Чтение онлайн

казнили его отца, а сегодня приглашали к завтраку сына. Анастелла же просто смущенно

потупилась.

– Ну чего ты встал как столб, Лью?
– первым опомнился Герц, - может, тебя пультом

разморозить?

– 434 -

– Доброе утро, - выговорил Льюис.

– Садись, не стесняйся, - улыбнулся Леций, - места много.

Льюис сел на свободный стул рядом с Кондором. Ему очень хотелось удрать отсюда как

можно скорее, хотя на него и перестали обращать внимание. И без того хватало забот.

– А где Ричард Оорл?
– спросил он шепотом своего соседа.

– На Наоле, - почему-то вздохнув, ответил юный доктор.

– На Наоле?! Зачем?

– У Прыгунов везде дела.

– Понятно. А... а это кто?

– Эрхи.

– Понятно...

Кондор был немногословен, его вежливость оказалась предельно лаконична. Да и жевал

он без особого аппетита.

– Как дела, Лью?
– спросил Конс наклоняясь.

– Спасибо, - так же лаконично ответил он, - всё нормально.

Завтрак был подан в роскошной посуде, но состоял из обычных консервов. Содержание

намного уступало форме, но форму Прыгуны явно уважали. Они как-то мигом забыли, что

еще вчера закусывали у костра, ходили в холщовых рубашках, не брились и утирались

рукавом. Азол Кера восседал в аппирском халате, Леций - в своем белом костюме с голубым

плащом, Конс - в фиолетовом с белым, Руэрто - в желтом с синим, Герц - в малахитово-

зеленом с золотистым, совершенно неузнаваемый без своего парика и краски. Женщины

были еще более нарядны, а эрхи и вовсе великолепны.

Только в Ольгерде Оорле осталось что-то простое и родное - обычный серый свитер с

закатанными до локтя рукавами. Он сидел хмурый, и только когда принесли кофе, оживился.

– Хоть тут наконец напьюсь по-человечески!

– Мы припрятали в подвале настоящий кофе, - улыбнулся слуга у него за спиной, - да

дуплоги его и не потребляют.

– Неужто не распробовали?

– Мы сказали, что это порошок морить клопов.

Все рассмеялись, Льюис тоже.

– Откуда во дворце могут быть клопы?
– раздраженно спросила Ингерда, - что за

глупость? Это же не ночлежка.

– Но дикари-то об этом не знали, - пожал плечом слуга, - у них везде клопы, госпожа,

даже во дворцах.

– Какая гадость...

– Ничего, выведем, - уверенно сказал Герц, - очистим Шеор от всякой нечисти.

– Что значит, выведем?
– строго посмотрела на него королева, - ты-то здесь при чем?

– Ты разве не знаешь, мамочка, что я решил отправиться на Шеор?

– Зачем? Морить клопов?!

Рыжий пожал плечом.

– Развлекаться. Здесь-то и без меня обойдутся. Разве нет?

– Аггерцед...
– посмотрела она на него с ужасом.

– Что?
– уставился он на нее со своей пошловатой улыбочкой.

– Герц, мы это еще не обсуждали, - сказал ему Леций нахмурившись.

Рыжий только невинно захлопал своими голубыми глазами.

– Я должен с тобой это обсуждать?

– Прекрати. Это серьезный вопрос.

– Серьезные вопросы, папочка, ты решаешь на совете Директории. А я, как известно,

туда не вхожу.

– Что за чушь ты говоришь?

– А я кроме чуши ничего и не умею говорить. Ты что, не знал? Тебе вообще с сыном не

повезло.

Ингерда резко встала из-за стола.

– Я тебя предупреждала, - нервно сказала она Лецию, - вот! Полюбуйся!

– 435 -

Леций побледнел, красивое лицо его застыло.

– Сейчас не время для семейных сцен, - сказал он сухо.

– У тебя никогда нет времени для семьи!
– тут же взорвалась его нервная жена и вышла

из зала.

Рыжий продолжал спокойно жевать бутерброд с паштетом.

– Никогда не женитесь на женщине с зелеными глазами, - усмехнулся Руэрто, - они

слишком непредсказуемы!

– Ты в чем-то прав, - кивнул Ольгерд, - но у нас это семейная болезнь.

– У вас много семейных болезней, - недовольно заметила Анзанта.

Льюис чувствовал себя не в своей тарелке. Он слишком мало об этом смешанном

семействе знал и еще меньше понимал, что тут происходит. На что злилась Ингерда? Зачем

придурялся Рыжий? Что так задело прекрасную эрхиню? Почему Ричард Оорл на Наоле? Всё,

что он понимал - это то, что совершенно здесь лишний.

Анастелла почти не смотрела на него, но потом, когда все поели, все-таки подошла к

нему.

– Здравствуй, Льюис.

Наверно, когда-то это должно было случиться. Вот и случилось. У него снова стали

ватными колени. Он оперся руками о подоконник и даже оглянулся на сосны за окном, чтобы

за эту секунду взять себя в руки.

– Здравствуй.

Она была худенькая, с короткой стрижкой под мальчика, веснушек поубавилось, а

реснички оставались все такими же белесыми.

– Как твои дела?

– Как? Нормально.

– Вряд ли, Лью. Я же всё о тебе знаю.

– Правда, нормально, - потупился он, - бывало хуже.

– Извини...

– Да не за что...

Они оба смущенно замолчали на какое-то время. Казалось, и говорить-то больше не о

чем. Всё прошло, всё кануло, и даже бабочки на стене закоптились.