Чтение онлайн

Игорь пошел на звуки, ожидая увидеть включенный телевизор и уставившуюся на экран горничную.

Но он ошибся! Горничной в комнате не было. И экран телевизора не светился. Стоны же издавала не порноактриса, а реальная женщина. Его жена! Его холодная аристократичная жена, извивающаяся под мускулистым телом двадцатитрехлетнего шофера. Увидев эту сцену, Игорь почувствовал приступ тошноты. Под ним-то она никогда вот так… Не стонала. Не извивалась. Не царапала его спину своими коготками. Просто лежала. Красивая и холодная… А сейчас…

Как отвратительна она была сейчас! Уже немолодое лицо перекошено от похоти, дрябловатые ноги молотят парня по тугим ягодицам, волосы, всегда уложенные в безупречное каре, намокнув от пота, повисли сосульками… Рядом со своим любовником пятидесятилетняя Алла выглядела старухой, что было особенно мерзко, даже хуже, чем сам факт измены…

Игорь хотел уйти сразу, пока его не заметили. Но Алла, исторгнув из себя просто-таки кошачий вопль, замерла, после чего открыла глаза. Открыла – и увидела мужа в дверях спальни. Игорь смутился, а она нет. Встала, похлопав перепуганного парня по попке, накинула халат и с привычной холодностью сообщила Игорю, что полюбила другого.

– Этого сопляка? – заорал он, только-только осознав, что примерил на себя шкуру рогатого мужа из анекдота. Он, Себровский! Мечта любой бабы от восемнадцати до шестидесяти!

– Он настоящий мужчина, – надменно молвила супруга. – Не то что… – Алла сделала многозначительную паузу, – некоторые.

– Я с тобой развожусь!

– Нет, это я с тобой развожусь, – отчеканила Алла. – А квартиру покинуть я прошу тебя прямо сейчас…

Квартиру он покинул, ведь она была записана на жену. Как многое другое. После развода – склочного, мелочного, унизительного – состояние Игоря сильно оскудело. Алла дралась за каждый рубль (ведь ей нужно было содержать своего молодого любовника) и не останавливалась ни перед чем, лишь бы оттяпать кусок пожирнее. Особенно яростно она боролась за акции холдинга, и Игорь без борьбы уступил ей половину контрольного пакета. После чего выбросил свою половину акций на биржу и продал их по смешной цене. Деньги, конечно, потерял и дело свое, по сути, тоже, зато Алле отомстил. Хотела получить империю, а достались бывшей женушке лишь ее обломки.

Но, кроме развода, в тот год на Игоря свалилась еще одна неприятность. Его не перевыбрали на новый срок. Он перестал быть депутатом, и сразу же на него завели дело о хищении государственной собственности. А тут еще сердце стало пошаливать. Что неудивительно – все ж болезни от нервов!

И так все Игоря достало, что он решил взять и начать жизнь заново. И начал! С нуля. Купил землю, технику, цыплят, корма, отстроил ферму, нанял работников. И дело пошло. А затем и остальное наладилось. Даже личная жизнь. Теперь у Игоря была молодая, красивая, а главное – скромная, чистая, преданная и благодарная гражданская жена (отношения оформлять он больше не желал). Из деревенских. С косой до попы. С рубенсовскими формами. И с таким невинным взглядом, от которого у Игоря выступали слезы умиления…

– Знакомьтесь, господа, это Пашенька, – представил супругу Игорь, едва они вошли в дом. – Моя жена.

Девушка тут же зарделась и опустила очи долу.

«Артистка», – хмыкнула про себя Ирка. «Аферистка», – решил Макс. И оба подумали, что деревенская хищница еще себя покажет. Вот обживется в доме, забеременеет, женит Себровского на себе и, почувствовав себя хозяйкой положения, скинет масочку волоокой скромницы. Гулять начнет, как пить дать (вон как глазками на Макса стрельнула), и тянуть с новоявленного фермера бабки (Ирка заметила, с каким завистливым вниманием девица рассматривала ее модный прикид).

Но пока Пашенька вела себя безупречно. Была тиха, нежна, покладиста, а на Игоря смотрела как на икону. Себровский млел. И все то время, пока они с Максом вели деловые разговоры, поглаживал ее по мясистому крупу (раньше-то, помнится, усмехнулась про себя Ирка, предпочитал женщин худеньких).

Когда мужчины наговорились, Паша подала обед. Состоял он из пяти блюд: супа, салата, фаршированных яиц, запеченной курицы, жаркого, кулебяки, и был очень вкусно приготовлен. Ирка, так и не научившаяся кашеварить, совершенно искренне Игореву супругу похвалила. От ее похвалы Себровский просто расцвел, а Ирка решила, что сейчас самый подходящий момент для приглашения его к себе в гости. Она только-только хотела заговорить с ним о предстоящей вечеринке, но ее опередил Макс:

– Игорь, Паша, мы с Ириной приглашаем вас к нам в гости.

– Спасибо, – ответил Себровский. – Как-нибудь нанесем вам визит… Весной, может быть…

– Нет, Игорь, вы не поняли. У Ирины день рождения скоро. Хотим устроить скромную вечеринку. Директор «Конс-Евро» тоже на нее приглашен, так что можно будет совместить полезное с приятным. – Макс как можно благожелательнее глянул на Пашу. – А супруге вашей не мешает развеяться, сменить обстановку.

– И правда, Игорек, – зажурчала Паша. – А то ведь нигде не бываю. Платье, что ты мне купил на Восьмое марта, и надеть некуда…

Себровский недовольно буркнул:

– Где вечеринку устраивать собираетесь? В клубе, что ль, каком модном?

– Нет, дома.

– Хорошо, – облегченно выдохнул Игорь. А вот Паша приуныла. – А то мне вся столичная тусня, – он провел ребром ладони по шее, – во где!

– Мы вообще будем праздновать не в Москве, а в Ольгине.

– О-о-о! Мой любимый городишко! – расцвел Игорь. Зато Паша сникла. – Туда я бы сгонял. Тем более там комбикормовый завод есть, а я как раз поставщика кормов сменить хочу…

– Вот видишь, как здорово. Сразу столько дел сделаешь, а заодно и дам порадуешь.

– Да, Игорь, – подала голос Ирка. – Мне очень приятно будет видеть тебя у себя.

– Значит, договорились, – кивнул головой Себровский. – А теперь пойдемте, я вам свою ферму покажу. Паша пока ужин приготовит…

От Себровского они уехали затемно. Хотели раньше, но Игорь без ужина не отпустил. И хотя гости еще обед не переварили, пришлось им вновь садиться за стол и вкушать плоды Пашиных трудов.

Ирку после более чем обильной трапезы клонило в сон, но прежде чем уснуть, она спросила у Макса:

– «Конс-Евро» действительно существует?

– Естественно. Себровский не дурак, его на мякине проведешь.

– Но ты провел.

– Совсем нет. Единственное, в чем я его обманул, так это в том, что на твоей вечеринке будет директор «Конс-Евро», остальное же – чистая правда. Я знаком с одним из акционеров предприятия, он не против сотрудничества с Себровским. – Макс улыбнулся, продемонстрировав ямочку на щеке. – Я, кстати, как посредник, еще и процент от сделки получу… – Он разложил Иркино кресло, чтоб ей было удобнее, и сказал: – А теперь поспи. У тебя, смотрю, глаза закрываются…