Чтение онлайн

Люси даже не верилось, что ситуация, еще вчера казавшаяся абсолютно тупиковой, так легко и просто разрешилась сама собой. Согласившись последовать ее совету, Пол стал относиться к юному художнику так, будто тот был для Синди подходящим кавалером. И не прошло и дня, как Мюррей вновь переступил порог Чартерса.

В первую неделю после своего возвращения в Англию Пол провел в своем имении только уик-энд, но потом стал приезжать каждый вечер. Люси не придавала этому факту особого значения, пока однажды тетя Беатрис невольно не дала понять, что прежде это не входило в привычки ее племянника.

– Тебе не тяжело каждый день ездить так далеко? – спросила она как-то за ужином спустя недели три после возвращения Пола из Японии.

– Пустяки, – ответил тот беззаботно. – Зато у меня появилось время просмотреть почту.

– Ты так изменился! – заметила Синди. – Раньше ты жаловался, что тебе приходится приезжать сюда по выходным.

– То было в юности. – Легкая улыбка приподняла уголки его губ. – Теперь я стал старше и мудрее и научился ценить комфорт.

– Можно подумать, ты когда-нибудь отказывал себе в комфорте, – откликнулась его сестра и улыбнулась Люси: – Ты можешь себе представить, чтобы Пол пожертвовал своим удобством?

Люси смутилась. Сказать правду она не могла, боясь показаться невежливой, а ложь была бы слишком очевидна.

– Разве ты не видишь, что своим вопросом поставила Люси в неудобное положение? – лукаво заметил Пол.

– С чего бы ей смущаться? – удивилась Синди. – Любой, кто видел тебя хоть однажды, знает, что ты не тот человек, который будет терпеть малейшие неудобства. Окажись ты хоть в Сахаре, ты и там выйдешь к ужину в смокинге, а на столе будет стоять бутылка с ледяной водой.

Пол расхохотался, и Люси в очередной раз подивилась, каким он может быть, когда ему удается сбросить напряжение. Казалось, что перед ней теперь совсем другой человек, молодой, избавившийся от всех проблем.

После ужина они перешли в музыкальную комнату выпить кофе. Пол, сославшись на то, что ему надо работать, взял свою чашку и направился в библиотеку.

– Чего ради стоило ехать домой? – спросила Синди, когда он был уже у дверей. – Если ты, едва встав из-за стола, собираешься исчезнуть, то мог бы с таким же успехом остаться в Лондоне.

– Я же не навсегда исчезаю.

По тому, каким терпеливым тоном был дан ответ, Люси поняла, что Пола ужасно раздражают настойчивые разговоры сестры по поводу его ежевечерних приездов в Чартерс.

– Но мне нужно просмотреть кое-какие бумаги, а я не могу заниматься этим при посторонних. – Он открыл дверь и уже было вышел за порог, но остановился и вновь заглянул в комнату. – Люси, не могли бы вы присоединиться ко мне в библиотеке через час, если, конечно, вы не очень устали?

Это приглашение так удивило Люси, что она не нашлась что ответить.

– Так что? – поинтересовался он. – Вы придете?

– Да, – хрипло выдавила она. – Конечно.

Весь следующий час она терялась в догадках, зачем ему понадобилось видеть ее. Он собирается попросить ее покинуть Чартерс? Конечно, теперь, когда он вернулся, у нее больше нет причин оставаться здесь. Мысль о скором отъезде огорчила ее, и она с неохотой вынуждена была признать, что уже привыкла к окружающей ее роскоши. Без сомнений, деньги волшебным образом ограждали своего обладателя от множества проблем, и после недель, проведенных в этом чудесном доме, трудно было представить себе, что где-то за его пределами существует обычный мир, в котором ей нужно было стоять в очереди на автобус, давиться в переполненном вагоне метро и стучать на машинке по семь часов в день.

К концу этого часа Люси уже так нервничала, что, когда пришло время присоединиться к Полу в библиотеке, ее била нервная дрожь и она с трудом заставила себя постучать в дверь. Услышав приглашение Пола войти, она шагнула через порог с таким отчаянием, будто входила в клетку ко льву.

Она впервые оказалась в библиотеке в это время дня и с восхищением оглядывалась по сторонам, любуясь великолепными красными бархатными гардинами и отблесками весело плясавшего в камине огня на кожаных переплетах книг и мебели из красного дерева. В комнате не было люстры, а уютные кресла и большой овальный стол, за которым работал Пол, заливал мягкий свет торшеров.

Хозяин дома стоял у стола и, когда Люси вошла в комнату, направился к ней навстречу.

– Не надо так пугаться, – сказал он будто в ответ на ее мысли. – Я не кусаюсь.

Замечание было таким неожиданным, что она рассмеялась, и ее волнение улеглось.

– Я не испугана, скорее озадачена.

– Почему?

– Потому что не могу понять, зачем вы хотели меня видеть.

– Взгляните на себя в зеркало, моя дорогая, и все поймете.

Краска медленно заливала ее лицо. Неужели Пол Харлоу делает ей комплимент? Это было так неожиданно, что она снова занервничала и сделала шаг назад. Дверная ручка уперлась ей в спину, и, ощутив холодную твердость металла сквозь тонкую ткань блузки, она вдруг поняла, что глупо краснеть по каждому поводу. В конце концов, многие мужчины говорили ей комплименты. Что такого в том, что на сей раз это делает Пол Харлоу? Гордо вскинув голову, она направилась к стоящему у камина креслу и села.

Пол опустился в кресло напротив, молча достал из изящного, инкрустированного золотом ящичка орехового дерева сигару и аккуратно срезал кончик. Он закурил, и в воздухе повисло голубое облачко ароматного дыма. Она вдохнула этот запах, ощутив почти чувственное наслаждение.

– Вы единственная из знакомых мне женщин, которой нравится запах сигар, – заметил он. – Это хорошо, потому что я терпеть не могу, когда мне приходится отказываться от них.

– Трудно себе представить, что вы способны отказаться от них ради кого бы то ни было, особенно ради меня.

– Вы удивились бы, если бы узнали, от чего я готов отказаться ради вас, – сказал он, и что-то в его голосе заставило ее сердце биться быстрее.

Заметив, что он наблюдает за ней, Люси задумалась, а не пытается ли он нарочно смутить ее. Эта мысль неожиданно помогла ей успокоится, и, почувствовав, что больше не нервничает, она спросила:

– Зачем вы просили меня прийти? Это как-то касается Синди и Мюррея или вы хотите попросить меня уехать?

– Сколько предположений, – сказал он невозмутимо, – и все неверные.

Он повернулся в кресле, и отблески огня заиграли на его лице, делая его аристократические черты чуть мягче.

– Я пригласил вас по очень простой причине. Хотел побыть с вами наедине. С тех пор как мы познакомились, мы почти не разговаривали друг с другом, а если это и случалось, то разговор шел исключительно о Синди.

– О чем же нам еще говорить?

– Да бросьте, Люси. – Он явно был настроен серьезно. – Вы женщина, я мужчина. Уверен, есть масса вещей, которые мы могли бы обсудить. Или я должен поверить, будто вы ведете настолько уединенную жизнь, что не понимаете, о чем речь.