Чтение онлайн

— Скорее всего, я тебя арестую или что-нибудь в этом роде. — Нона попыталась придать своим клинкам форму, но не смогла.

Клера потерла шею, где из четырех тонких параллельных порезов сочилась кровь, и пожала плечами. Она вынула нож и осторожно двинулась к лежащим телам. Нона смотрела, как Клера оттаскивает в сторону мертвых и проделывает дыры в тех, кто еще не закончил жить. Конечности Ноны время от времени подергивались, как у бессветных, и воспоминания о том, как она была близка к тому, чтобы быть разорванной на части, продолжали возвращаться, мучительно яркие.

Нона вырвалась из разума Чайник и проснулась внутри собственного тела, все еще смутно осознавая продвижение Чайник. Приоткрыв один глаз, Нона обнаружила, что Клера притащила ее туда, где туннель пронзал небольшую естественную пустоту. Притворяясь, что она без сознания, Нона подождала, пока Клера приблизится, и со всей возможной скоростью потянулась к шее девушки.

— Ты снимешь с меня ошейник, а я вернусь за Чайник, — сказала Нона. Намек на дефект-лезвие посередине каждого пальца убедил Клеру в искренности Ноны. Клера достала набор массивных отмычек, пригодных для простого и тугого запора на браслетах, и вскоре ошейник со звоном упал на камни.

• • •

— ОНА ЗДЕСЬ, — КРИКНУЛА Клера, вставая.

Нона поползла к ним. У нее не было энергии, чтобы встать, хотя, как ни странно, ее конечности, казалось, гудели от силы, ноги дергались, руки дрожали, время от времени миниатюрная молния дугой переходила от одного пальца к другому. Даром Пути была грубая сила, которую можно было сформировать и высвободить, как свет, как тепло, как взрыв. Ярость Ноны придала энергии форму молнии. Это, казалось, соответствовало буре, которая поднялась в ней из-за ее плена.

Чайник лежала под целой кучей тел. Сначала те, кто держал ее, потом те, кто был рядом с ней, кто был сбит с ног своими коленопреклоненными друзьями. В двух местах сквозь ее одежду были прожжены дыры примерно в дюйм шириной, плоть под ними обгорела.

— Она выглядит мертвой, — сказала Клера, не сумев притвориться, что сожалеет об этом.

— Она не умерла. — Все тело Ноны содрогнулось, едва не опрокинув ее лицом вперед. — Я бы знала.

Клера снова присела на корточки и положила руку на шею Чайник.

— Она не дышит... и... пульса нет. Совершенно мертвая. Прости, Нона. — Она повернулась к ной-гуин. — Жаль, что ты не оставила кусочков побольше. Мне всегда очень хотелось иметь свою собственную черн-кожу.

— Она не мертва. — Нона подползла к боку Чайник. Монахиня действительно выглядела исключительно бледной. Некоторые из трупов бессветных выглядели более живыми.

Она мертва. Кеот высказал свое мнение.

— Она не мертва! — Нона протянула руку, чтобы схватить Чайник, намереваясь тряхнуть и разбудить ее, если понадобится. Но как раз перед тем, как их руки соприкоснулись, с каждого пальца сорвались толстые струйки молний и устремились в Чайник. Монахиня забилась в конвульсиях, руки, ноги и голова резко дернулись вверх. Через мгновение она упала на спину, обмякнув, и в следующее мгновение глубоко вздохнула, как будто была под водой слишком долго.

— Чайник! — Нона дотронулась до ее плеча, сначала неуверенно, но потом, когда ничего не случилось, крепко сжала его. — Чайник?

Чайник перевернулась, тяжело дыша. Нона заметила, что темная ткань леггинсов монахини блестит от крови.

— Оторви несколько полосок ткани, Клера: у нее ножевая рана в бедре. — Нона снова перевела взгляд на Чайник. — Клера вытащит тебя отсюда. Я схожу за Зоул.

— Ты что? — Клера перестала отрывать кусок ткани.

— Мы не можем просто оставить ее здесь!

— Что вообще делает Зоул... Погоди, я не хочу знать. Ты не можешь пойти за ней. Ни одна из вас не может пойти. Даже если бы ты могла сражаться, это было бы безумием.

— Я пойду. — Нона подползла к стене и, держась за нее, поднялась на ноги.

Ты сошла с ума. Оставь ее! Голос Кеота звучал слабо. Он не только стал тише, чем раньше, но и трещал и дрожал в ее голове.

— Мы не можем ее оставить! — прорычала Нона, злясь на правду больше, чем на Кеота или Клеру. Кто-то дернул ее за лодыжку, и она уставилась в пол. Чайник вытянула руку, чтобы схватить ее.

— Зоул может прятаться в стенах. Уйти туда, куда мы не сможем за ней последовать. — Голос Чайник все еще дрожал от сотрясения, которое вернуло ее к жизни.

— Вот именно! — В голосе Клеры прозвучало удивление, но она ухватилась за эту идею. — Если Йишт научила ее камень-работе, она может спрятаться где угодно. Мы вернемся и найдем вместо нее половину ной-гуин Тетрагода, бегающих по коридорам и жаждущих крови.

Ноне хотелось закричать, выругаться, схватить Клеру за тунику и встряхнуть ее за трусость. Но это была правда. Зоул сделала отвлекающий маневр, который спас их. Чего бы ей это ни стоило. И цена была уплачена зря, если они сейчас попадут в объятия ной-гуин.

— Нона? — Клера начала перевязывать рану на ноге Чайник. — Мы приведем Чайник в порядок, а потом пойдем.

Нона посмотрела туда, где туннель поворачивал. Некоторые из бессветных, вдохнувших серую горчицу, все еще выплескивали из себя боль.

— Хорошо. — Она закусила губу и нахмурилась. — Мы идем.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА СТЕКЛО

СВЕТ ФОКУСА ЛУНЫ нашел щели даже в ставнях Шерзал. Лунные лучи пробивались сквозь них, рисуя яркие красные пятна на дальней стене маленькой комнаты Стекла. Снаружи поскрипывали склоны, лед таял, вода дымилась, даже сами скалы в такую жару подавали голос. Стекло со вздохом поднялась. Сэра и Мелкир должны были прийти с минуты на минуту, чтобы проводить ее на суд.

Когда несколько десятилетий назад ей впервые поручили выступить на публике, ее охватил страх, который не имел никакого смысла. Почему слова, которые она без колебаний сказала бы любому человеку, так трудно срывались с ее губ, когда все эти люди сидели рядом друг с другом? Конечно, со временем она справилась со своими нервами, но даже сейчас, после тысячи проповедей, какое-то беспокойство схватывало ее желудок перед каждым выступлением. И за все свои долгие годы Стекло никогда не выступала перед толпой людей столь высокопоставленных, могущественных, богатых и враждебных, как те, с которыми она столкнется в полночь.