Сердце Дуба
Шрифт:
Джаго появился на палубе и встал рядом с Винсентом, бесстрастно наблюдая.
«Флаг-лейтенант вице-адмирала Бетюна, сэр, в Афинах. До того, как нам дали команду «Вперёд».
И все закончилось так же быстро.
Ещё одно крепкое объятие, затем они расступаются и приветствуют друг друга. Друзья. Равные.
Винсент наблюдал вместе с остальными и услышал крик капитана: «Я скажу ей, когда увижу ее!»
Затем лодка отчалила, а командир Фрэнсис Трубридж размахивал шляпой, словно мичман, словно не мог сдержаться.
Джаго сказал: «Нам лучше сделать то же самое, капитан».
Он многое повидал и мог противостоять всему, если понадобится.
Корабли, которые проходят мимо. Его отец часто говорил об этом, когда был достаточно трезв, чтобы понимать смысл своих слов.
«Я готов, когда ты готов». Адам смотрел в сторону лодки, но она уже скрылась за латинскими парусами гибралтарского торговца.
Он вспомнил последний раз, когда они все были вместе в лондонском доме Бетюна: капитан, рулевой, флаг-лейтенант и слуга вице-адмирала Толан.
Во флоте всё было именно так. Семья. Это что-то значило, подумал Джаго. Рука на плече.
Винсент спросил: «Это его первый приказ, сэр?» Но кто-то окликнул его, прервав, когда двуколка снова подошла к борту.
Адам увидел Моргана, спешащего к входному иллюминатору со старым мечом в руках. В большой каюте хоть на какое-то время воцарится покой. Морган его заслужил… Он вспомнил слова Винсента. Восхищение или негодование? Он спустился в гичку, и в ушах звенели салюты.
«Это не займет много времени».
Джаго повернулся и посмотрел на него. Откуда он знает? Он сказал: «Сделай с ними всё хорошо, капитан. Отработай немного эту свинину!»
Когда они отошли от «Онварда» и вышли из его тени, Адам взглянул на стоявший на якоре бриг, чья краска на солнце блестела, словно стекло. На реях виднелись крошечные фигурки, и он догадался, что у кабестана уже кто-то есть.
Траубридж отлично справлялся, да ещё и на глазах у флагмана. Его краткий визит был для него настолько важен, что он отложил отплытие.
Для нас обоих.
Его первый приказ. Как Светлячок. Он вспомнил ту последнюю прогулку по набережной, те же напоминания. «Я скажу ей, когда увижу её». Но кто увидит её первым? Он быстро поднялся наверх, обогнул «Tenacious», «домой-домой» и обнаружил, что там уже ждала боковая группа.
Флаг-лейтенант завис в воздухе, пока отдавались салюты, а затем повёл его на корму с такой настойчивостью, какой он совсем не показывал в прошлый раз. Как будто не было ни минуты свободной.
«Коммодор ждет вас, сэр. Я отведу вас прямо к нему».
Адам уже видел мичмана, стоявшего у колокольни флагманского корабля. Он разговаривал с матросами и явно не спешил ударить в четыре колокола, назначенные для этой встречи.
Он услышал голос Каррика задолго до того, как добрался до вестибюля. Часовой Королевской морской пехоты смотрел прямо перед собой с бесстрастным лицом. Возможно, так случалось часто.
«Мне плевать, что он говорит! Приведите его сюда, немедленно!»
Мимо пробежал лейтенант, даже не взглянув на них. Каррик стоял посреди каюты, широко расставив ноги и расстегнув свой изысканный сюртук, и тяжело дышал, словно после бега.
«И вот ты где, Болито. Не совсем то, что мы ожидали, да?»
Он жестом указал на флаг-лейтенанта. «Ради бога, выпейте что-нибудь, флагман. Этот дурак-слуга на берегу, чёрт его побери!»
«Я полагаю, это вы его послали, сэр».
Это было неразумно с его стороны, но Каррик, по-видимому, его не услышал.
«После всех забот и приготовлений! Предательство… помнишь, что я сказал, Болито? Другого слова не подобрать!»
Он отошёл к краю каюты, всё ещё прерывисто дыша, пока флаг-лейтенант нашёл и поставил на стол полный стакан. Он уже видел, как Адам покачал головой. Сейчас было не время.
Кэррик с грохотом опустил пустой стакан.
«Если бы я не послал тебя сопровождать француза в… в Абубакр…» Он запнулся на имени. «Фокус удался бы, и «Наутилус» лежал бы обугленными обломками, как тот кусок, который ты мне показывал! Лучшее, что могло бы случиться, на мой взгляд!»
Флагманский лейтенант подождал, пока Каррик подошел к кормовым окнам, высунулся наружу и терпеливо произнес: «Французское правительство обеспокоено восстанием и стремится укрепить свой союз с нынешним правителем».
Кэррик обернулся, его лицо засияло в пробивающемся солнечном свете. «Они же отдадут ему «Наутилус», ради всего святого! В знак доверия и солидарности! Как фиаско в Алжире».
Он ткнул пальцем. «Ты был там, Болито… ты видел мерзавцев, которые пытались использовать справедливую кампанию, чтобы скрыть свои преступления! На этот раз найдутся другие, попомни мои слова!» Он сердито посмотрел на дверь. «Повтори это ещё раз!»
Раздался голос: «Мерлин только что взвесился, сэр».
Он очень медленно выдохнул. «Хорошо. Её командир — ваш друг, я полагаю?»
«Мой последний корабль, сэр». Адам наблюдал, как он собирается с духом, словно это было физическое усилие, требующее всех его сил.
«Ну, теперь он под моим командованием». Гнев всё ещё кипел. «А я всё ещё принимаю решения!»
Он указал на кучу бумаг, разбросанных по столу.
«У меня есть корабли, находящиеся на ремонте или ожидающие его. Капитаны бегают по чёртовым поручениям для тех, кто думает, что знает, что нужно». Он так же резко сменил курс. «Мне сказали, что «Вперёд» принимает припасы?»