Сердце Малого Льва
Шрифт:
– Ну и что? Подумаешь, премьера.
– Да что ты понимаешь!
– Ну, так объясни.
В ее комнате было тихо и уютно. Чем-то обстановка напоминала дачу: простая
деревянная мебель, половицы, окно в сад, вазы с цветами...
– Мой Антик талантлив, - заявила Лауна.
Эдгар уже вошел в нее, почувствовал ее боль и кое-что понял.
– Хочешь сказать, что он талантливее, чем дочери Иримис, - уточнил он.
– Да. Конечно!
– Сядь. Лау, успокойся.
– Как?!
Он потянул ее за руку и усадил рядом с собой.
– Послушай, милая: бесполезно соперничать с Иримисвээлой, тем более делать это с
помощью детей. Тут нет никакой связи. И потом... Коэм всё-таки твой муж.
– Да. Но любит он ее.
– Не говори ерунды. Я прекрасно помню ваш роман.
– Да ты ничего не знаешь! Он любил Аурис, он даже звал ее с собой на Вилиалу... А на
мне женился из жалости.
– Неправда, Лау. Это ее он звал с собой из жалости.
– Да она была копия этой стервы Иримис! А вкус у него с годами не меняется.
– Черт бы вас побрал, - проворчал Эдгар, - двадцать лет женаты и никак не можете
разобраться!
– А тебя это вообще, по-моему, не касается!
– Ошибаешься, - вздохнул Эдгар, - меня тут всё касается.
Среди ночи к нему в комнату кто-то заскребся. Эдгар сел, сонно мотая головой.
– Кто там?
– Эдвааль, - зашептал в приоткрытую дверь Антик, - я принес вам лягушку.
– Какую еще лягушку?
– не понял он спросонья.
– Аэлеснакис. Но большую. Правда, не очень большую... но все-таки не маленькую.
– Поймал, значит?
– Да. Сачком.
– Что ж, ловко. А главное - вовремя, - Эдгар обречено зевнул и включил ночник, -
заноси.
Большая, размером с пивную кружку, буро-зеленая и порядком вонючая тварь висела в
сачке как в гамаке и лениво щурила свои выпуклые глазки. Кажется, ей было хорошо и
– 159 -
спокойно. Охотник же обтекал тиной прямо на коврик, и это не мешало ему чувствовать себя
героем.
– Вот, - заявил он гордо.
– Блеск, - поморщился от вони Эдгар, - то, что надо.
– Правда?!
Через минуту неминуемо встал вопрос, что с этой добычей делать дальше.
– Может, большую кастрюлю принести?
– предложил Антик, - у мамы полно кастрюль.
Эта идея Эдгару не понравилась.
– Не варить же мы ее собираемся, - сказал он брезгливо, - неси ее сразу в ванну. Заодно и
помоем.
Пока Антик отмывался от тины и наливал воду, он прошел в кабинет Коэма, вскрыл сейф
и достал рансанганрудуор, загадочную маленькую трубочку, в которой раздражало не столько
ее происхождение, сколько название.
Пленная лягушка в воде чувствовала себя прекрасно. Ванна была большая, овальной
формы, и она лениво плавала по ней стилем брасс, о чем-то своем, земноводном,
размышляя. Мальчишка смотрел на нее влюбленными глазами.
– Я в детстве хотел иметь аквариум, - обернулся он, нежно улыбаясь, - мама не
разрешила.
– Твоя мама росла на Тритае, - сказал Эдгар, - там пылкой любви к лягушкам нет. Там
вообще их нет.
– Знаю. Там холодно. Один раз папа привез с Тритая скорлика. Но он не прижился.
– Сочувствую.
– Это давно было.
– Всё равно жаль...
Эдгар отодвинул парня от ванны, направил на плывущую лягушку рансанганрудуор и
решительно нажал на едва выступающую, но довольно тугую красную кнопку. Она
щелкнула. Лягушка замерла. Всё произошло настолько тихо и незаметно, что просто не
верилось.
– Что с ней?
– испуганно спросил Антик, - Эдвааль, что вы сделали?
– Я ее усыпил, - сказал Эдгар.
– Как это? Зачем?
– Да мало ли что с ней может случиться до утра. Пусть лучше поспит. Кстати и тебе
советую. Уже поздно.
– Эдвааль, она как-то странно спит.
Аэлеснакис пошла на дно. Выпученные глаза ее были открыты, лапки застыли в том
положении, в котором она ими гребла.
– Да всё нормально, малыш. Это такая порода: спят с открытыми глазами. Ты что, не
знал?
– Нет.
– Иди и будь спокоен. До утра она уж точно никуда не убежит.
Антик еще раз подозрительно покосился на свою добычу и принялся мыть руки. В это
время вошла Лауна. Зелененькая, растрепанная, в наскоро накинутом халате, она здорово
напоминала ведьмочку. Вид лягушки в ванной совсем ее доконал.
– Да что ж это такое?!
– визгнула она, - чем вы тут занимаетесь?!
– Мамочка, давай заведем аквариум, - предложил Антик.
– Завтра спектакль!
– ответила она, - премьера! Ты собираешься спать или нет?! Мало
того, что ты пришел пьяный, объелся мороженого, прогулял в зоопарке репетицию... ты еще
и не выспишься!
– Я высплюсь, мамочка!
– Марш в постель!
Наскоро вытерев руки полотенцем, Антик выскочил за дверь.
– Спокойной ночи, Эдвааль! Спокойной ночи, мамочка!
– вежливо пожелал он оттуда.
– Что ты делаешь с моим ребенком, Эд?
– грозно спросила Лауна, - что это за дрянь
плавает?.. Нет, я от тебя с ума сойду!
– 160 -
– От меня все женщины сходят с ума, - пожал плечом Эдгар, - выходит, и ты не
исключение.
– Прекрати!
– Успокойся, Лау.
– Выброси сейчас же эту дрянь из моей ванны!
– Помилуй, какая же это дрянь? Ты же их, извиняюсь, ешь.