Сердце ангела
Шрифт:
«Эй-эй, полегче! – встрепенулся Дитус. – У нас взаимовыгодный симбиоз!»
«Заткнись!» – рявкнул Эрик.
Этот чертов симбионт заткнулся, и виконт подумал, что, возможно, не все так и плохо. Как-нибудь разберется.
Главная проблема – тот, с кого все это началось. Неважно, кем стал Эрик. Неважно, нравится это ему или нет. Важно другое. То, что задумал Берсень, скорее всего, убьет их всех. Его самого и его спутников, называть их товарищами у Эрика язык не поворачивался. Но если даже Берсень и выживет, то они точно отправятся в ад. Берсень – маг. И то место, где они все находятся, не что иное, как логово магов. В сущности таких же, как Берсень. А Эрик хорошо помнил азы «Антимагии».
«Да, Эрик, наконец-то ты прочувствовал это, – снова очнулся Дитус. – Именно так. Мы можем выжить, только убив его. Иначе убьют тебя. Или эти местные ублюдки, или он сам. Не для того он прихватил тебя, чтобы…»
«Заткнись!» – снова оборвал его Эрик.
Да, Эрик понимал это теперь и без Дитуса. Берсень должен умереть. В этом – ключ к спасению. Его самого и… Дианы. Такой же несчастной жертвы мага, как и Эрик. Судьба Арнора не заботила Эрика. Выжить должны только двое – Эрик и Диана…
Эрик шел сквозь дым, поддерживая под руку Диану, прижимавшую к лицу влажный платок, шел и улыбался. Несмотря на адскую боль ожогов на спине, шее и ногах, на вонючий дым, на голод и усталость, ему было хорошо. Впервые он знал, чего хочет.
Вместе с Эриком, внутри него и его же губами, улыбался Дитус. Он своего добился. Сомнениям виконта пришел конец. Оставалось сделать то, ради чего Дитус и оказался в теле Эрика. А после… Если Посвященный Уррадан не обманет, если Дитус наконец получит тело, о-о-о… Он вынашивал планы этого «после» десятилетиями, нет, веками. И потому время с момента, когда Уррадан швырнул медальон в колодец, и до этого часа показалось ему вечностью.
Но теперь все должно быть хорошо. Нужно просто убить Берсеня. И Дитус наконец будет свободен. Он получит тело. Молодого здорового мужчины, можно даже Эрика, если, конечно, тот выживет. Потом он вернет себе то, что было отнято несколько веков назад. Как, каким образом – он найдет способ. И вот после этого…
Берсеню Дитус не верил – ворон ворону глаз не выклюет. Если кто и способен привести пророчество Адальберта в исполнение, то только сам Дитус. И никто другой.
Дарел обвел взглядом сваленные в кучу тела рыцарей Золотой гвардии. Из-под завала растекалась кровавая лужа, тоненькими струйками вливаясь в канализационные стоки. Капитан качнул головой. Сначала «голуби», теперь «золотые». И снова гора трупов. Маги не знают пощады и жалости. Ублюдочные твари!
Спереди потянуло горелым мясом, через завал накатили тяжелые волны дыма. Дарел скрипнул зубами. Маги не просто убивают. Такое ощущение, что они развлекаются! «Голубей» они вроде как изрезали холодным оружием, «золотых» растерзали на куски, а теперь что – сожгли заживо?!
Дарел торопливо перелез через завал, прошел несколько шагов в дыму. Под сапогами захрустел пепел. Одна кучка, вторая, третья, капитан закусил губу и ускорил шаг. Так и есть! Этим тварям мало просто убить! Они всякий раз делают это по-новому. Развлекаются или ставят свои нескончаемые опыты!
Капитан перешел на бег. Пора кончать с ублюдками! Они где-то совсем рядом. С помощью Господа он, Дарел Сот, уничтожит мерзкое порождение зла!
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Существование ордена Посвященных породило в околонаучных кругах множество спекуляций относительно того, кем были его члены. В качестве курьеза можно сказать, что Посвященные объявлялись то магами, то сверхчеловеками или даже пришельцами из будущего.
Навстречу мчались райгеры. Длинными мягкими прыжками, практически не издавая шума. Их было немного, с десяток, они не выглядели столь ужасающе, как орда хейлотов, но Эрик знал – каждый из этих финмарских львов стоит двух дюжин зеленоглазых. В памяти еще теплились воспоминания о подземелье Уормса, о пасти райгера, где виконт провел несколько неприятных минут, но… После рычащей лавины хейлотов, после всего, что произошло, виконт не ощутил в себе страха.
Вытащив меч, Эрик отступил в сторону, чтобы никого не задеть. Он знал, что Берсень не останется зрителем. Что, скорее всего, его меч совершенно не пригодится. Но – он больше не желал полагаться на него. Эрик был готов ко всему. Сражаться с райгерами, сражаться с кем угодно – и, если нужно, умереть.
– Они не восприимчивы к магии, – с тревогой заметил Арнор.
Он верил Берсеню, после уничтожения хейлотов верил, как никогда, но страх перед райгерами был сильнее доводов разума. Во время посещений Финмара Арнор не один раз испытывал на них свою магию, естественно, из специально оборудованных убежищ. Но ни его попытки, ни попытки Даэлора, с коим он в основном общался, никогда не имели успеха. Нет, конечно, райгера можно было отловить сетью, заколоть пикой или застрелить из ружья, но вот как раз магия была совершенно бессильна против этой твари.
– Сейчас посмотрим, – пробормотал Берсень.
Ударив своим посохом об пол, он перехватил его двумя руками и развернулся в сторону райгеров.
– Хочешь драться посохом? – изумился Арнор.
Между окованных железом концами посоха сверкнул с пронзительным треском разряд молнии.
– Магией? – Арнор побледнел, невольно делая шаг назад.
Это было невозможно – пытаться убить райгеров разрядами молний! Он и сам это пробовал, и не один раз. Неужели Берсень этого не понимает? Неужели Арнор все-таки ошибся с выбором?! Неужели Адальберт ошибся?!!
Молния ударила с оглушающим грохотом. Разряд ткнулся в первого райгера, окутав того голубоватой искрящейся сеточкой, от него в следующего и дальше, вплоть до последнего и, наконец, вернулся на другой конец посоха.
К немалому ужасу Арнора, хищники не остановились. Только оскалились и немного сбавили ход. Возможно, они рычали, но за треском молнии их никто не услышал.
Оглушенный и перепуганный Арнор отшатнулся, едва не сбив с ног Диану, и стал пятиться, рассчитывая укрыться за поворотом. Надежда была зыбкая, у райгеров отменный нюх, но это единственное, что он мог еще сделать. И это было лучше, чем смотреть на то, как рушится его надежда.