Чтение онлайн

Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза горячо поздравляет вас с замечательным производственным успехом – досрочным выполнением высоких социалистических обязательств 1974 года и заданий девятой пятилетки по заготовке леса.

Активно участвуя во всенародном социалистическом соревновании, коллектив вашей бригады в этом году заготовил свыше двести тысяч кубометров древесины, а всего с начала девятой пятилетки – более шестисот тысяч кубометров. Такая выработка на бригаду достигнута в лесозаготовительной промышленности впервые.

Выдающиеся производственные показатели достигнуты вами на основе творческого отношения к труду, умелого использования лесозаготовительной техники и успешного применения вахтового метода освоения труднодоступных лесных массивов. Широкое распространение опыта вашей работы имеет важное значение в деле более полного использования внутрихозяйственных резервов и повышения эффективности лесозаготовительного производства.

Желаем вам, дорогие товарищи, успешно выполнить дополнительно принятые повышенные социалистические обязательства, новых трудовых достижений в завершающем году пятилетки.

Л. БРЕЖНЕВ,

Генеральный секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза».

В ответ в адрес Центрального Комитета КПСС молитвинцы на имя Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева написали: «К концу года бригада обязалась заготовить дополнительно семьдесят пять тысяч кубометров». Эту телеграмму подписали, кроме Е. И. Молитвина, партгруппорг и профгруппорг. Перед Новым Годом бригада рапортовала: есть 275 тысяч!

Посиделки в Доме культуры друзья между собой, помимо словосочетания «малый Совнарком», стали называть «У Глеба и Павла». За ними члены литературного объединения «Кондинские озера» все чаще так именовали свое лито. А когда кого-то одного, Грушко или Котова, не было на встречах, то говорили «Без Глеба – с Павлом», «Без Павла – с Глебом». Тандем был для всех удобен в организационном отношении – или директор Дома культуры, или собкорр «Ленинской правды» обязательно оказывались на месте, и посетители никогда не приходили сюда зря. Духовный центр, говоря метафорически, «работал стабильно». Сегодня во второй половине дня сюда сбежались, не сговариваясь, несколько человек, вернувшихся из отпусков. Само собой начался обмен информацией и впечатлениями о проведенных благодатных деньках вдалеке.

– Мне, как и положено заядлому путешественнику, удалось приобрести в Тюмени туристическую путевку на железнодорожно-автобусную поездку по Грузии и Армении, к тому же бесплатную, - ввел собравшихся в тему Максим Царегородцев. – Впечатлений, доложу я вам, бездна. Там – рай. Не ждут, что грянут неимоверные холода, полопаются трубы отопления. О красотах юга сказано много: о ласковом солнце и море, вершинах гор с парящими над ними орлами, живописных долинах… О том, как говорят великие, сами знаете. А вот кое-что из того, что было лишь со мной.

Когда прибыли в Степанован, оказалось, что закрыт Пушкинский перевал, опасно туда гнать автобус, и я решил попытать счастья, обратившись в местную газету. Спасибо редакции «Ленинской правды», выписавшей мне перед отпуском командировочное удостоверение и снабдившей заданием преломить таежную тему через восприятие южан. В местной газете познакомился с двадцатишестилетним армянским парнем Ашотом, еще не женатым, который обрадовался возможности пообщаться с северянином и сразу сказал:

– Это мы устроим. Съездим если не на моей «Волге», так на дядиной. – Я ему очень благодарен за то, что разрешил мое экскурсионное затруднение и, главное, показал свою родину изнутри, сводил в гости к дяде и бабушке, был откровенным в беседе.

Поразила меня зажиточность населения. Вы, наверно, уже мысленно отметили факт собственной «Волги» у районного журналиста с небольшим еще опытом, которой не имеет никто из его коллег в двух редакционных коллективах Советского района – «Пути Октября» и Комсомольской студии телевидения, в том числе их руководители. Как и собкорры ханты-мансийской и тюменской газет в нашем краю. Хотя здесь Крайний Север, и зарабатывать публицисты должны больше, чем в полуденных райцентрах.

Вторая «Волга», упомянутая Ашотом, тоже, по нашим понятиям, вещь немыслимая, потому что принадлежит обыкновенным деревенским жителям, колхозникам. Такое невозможно представить ни в какой деревне России. Как и крестьянский каменный двухэтажный дом с тремя комнатами наверху и тремя внизу, каждая из которых пятьдесят квадратных метров. Всего, получается, триста. К тому же надо учесть, что сын и дочь этих сельчан учатся в Ереване в институтах. Естественно, отцу с матерью не помогают. Наоборот, их студенчество несомненно требует немалых материальных затрат со стороны родителей. Третий ребенок и подавно еще сам не работает – девочка занимается в восьмом классе расположенной в этой же деревне школы.

– А есть у вас пчелы? – спросил я у Ашота.

– Есть. У меня самого четыре улья стоят в… ( назвал какой-то колхоз ).

– А овцы?

– Да. Мои восемь также пасутся в… ( назвал другой колхоз ).

Ашот выражал очень дружеские чувства к нашему народу, считая, что он спас армян от геноцида. Сказал, что фамилия Паскевича свята в каждой семье. Удивил негативным отношением к азербайджанцам. Выше дворника, заявил, им здесь работы нет. А иногда собираемся, чтобы кого-то из них поколотить. Я ответил, что мне такое непонятно. У нас среди нефтяников Тюменской области азербайджанцы пользуются большим авторитетом как хорошие специалисты, с опытом труда на Бакинских нефтепромыслах. Есть они и в леспромхозах, как представители всех других республик, в том числе армяне. На Севере люди ценятся не за национальность, а по человеческим качествам, по труду. Запомнились мне слова Ашота о том, что русские народ хороший, но очень не дружный.

Разговорившись о заработках, я узнал, что этот журналист является по совместительству собственным корреспондентом ереванских радио и телевидения, в течение пяти-десяти минут ежедневно сообщает им о местных событиях, получая твердые гонорары, превышающие оклад в своей газете.

«Я еще пишу пьесы для местного клуба, за которые они платят по пять тысяч рублей, - рассказал Ашот. – Через три года им требуется иная, в порядке обновления репертуара. Так что у меня здесь в какой-то степени деньги тоже постоянные».

Выяснилось, что он и поэт, уже издал две книги своих стихов. Делает переводы с русского языка современных маститых авторов ритмических строк. Такое творчество, естественно, не безгонорарное, а нормально оценивается.

– А как у тебя с жильем? – спросил я.

– Имею свою двухкомнатную квартиру. Пока холостой, мне хватает. – И добавил: - У меня квартира, однокомнатная, есть и в Москве. Иногда летаем туда, чтобы посидеть в ресторане «Арарат». Собираемся человек пять и летим, как было на нынешние майские праздники. Билеты на самолет - не проблема.