Чтение онлайн

– Я и не отрицаю, - пожал он плечом, - я гений.

– Я люблю тебя.

– За то, что я гений?

Зела смутилась. Получалось, что так. Он гений, и поэтому она его любит.

– Ты меня совсем запутал, Кси, - призналась она, - с тобой самые простые вещи становятся

невообразимо сложными... А я просто хочу тебя как женщина мужчину. Можешь ты себе такое

представить? И я устала выпрашивать у тебя каждое прикосновение.

– Я не могу себе такое представить, - сказал он, глядя на нее совсем похолодевшими темно-

серыми глазами.

– Но это так!

– Не гневи Создателя, Ла.

День явно с утра не задался, и ничего хорошего от него можно было не ждать. Зела резко

отодвинула недопитый чай, встала и схватила пальто.

– Может, мне себя изуродовать?
– раздраженно спросила она, - может, побриться налысо

куском стекла? Я когда-то это делала! Может, мне перестать есть и превратиться в дистрофика?

Что мне сделать, Кси? Что мне сделать со своей проклятой красотой? Я хочу просто жить! Без

великой любви, без всемирной славы, без сплетен вокруг моего прошлого и настоящего... меня

сделали красивой куклой, а я самая обыкновенная. Когда ты это поймешь?!

– Черт побери, - усмехнулся Кси, тоже поднимаясь из-за стола, - стоит богиня перед чахлым

заморышем в больничной пижаме и заявляет, что она самая обыкновенная!

– Конечно!

– Да ты и дня не проживешь, как обыкновенная женщина.

– Это почему же?

– Потому что ты - это ты.

– Хорошо же ты меня знаешь!

Кси наклонился и полез в тумбочку.

– 239 -

– На-ка вот, почитай, - он протянул ей пачку листов в пакете из-под кукурузных хлопьев, -

тогда поймешь, как хорошо я тебя знаю.

– Это твоя пьеса?
– нахмурилась Зела.

– Да. Она не окончена. Я пока не знаю, чем там всё закончится.

– Я пока тоже не знаю, - вздохнула она.

************************************************************

Уже в театре ей позвонил Эдгар и пригласил на обед во дворец. Сказал, что будут какие-то

важные новости. Зела отпросилась с репетиции и полетела домой переодеться. На душе было

скверно, разговор с Кси не выходил из головы, а в сумочке обжигающе лежала еще не

прочитанная пьеса о ней самой. Читать ее было почему-то страшно. Еще страшней было

представить, что ее прочтет кто-то другой.

Дома она положила пьесу в свой секретер и закрыла на ключ. Рука дрожала. Потом налила

себе «Золотой подковы» и выпила торопливо, как лекарство, чтобы хоть немного снять нервное

напряжение. Потом позвонила Ингерда удостовериться, что они с Ричардом будут к обеду.

– Я ничего не знаю про Ричарда, - сухо сказала Зела, - спроси у него сама.

Кажется, Ингерда немного смутилась от такого ответа, торопливо простилась и погасла. В

это время он прилетел. Зела слышала, как сел его модуль, как раскрылась входная дверь,

слышала его шаги по лестнице...

– Ты уже готова?
– коротко спросил он, на ходу снимая китель.

– Я?..
– она почему-то растерялась от неожиданности, потом спохватилась, - нет, конечно.

Неужели ты думаешь, я пойду в таком платье?

– Платье как платье, - пожал он плечом.

– Ты же знаешь, как торжественно они обставляют свои приемы.

– Это не прием, - муж торопливо расстегивал рубашку, стоя у распахнутого шкафа, - скорее,

деловая встреча.

– Да?

– На Вилиале осложнилась обстановка, и Эдгар узнал что-то важное. Вот и всё.

– Понятно, - Зела вздохнула разочарованно, - так вот почему ты туда летишь.

– Я давно не видел внука, - сказал Ричард, - это тоже правда.

«А жену давно ты видел?» - хотелось ей спросить.

– Будешь кофе?
– спросила она вместо этого и совершенно невпопад.

– Индендра угостят, - ответил он бесцветным голосом.

– Как хочешь.

Зела пожала плечом и ушла в свою спальню переодеваться. Потом они молча спустились,

молча сели в модуль, молча взлетели... Когда-то им нравилось летать вместе. Это было

наслаждение - нестись с бешеной скоростью над планетой и чувствовать у себя на плече его

сильную, уверенную руку. И ничего не бояться. Как жаль, что всё когда-то проходит!

Мир от этого потускнел. В нем не стало смысла. Кси, конечно, скрашивал эту серость и

заполнял эту пустоту, как мог, но даже его гениальности было мало.

Вокруг дворца летел, подгоняемый ветром, такой же мокрый снег, как и в городе. Гнусная

погода соответствовала гнусному настроению. Зела накинула капюшон и вздохнула. Голова

немного кружилась от выпитого коньяка, но на сердце было по-прежнему тяжело.

Ричард вышел и молча протянул руку. Ей показалось, что он вытесан из камня, суровый

белогорский бог с его мощной фигурой, с его чеканным профилем и с его жестким взглядом. И

этому каменному богу не было до нее никакого дела!

Иногда ей казалось, что всё, чем она жила, о чем беспокоилась и к чему стремилась,

представлялось ему лишь глупыми бабскими капризами. Чего, в самом деле, ждать от

женщины! Сначала он еще делал вид, что ему это интересно, а потом даже на премьеры ходить

перестал. Все театральные дрязги, в которых она жила, и про которые Кси мог слушать часами,