Шандола
Шрифт:
– На закате вас казнят! – радостно сказала голова.
– А еду нам принесут, в конце концов?! – завопил Пилат.
– А зачем? – Голова исчезла и дверь закрылась.
– Действительно, зачем? – пробормотал сроут. – Весело, весело…
– Нет, неужели все это правда и я не сплю? – возмущался Пилат. – Неужели все так нелепо и закончится?
– Жаль, что я не пошел к себе домой, – вздохнул сроут, – жаль…
– Что уж теперь говорить, зато нам было весело втроем… Нет, нет, я не хочу умирать! Я еще так молод!
– Прекрати истерику, Пилат, может еще не всё потеряно…
– Не всё?! Ты слышал, Фантус? Мой хозяин редкостный оптимист!
– Да, действительно, перестань вопить, чему быть, того не миновать.
Демонстративно повернувшись ко всем спиной, Пилат улегся на высохшие сети, и продолжил горевать молча.
– Интересно, существует все же эта Шандола или нет? Хотя бы знать, что не напрасно положили жизни на ее поиски.
– Не знаю, Фантус, не знаю, – Ирвин прилег на сети рядом с Пилатом, – сердце мне подсказывает, что она есть.
– Скоро это уже не будет иметь никакого значения! – буркнул пес.
Солнечные дорожки на полу постепенно становились короче и бледнее – наступал вечер.
– Нет, это ужасно! – Пилат вскочил на ноги и снова принялся метаться по подвалу. – Как жаль, что некого выдать и тем самым заслужить помилование!
– Пилат, ты еще и предатель? – ужаснулся Ирвин.
– Еще какой! Но на этот раз мне явно не повезло! Предавать некого, военных секретов я не знаю… о, горе, мне горе!
Он упал на пол и закрыл лапами глаза. За дверьми снова послышалась какая-то возня, и сердце Ирвина забилось часто-часто… Сроут гипнотизировал дверь своими огромными голубыми глазищами, словно заранее хотел узнать, что же там происходит.
– Нет! Нет! – простонал Пилат. – Не хочу умирать, жизнь так прекрасна!
– А ну, пропустите! Негодяи, хамы, плебеи! – послышался чей-то знакомый голос. – Разойдитесь, предатели, шпионы, мошенники!
– Самсунг великий… – прошептал пес. Он сорвался с места и забарабанил лапами по двери. – Самсунчик, миленький, спаси нас!
Двери распахнулись и, расталкивая стражу, в подвал ворвался Самсунг.
– Друзья мои! – воскликнул он. – Я так сожалею о случившемся!
На этот раз на Самсунге была роскошная одежда, вся сплошь расшитая золотом и драгоценностями, а вместо нелепой шляпы на голове красовался обруч с крупными зелеными камнями. Черные волосы Самсунга безупречными волнами рассыпались по плечам, и ничто в этом величественном господине не напоминало нелепого огородника с лопатой и громкоговорителем.
– Я все свои слова беру обратно… – пробормотал Фантус.
– Что эти мерзавцы с вами сделали! – воскликнул Самсунг улицезрев жалких пленников. – Ну, ничего, они мне за все ответят! Так обращаться с теми, кто верит в Шандолу! Так же как и я!
– Как мы рады вас видеть, – улыбнулся Ирвин. – Нас собирались казнить на закате.
– Да, да, я знаю, когда мне сказали, что пойманы важные преступники, я не сразу догадался, что это вы, но когда сообщили, что из Антары, сразу же бросился сюда. Пойдемте, пойдемте скорее из этого ужасного подвала!
– Да, да, да, – заторопился Пилат, – что-то мы тут засиделись.
Они вышли на улицу, у тюремных дверей толпился народ.
– Слушайте, вы! – крикнул Самсунг. – Вы посмели дурно обращаться с моими друзьями, и что я теперь с вами со всеми сделаю, даже сам пока не знаю! Но не беспокойтесь, я обязательно придумаю что-нибудь особенное!
– Помилуйте, Самсунг великий! – загудели люди. – Мы же не знали…
– Зато будете знать в следующий раз! Пойдемте, друзья мои.
– Ха! – важно сказал Пилат и, высоко подняв голову, пошагал за Самсунгом.
Дворец Самсунга оказался большим, белым и роскошным. Перво-наперво, друзья были тщательно вымыты и насухо вытерты. Не подлежащая реставрации одежда Ирвина была отправлена на помойку, а взамен ему выдали новые сапоги, штаны и рубашку.
– Самсунг великий просит вас пожаловать к ужину, – сказал слуга, когда друзья заканчивали приводить себя в порядок.
– Сейчас идем, – сроут рассматривал себя со всех сторон в большом зеркале, и отражение ему очень нравилось. – Поторопитесь, ребята, не хорошо заставлять ждать нашего старого приятеля.
Он сделал ударение на словах «старый приятель» и при своем маленьком росте умудрился посмотреть на слугу свысока.
Их проводили в великолепный просторный зал, где был накрыт стол, во главе которого восседал Самсунг. Рядом с большим столом накрыли маленький столик для Пилата.
– Присаживайтесь, друзья мои, угощайтесь.
– Огромное спасибо, – сроут залез на кресло, Ирвин присел рядом.
– Еще раз повторяю, мне ужасно жаль, что все так получилось.
– Да уж, впечатлений было предостаточно.
– Все виновные понесут наказание, это я вам гарантирую.
– Пожалуйста, не наказывайте их, они же действовали из лучших побуждений, – попросил Ирвин.
– Мальчик, у тебя доброе сердце, – Самсунг великий посмотрел на юношу.
Его сильно отросшие волосы золотым сиянием сыпались на плечи, бросая отблески на загорелое лицо.
– Ты весь такой солнечный, – улыбнулся Самсунг. – Разве ты можешь быть злодеем? Я даже с закрытыми глазами вижу, что ты отличный парень.
– И собака у него… чаф, чаф… тоже отличная…. чаф, чаф, чаф, чаф… – Пилат уничтожал угощение с удивительной скоростью, слуги только успевали подкладывать новые порции.
– Разумеется, – улыбнулся Самсунг. – Ужинайте, друзья мои, а разговаривать будем потом.
Сроут с Ирвином набросились на еду, а Самсунг что-то попивал из высокого тонкого бокала, наблюдая за ними.
Когда Ирвин почувствовал, что больше не может съесть ни куска, а сроут, превратившись в большой розовый шар, блаженно откинулся на спинку кресла, Самсунг решил, что теперь настало время для бесед. Пилат развалился под столом, с любовью рассматривая свое тугое, как барабан пузо.
– Вы не могли бы нам объяснить, из-за чего ваш народ напал на нас? – поинтересовался юноша. – И почему они называли нас богохульниками?