Чтение онлайн

– Сир, если позволите, в Элагоне была единственная Школа Магического Искусства в королевстве, но города теперь нет, как и места, где мы могли бы преподавать волшебную науку.

– Хитар, вы просите меня выделить вам средства на строительство новой Школы?

– Сир, простите мои слова, но вы меня не совсем правильно поняли – я прекрасно осознаю, что в данное время в казне просто не хватит золота на строительство такого грандиозного сооружения, как Школа Магии.

– И что же вы предлагаете, Хитар?

– Сир, я прошу от вашего лица и по согласию Первого Кольца издать указ о том, что каждый волшебник, получивший посох и звание боевого мага, имеет право выбирать себе учеников среди тех, кого коснулась длань богов.

– Хитар, это безумие! Вы что, хотите, чтобы маги заполонили королевство? – возмутился Инстрельд.

– Сир, вы же должны понимать, что нас осталось всего около трех десятков дипломированных магов – многие пали во время войны, – отвел взгляд волшебник, чтобы скрыть злой блеск в синих, как море, глазах. – Без магов вам не победить ни Проклятых, ни орков.

– Я это понимаю, – грозно отрезал король, – но тех, «кого коснулась длань богов», в нашем королевстве – каждый пятый. Люди ведь потомки самих Высших, верно я говорю, святой отец?

– Совершенно верно, ваше величество, – ответил первосвященник.

Он прекрасно понял, чего именно опасается король: маги владеют стихиями, их возможности практически безграничны. А если их станет слишком много в королевстве, то у Дома Лоранов появится очень могущественный конкурент. Маги будут иметь огромное влияние на трон, пользуясь поддержкой сотен воинов, которые могут в одиночку испепелять целые отряды и армии. И король не сможет им отказать. Вполне вероятно, что сначала он просто будет марионеткой в их изворотливых руках, затем им и вовсе надоест издавать указы, собирать налоги и командовать войсками от чужого имени – они сами возжелают трона… Да, сейчас они все верные сыны Ронстрада, но вдруг кому-нибудь из них придет в голову встать во главе державы? Опираясь на мощь своих магических сил, на поддержку своих товарищей в науке, им вполне будет по силам свергнуть короля… Бред? Возможно, но история помнит множество примеров подобного. И один уже имел место за время правления Инстрельда V Лорана, тогда мятежных колдунов остановить удалось только чудом, и у этого чуда было имя – Шико.

– Я подпишу указ, о котором вы просите, Хитар.

У короля дико болела голова. Перед глазами кружили серые мухи, каждое слово – и его собственное, и членов его Совета – отдавалось давящим шумом в ушах. Сейчас ему ясно начало казаться, что все его догадки абсолютно верны. Вот уже примерещилось, как старик Тиан, добрый и верный друг его семьи, человек, воспитавший его самого, втыкает отравленный кинжал ему в спину. Боги, что происходит?

– Но каждый маг королевства будет иметь право ввести в науку лишь одного ученика, – добавил король.

– Но одного – это слишком мало… – попытался возразить волшебник.

– Хитар, вы пытаетесь оспорить решение своего государя? – грозно спросил Инстрельд.

Ливень оглянулся в поисках поддержки у Тиана, но, не увидев ее, болезненно покачал головой и сел на место. Внезапно за спиной короля появился Шико.

– Что это с тобой, братец? – взволнованно прошептал ему на ухо шут. – Чего ты так злишься?

Король в гневе обернулся, но, встретив спокойный и участливый взгляд своего шута, моментально сник, потер виски и шепотом же ответил:

– Я… я не знаю. Мне кажется… мое сознание толкает меня на ужасные вещи… Шико, со мной что-то сделали…

– Понял.

Шут начал подозрительно оглядывать собрание, выискивая среди присутствующих того, кто «что-то сделал» с его повелителем. Лорды тихо переговаривались о принятом государем решении, лишь первосвященник, Ильдиар, Тиан да парочка герцогов взволнованно глядели на короля; кроме того, на лице у сэра Кларенса плясала ядовитая улыбка. Еще Шико успел заметить, как украдкой переглянулись герцог Хианский и сэр Рамон де Трибор…

– Скажи мне, Шико, я плохой король? – неожиданно прошептал Инстрельд.

Шут вздрогнул от этого вопроса и посмотрел на монарха. Такого обреченного выражения лица и усталых, равнодушных глаз он никогда не замечал у своего господина. И это его очень насторожило.

– Братец, что ты такое говоришь?

– Меня начали пугать заговоры…

– Разберемся с этим… а сейчас возвращайся к Совету. А то я уже начинаю скучать…

Король повернул голову – и действительно собрание смотрело на него. Нужно преодолеть в себе это. Нужно заставить себя спокойно продолжать Совет…

– Теперь, друзья мои, займемся первостепенным. – Король поднялся, подошел к карте Ронстрада и прилегающих территорий. – Когда я предложил говорить, откликнулся лишь Хитар, который, надеюсь, меня простит за излишне резкие слова. Кто еще хочет держать речь перед Коронным Советом?

Король говорил, не поворачиваясь к столу. Голос его опять был грозен, словно и не было мимолетной хвори.

– Нет?! Что ж – я удивлен. – Инстрельд резко повернулся к герцогам, что сидели вместе с противоположной стороны стола. – Встаньте, лорд Бурт Гранен, герцог Элагонский! – прорычал, словно ужасный дракон, государь, и все затихли.

– Три удара розгами по трусливой морде, – провозгласил Шико.

Король поднял руку, веля шуту замолчать. Все глядели на герцога, вставшего с кресла.

Это был худощавый старик, облаченный в парчовый малиновый камзол с золотым тиснением узоров: точек, замкнутых в круге, и испещренных вязью завитушек. Невзирая на тон короля, широкое лицо лорда оставалось каменно-спокойным – герцог считал себя величайшим мастером интриги и очень хорошо подготовился к этому разговору. Ведь сейчас ему предстояло держать ответ перед Коронным Советом, почему он не выступил на помощь главному городу своего герцогства, почему сидел у своего кузена герцога Истарского, в то время как должен был (по законам совести, королевства и чести, конечно же) вести свои полки на помощь городу, на защиту своего народа.

– Объяснитесь, герцог! Где вы были во время осады Элагона? – На старика смотрели злые глаза монарха. Король не считал нужным скрывать, что он презирает этого человека, бросившего своих людей на погибель и трусливо скрывшегося на безопасном севере.

– Сир, должен вам сказать, – голос герцога был спокоен и непринужден, – что задолго до осады Града Годрика, будучи серьезно болен, я отправился на отдых к своему благородному кузену сэру Рене Тенору, герцогу Истарскому, здесь присутствующему…