против».