Чтение онлайн

Джанне развела руками:

— Ты не вправе упрекать меня за любопытство, ведь мы не встречались с тех пор, как ты отправился в плавание, которое настолько изменило наши жизни.

Кейда пропустил колкость мимо ушей.

— Он принадлежал торговцу из срединных владений. Мне требовался кто-то, кто помог бы мне отправиться под парусом на юг. Дев пожелал оказать мне услугу, дабы получить место среди моей челяди.

— Когда он даже не знал, имеются ли челядь и дом, куда ты можешь вернуться, — с недоверием заметила Джанне. — Чего пожелал в обмен торговец?

— Это осталось между ним и мной. — Тут Кейда вспомнил, что рядом нет верной тени Джанне. — А где Бирут?

Ты не желаешь, чтобы он присутствовал при нашей беседе. К чему бы это?

— Он с Джевином, рабом Итрак, у них нашлось о чем потолковать, — непринужденно ответила она. — Я не хочу видеть Итрак смущенной, когда ее посещают другие, более требовательные гости, например, жены Эдиса. Мальчик Итрак старателен, но Рекха сказала, что ему недостает опыта для службы при первой жене. Бирут ему кое-что покажет.

— Ты сама выбрала Джевина для Итрак, — напомнил Кейда, — когда мы узнали, что уцелела единственная из жен Чейзена.

— Подозревали, — уточнила Джанне. — Мы не знали наверняка, что Секни мертва. — Она удержала его взгляд темными и непроницаемыми глазами, по лицу нельзя было догадаться о ее мыслях. — Когда лишь подозреваешь нечто, то поступаешь так или сяк, а когда знаешь твердо, то действуешь иначе. Самым важным в те времена было то, что ей требуется охрана, дабы какой-нибудь Улла Сафар не мог принудить ее к браку и потребовать владения в придачу к ее телу. — Она помолчала. — С тех пор случилось столь многое. И слишком много непредвиденного.

— Предсказывать — это долг вождя, — жестко напомнил он. — Тебе не следует вмешиваться, когда Сиркет толкует знамения.

— А я и не вмешиваюсь, — возразила уязвленная Джанне. — Я предлагаю поддержку Я стремлюсь прежде всего к благу владения на основании того, что усмотрит Сиркет в земном и небесном кругах.

Копье, знак мужской силы и призыва к оружию, находится в дуге брака вместе с Рубином, приносящим храбрость. Не предостережение ли мне, что небесная Жемчужина, защитница Дэйшей, движется через Крылатого Змея, олицетворяющего сплетенных самца и самку? Они в той дуге, где Изумруд, сулящий мир и процветание, управляет предвестиями здоровья и мирного будущего. И какой же следует вывод?

— Я так надеялась увидеть благоденствие Чейзенов, — глубокое сожаление прозвучало в голосе Джанне, палец с длинным ногтем скользил по серебряным цветам на рукаве. — Но, кажется, неудачи преследуют это владение.

— Я понял так, что ты намекаешь на дракона? — с вызовом спросил он.

Внезапно она подступила к Кейде, устремляя к нему лицо. Глаза ее горели суровостью, голос звучал тихо.

— Такое недоброе предвестие, и менее чем через год после смятения, которое вызвали дикари своим безумным колдовством. Видишь, к чему привело решение прибегнуть к волшебству, которое ты отыскал на севере, чтобы разгромить захватчиков? Или отец ничему тебя не учил? Может, ты воображал, что ты — особенный, а твои поступки не будут иметь последствий, изменяющих грядущие дни и годы? Никогда ты не вел себя так глупо, правя Дэйшами. Но тебя совратила скверна волшебства. Лучше бы ты не отплывал на помощь Чейзенам, когда маяки поведали нам о бедствии. Подумать страшно, какое новое несчастье ждет тебя или этот несчастный народ. А всему виной — твое безрассудство.

— А ты, по меньшей мере, позаботилась, чтобы несчастье не выпало Дэйшам, — язвительно прервал ее Кейда, — отказавшись ради Сиркета вернуть мне власть и отправив в изгнание. Ты же никогда не была дурой, Джанне, так что же ты теперь несешь? Что стало бы с Дэйшами, если бы я не отыскал премудрость и не отплыл на юг? Думаешь, Чейзен Сарил сдержал бы дикарей? Или ты не понимаешь, что они устремились бы дальше на север и разграбили Дэйшей? — Он энергично покачал головой. — Нет, Джанне, я не жалею о содеянном. А ты можешь сказать то же самое о себе? Ты видела, как скорбь и страх снедают Чейзена Сарила, но не помогла ему. Вместо этого решила подвергнуть испытанию его жизнь. А не думаешь ли ты, что его смерть в водах Дэйшей погубила ваш урожай жемчуга?

— У меня нет никакого сомнения, что я действовала верно, решив подвергнуть Чейзена Сарила такому испытанию, — твердо произнесла Джанне, сложив руки. — Я ставила на кон собственную жизнь точно так же, как обе ваши.

— Ты во всем найдешь подтверждение своей правоты, — он небрежно взмахнул рукой. — Меня твои толкования не убеждают, Джанне. Дракон — великое зло, согласен, но пока что он пожирает тех дикарей, которые все еще скрываются на западных островах. И от этого Чейзенам нет вреда. Тебе не хочется взглянуть на сообщения с наших трирем, которые подтверждают мои слова? Что же до счастья Чейзенов, думаю, им пошло лишь на пользу то, что я обуздал свой беспричинный страх перед колдовством и отправил посланца на север, чтобы разузнать о новом недруге. Этот варвар, мой раб, помнит рассказы, как подобных чудовищ побеждали далеко на севере. Можешь утешиться мыслью, что мое правление защитит Чейзенов лучше, чем власть Сарила.

— Что ты уже узнал об этом драконе? — серьезно спросила Джанне.

— Это дело Чейзенов, а не Дэйшей! — Кейда проворно улыбнулся.

— А ты не находишь, что опасение, как бы чудовище не двинулось на север, отнюдь не беспочвенно? — с напускной растерянностью спросила она. — Ты ведь твердишь, что дикари именно так и поступили бы, не дерзни ты обратиться к волшебству, которое их одолело? Не учи меня, что хорошо, а что дурно, Кейда. — Она отвернулась и не двинулась по залу, делая вид, будто рассматривает лари черного и железного дерева.

Ты всегда могла узнать, когда я утаиваю часть правды, но тогда я почти не лгал тебе и доверял свою жизнь. Посмотрим, сохранилась ли твоя проницательность.

Кейда постарался улыбнуться пошире, когда она повернулась и едва не столкнулась с ним.

— Вот что я тебе скажу: мы уже знаем, как сдержать дракона после того, как он избавит нас от чужаков. Это временная мера, но мы ищем способ его убить. Полагаю, такое деяние, если оно удастся, убедит наших соседей, что Чейзены очищены от колдовства дикарей. Кровь всегда служила решающим средством очищения от любого зла. Кто скажет, вдруг борьба с драконом научит Чейзенов чему-то по-настоящему важному?

— Думаешь, ты сможешь его убить? — спросила Джанне с откровенным недоверием.

Ты, безусловно, не ожидала такое услышать, правда? А чего ты ожидала?

— Как я сказал, непредвиденная удача все еще не иссякла после моего плавания к северным владениям, — Кейда оперся плечом о стену, сложив руки у себя за спиной. — Этот раб, Дев, рассказывает о варварах, убивавших драконов в непрерываемых землях. Ты, наверное, слышала, что в прошлом году со мной на юг явился стихотворец? Это женщина, и она сейчас ищет такую мудрость. — Он махнул рукой в сторону севера. — Мы ждем ее назад примерно к началу дождей. Тогда, возможно, буря смоет драконью кровь в море, и у Чейзенов начнется новая жизнь.