Чтение онлайн

красный цвет. Двадцать лет назад это выглядело вульгарно и неканонично, но, видимо,

сказывалось влияние Тритая. Намогуса разоблачили и отвергли, а цвета его прижились.

Всё менялось. Если двадцать лет назад женщины предпочитали все оттенки зеленого, то

теперь освещенный зал напоминал цветник. Раньше у Эдгара бы глаза разбежались, но

сейчас он поймал себя на полном равнодушии. Зеленые красавицы были хороши, но почему-

то не волновали. Волновало как раз другое: проклятая трубка с длинным названием.

Антик отплясал неплохо. В общем, с задачей справился. Влюбленные помирились,

злодей-разлучник был жестоко наказан, суровый отец всё понял, а бабка во всем призналась.

Всё это, разумеется, в танце. Бессмертная любовь оказалась бессмертной. Эдгар бурно

аплодировал вместе со всеми. Восторгаться было модно по-прежнему. Дамы растроганно

плакали, некоторые даже лишались чувств. Вот это было уже новшество.

Потом нормальная публика разошлась по домам, а элита отправилась к Проконсулессе в

Тенистый Дворец. Эдгар и Коэм полетели туда же. Они понеслись низко над погруженным в

туман белым городом, потом начались изжелта-зеленые, как полосатые коврики, поля,

закучерявились зеленью перелески, блеснуло зеркало реки.

– А как же Лауна?
– спросил Эдгар, утираясь очередным платочком.

– А ее туда никто не приглашал, - спокойно ответил Коэм.

– Постой... но ведь она же твоя жена.

– Иримис не хочет ее видеть.

– Тогда какого черта ты туда летишь?

– Я член Совета. И я должен знать, что творится в верхах. Иримис не так часто дает

приемы. Этот - по случаю премьеры. Знаешь, что значит для нее премьера?

– 162 -

– А ты знаешь, что чувствует при этом твоя жена?

– Я ей всё объяснял. И не раз.

Чересчур спокойный тон Коэма не понравился Эдгару. Ему даже показалось на минуту,

что Лауна права.

– Ей бы там все равно было неуютно, - добавил лисвис, - она так и не привыкла ко

дворцовому этикету.

– Ну конечно, - усмехнулся Эдгар, - твоя жена - провинциалка. Я и забыл!

– К чему этот разговор?
– взглянул на него Коэм.

Его светлое лицо с серыми глазами было почти человеческим, только очень бледным.

Черные волосы еще больше это подчеркивали. А в глазах, несмотря на змеиные зрачки, была

совсем человеческая тоска.

– Извини, - сказал Эдгар, - разбирайся сам со своими женщинами. А я так вообще

держусь от них подальше.

– И тут ты прав.

Тенистый Дворец находился недалеко от столицы, на крутом берегу реки Воогоа-уе. Он

был построен из белоснежных блоков по всем канонам виалийской архитектуры эпохи

Упадка Расцвета. Эдгар понадеялся на название и ожидал тени. Но тени там почти не было.

В связи с весенними холодами купола из цветного стекла раздвинули и оставили только

прозрачные. Они защищали от ветра, но никак не от солнца. Обнадеживал только скорый и

неминуемый закат.

Светский прием оказался еще мучительнее высокого искусства. Избранные лисвисы

медлительно передвигались по огромному беломраморному залу с пятью фонтанами в

центре. Они поочередно, как молекулы, сталкивались друг с другом и невыносимо долго, по

всем правилам придворного этикета, друг друга приветствовали. В этом и заключался весь

кайф такого сборища. Дед когда-то предупреждал...

– Сейчас модно приветствие в весеннем духе, - сообщил по секрету Коэм, - что-нибудь о

туманах, о ветре перемен, о холоде души. И не меньше трех сктрин, понятно?

– Что ж ты раньше не сказал, - побледнел Эдгар, - я бы заготовил парочку выступлений!

– Ты же любишь импровизации, Эдвааль.

«О, несравненная, внезапноозаряющая, легко ступающая, весновоплощающая

Гаинасвээла вэя! Не смею описать вам свое счастье и восторг, подобный весеннему ветру,

врывающемуся в распахнутые окна старого домишки, стоящего на берегу безбрежного

океана, океана любви и надежды, бесконечных бурь и потерь...» - послышалось справа, в

бодром журчании фонтанных струй. Какой-то щеголь в полосато-желтом раскланивался

перед пожилой, толстой дамой, обвешанной драгоценностями.

– Да куда уж мне с вами тягаться, - попятился Эдгар, - надо бы запомнить на всякий

случай про «распахнутые окна старого домишки».

Коэм засмеялся, но скоро сам был втянут в эту игру и как наставник был потерян.

Пришлось действовать самостоятельно. Медленно передвигаясь по всему залу и старательно

избегая столкновений, Эдгар наконец обнаружил хозяйку дворца. Пот к тому времени залил

всё его лицо, волосы взмокли и прилипли к шее. Иримисвээла заметила его, несчастного,

ошалевшего, неканонично утирающего лоб платочком, отделилась от группы солидного вида

лисвисов и подошла с вежливой улыбкой.

– Наконец-то моя утлая лодка пристала к вашему берегу, - неожиданно для себя выпалил

Эдгар, вообще-то он собирался воспользоваться поэтичным «старым домишкой» и его

«распахнутыми окнами», но измученная, ослепшая от яркого солнца и распаренная душа

кричала совсем о другом.

Очевидно, во взгляде его появилась легкая паника, потому что Проконсулесса заморгала