Чтение онлайн

По своим меркам, я и так довольно долго отсиживался, – напомнил себе Мальстен. – Прятаться больше нельзя. Пора Бэстифару понять, что он ошибался на мой счет, и я не смогу ничего дать артистам.

Он оборвал поток мыслей, сжал кулаки в попытке унять дрожь и на негнущихся ногах вошел в шатер.

В отличие от дворца здесь не было хитро перепутанных коридоров, поэтому выбранный путь быстро вывел его прямиком к зрительским местам.

С арены до него донеслись голоса артистов. Миг спустя в одном из переговаривающихся Мальстен узнал Бэстифара.

– Нет, Риа, это не обсуждается. Выступать будет Ийсара.

– Но Ваше Высочество, я лишь…

– Не спорь. То, что я снял боль, вовсе не значит, что твоя травма несерьезна. Какое-то время ты будешь под наблюдением лекаря, а Ийсара будет тебя заменять. Ты меня поняла?

Девушка, с которой спорил Бэстифар, не ответила. Мальстен предположил, что она смиренно опустила голову. У нее был странный акцент, точно не малагорский и не материковый. Откуда она родом?

– Вот и отлично. Иди, покажи лекарю свое плечо. Ну же, ступай! – энергично воскликнул Бэстифар.

Стараясь не привлекать к себе внимания, Мальстен нашел место в зрительских рядах и постарался разглядеть принца среди других расплывчатых красных пятен. Артистка, с которой Бэстифар спорил, покидала арену, и Мальстен немного задержал на ней взгляд. Ее необычная внешность привлекла его внимание: оливковая кожа, струящиеся черные волосы, прямые, как шелковая ткань, и раскосые глаза. Мальстену никогда не доводилось видеть живьем уроженок Ярлы. Он изумленно проводил девушку глазами, мучаясь вопросами, откуда она здесь взялась.

– Мой друг! – радостно протянул Бэстифар, заметив Мальстена, и тут же уверенно зашагал к нему. – Какая приятная неожиданность, что ты все же решился зайти! Я начал было опасаться, что мне предстоит ждать не один год, прежде чем ты загоришься интересом к моей затее.

Мальстен воспринял его слова со всей серьезностью, на какую только был способен. Тяжеловесность его осознания буквально пригвоздила аркала к дорожке между рядами.

– Я помню, на каких условиях приехал, Бэс. Ты и так дал мне слишком много времени на безделье. Теперь я обязан отрабатывать кров.

Бэстифар сокрушенно закатил глаза и издал цокающий звук, стремясь показать и подчеркнуть свою досаду от услышанного.

– Помилуй, Мальстен! «Отрабатывать»? «Условия»? А о пребывании здесь ты и вовсе говоришь, как о тюремном заключении! Меня печально удивляют понятия, которыми ты предпочитаешь пользоваться.

Мальстен неопределенно повел плечами.

– Какие бы ни были понятия, уговор есть уговор. Ты помнишь, о чем мы говорили в Кальтце? Если у меня не получится воплотить твою затею, я не стану…

– … обременять меня своим присутствием, помню, – небрежно отмахнулся Бэстифар, тут же прищурившись. – И ты спешишь доказать мне, что у тебя не получится, верно? С этой целью ты сюда пришел?

Мальстен спокойно выдержал его взгляд и медленно поднялся со своего места. Он заложил руки за спину и уважительно кивнул.

– Я пришел выполнить свою часть нашего договора, Бэс, только и всего.

Несколько мгновений принц молча изучал своего гостя взглядом, затем всплеснул руками и демонстративно повернулся к артистам, часть которых с интересом наблюдала за их разговором.

– Я не понял, у нас был объявлен перерыв? – воскликнул Бэстифар. – Райс, бери свою группу, отрабатывайте номер, пока не станете слышать мысли друг друга!

На арене началась суета, артисты принялись исполнять указание, и с удивительной ловкостью – с едва заметными паузами, обусловленными лишь разницей в реакции, – начали отрабатывать сложные комбинации на трапеции.

Мальстен беспомощно уставился на гимнастов, понимая, что его вмешательство будет совершенно бесполезным. Разве что он мог бы убрать эти небольшие паузы, которые и недостатком-то назвать нельзя. И, чтобы превратить артистов в единый механизм, пришлось бы взять под контроль всех без исключения, почувствовать порывы каждого тела, сосредотачиваться на мыслях артистов…

Бэстифар внимательно вгляделся в отрешенное лицо друга и качнул головой.

– Пройдемся? – предложил он. – Не будем отвлекать артистов разговорами.

Мальстен кивнул и направился вместе с Бэстифаром подальше от арены. Они взобрались на один из верхних рядов в зрительских местах. Там Бэстифар остановился и нетерпеливо посмотрел на друга.

– Итак? Твой вердикт? – потерев ладони, спросил он.

– Я могу лишь подтвердить то, что говорил в Кальтце: мое вмешательство будет лишним.

– Что ж, я тоже могу повторить то, что говорил в Кальтце: ты непроходимый зануда и пессимист, – разочарованно бросил Бэстифар. – И упрямец к тому же! У тебя получится воплотить мою затею в жизнь, как ни у кого больше, но ты упорно хочешь доказать мне обратное. Я вот только не пойму, почему. Дело в Колере и его визите? Ты злишься на то, что я не дал тебе убить его?

Мальстен неприязненно покривился, чувствуя, как жар гнева приливает к лицу.

С того дня он часто спрашивал себя, как отнесся к поступку Бэстифара. Разозлился? Пожалуй, хотя мотивы Бэстифара казались вполне ясными и были куда как более здравыми, нежели его собственные.

– Я уже говорил, что понимаю, почему ты остановил меня, – через силу выдавил Мальстен. – Но я жалею, что не убил его тогда. Будь у меня возможность повернуть время вспять…

– Но этой возможности нет, – перебил Бэстифар. – Есть только возможность двигаться дальше с двумя сопутствующими перспективами: лелеять свою ненависть ко мне за этот поступок до конца дней или отпустить ее, руководствуясь здравым смыслом.

На этот раз Мальстен удивился высказыванию друга.

– Я не испытываю к тебе ненависти, Бэс, – покачал головой он.