Чтение онлайн

— Зед, — произнесла Алиса, сделав очередной глоток и передав пиво сидевшему слева панку, который мигом присосался к бутылке, как смертельно больной — к флакону с чудесным лекарством, — сегодня ты, наконец, посвятишь меня в готы?

— Вся готика произошла от панка, — веско заявил Гарик, оторвавшись от пластмассового горлышка. — Какое, на фиг, посвящение? Достаточно лишь вернуться к истокам…

— Тпру! — Завулон насмешливо посмотрел на парня поверх своих неизменных круглых солнечных очков. — Девушка со мной говорит.

Гарик примолк.

— Конечно, милая, — продолжил Зед, обращаясь уже к Алисе. При этом он положил руку на ее унизанное разноцветными "фенечками" запястье. — Мы можем сделать это прямо сейчас, если хочешь.

— Сейчас? — лицо Алисы приобрело изумленное выражение, и Зеду это показалось очень милым. — Что, прямо здесь, на площади? Но ведь для этого нужен какой-то ритуал?

— Не здесь, конечно, — Завулон принялся поглаживать пальцами тыльную сторону ее кисти. Щеки девушки порозовели. Ее смущало столь явное проявление далеко не братской заботы, но пресечь его Алиса не решалась — очень уж ей хотелось получить посвящение из рук умудренного опытом гота. Школьница пока не догадывалась, что в данном случае главным инструментом инициации будут являться вовсе не руки.

— Пойдем, — сказал Завулон, вставая и увлекая за собой Алису. — Гарри, рюкзак мой посторожи.

— Угу, — буркнул панк, довольный тем обстоятельством, что ему представилась возможность в одиночку прикончить ту бутылку, что уже была почата.

"Гуру готики" и его новоиспеченная ученица, негромко переговариваясь, пошли к подземному переходу. Неподалеку от Гарика в этот миг присел на скамью пожилой мужчина с лицом советской кинозвезды. Одет он был в серую — и явно не новую пиджачную пару. Разве только красной звездочки на груди не хватало для полноты образа ветерана Великой Отечественной. Пенсионер с интересом посмотрел на панка. "Вот же ж, блин, сейчас наверняка жизни учить начнет", — с неудовольствием подумал тот, машинально поправив свой "ирокез".

— А куда мы идем? — спросила Алиса, когда они с Завулоном перешли на другую сторону Ворошиловского.

— Здесь недалеко, — лаконично ответил Зед. Все это время он продолжал держать девушку за руку, и она уже даже в мыслях своих перестала против этого возражать. В конце концов, он ведь был ее другом — Алиса знала Завулона целых полтора месяца…

"Посвящение в готы, — думал тем временем Зед. — Наивная дурочка начиталась интернетовских бредней, не подозревая, что все это — либо словесный понос каких-нибудь шизофреников, либо издевательские хохмы, ради развлечения написанные кем-то специально для таких, как ты. Им очень приятно встречать на улицах людей, живущих по принципам, что были самолично сляпаны на коленке этими завсегдатаями чатов и форумов. Впрочем, я благодарен сукиным детям. Их "перлы" здорово помогают мне окучивать малолеточек навроде тебя".

Несмотря на вполне определенного рода мысли и целиком соответствующую им вибрацию в паху, ничего дурного Завулон с Алисой делать не собирался. Изнасилование было одним из тех немногих правонарушений, которых Артур чурался. Стоит отметить, правда, что таковых было всего четыре, и в четверку эту, помимо сексуального надругательства, входили терроризм, а также преступления против детей и стариков.

"Все будет так, как ты хочешь, милая, внутренне усмехнувшись — нет, ухмыльнувшись даже, подумал Завулон. — Строго по правилам посвящения".

Некоторое время эмо и гот двигались в направлении южного въезда в город. Потом — свернули направо по улице Шаумяна. Через квартал Зед остановился и любезно распахнул перед Алисой обшарпанную дверь темного подъезда, приглашая даму войти…

— Ой, а куда ты меня ведешь? — полушутливо-полуиспуганно спросила девчонка, поднимаясь вслед за Зедом по широким ступеням.

— Во тьму, — скаламбурил Артур. — Долиной смертной тени следует пройти, чтоб заслужить высокое звание истинного гота, — с улицы в подъезд и впрямь проникало крайне малое количество солнечного света.

Шутки шутками, но Алиса, что называется, "повелась". Мандраж охватил ее еще в тот момент, когда Завулон коснулся ее кожи на площади. Эмочка не знала, в чем конкретно будет заключаться "посвящение", но догадывалась, что ее ждут волнующие — возможно, даже мистические переживания…

На пятом этаже здания, где они сейчас находились, располагалась двухкомнатная квартира, которую Зед не так давно снял, чтобы не особо возиться с пассиями, подцепленными на "Яйцах". Кроме основного жилища у него было в городе несколько тайных лежбищ, но эта квартира к ним не относилась, будучи предназначенной лишь для любовных игрищ.

Завулон еще не проводил в ней "посвящений в готы" (предыдущие партнерши были не столь юны и наивны), но все, для этого необходимое, там имелось: свечи, благовония, репродукции средневековых гравюр на стенах, и — самое главное — удобный мягкий диван на три персоны…

— Парень, можно к тебе обратиться?

Гарик хмуро взглянул на соседа по лавке. "Так и знал, бля", — мрачно подумал панк. Он очень не любил, когда его вдруг начинали "лечить" представители старшего поколения. Особенно — незнакомые (хотя и родного деда, вздумай тот "докопаться" до его внешнего вида или привычек, Гарик, не задумываясь, сразу послал бы в баню).

Но хамить старику парень все же не стал. Юношеский максимализм, который еще пару лет назад заставил бы Гарика, как минимум, отсесть подальше, хоть и не полностью, но выветрился из него к девятнадцати годам.

— Можно, — сказал Гарик секунд через пятнадцать, после того, как прикинул, стоит ли общаться со словоохотливым дедком. — Только сразу предупреждаю — про Христа мне рассказывать не надо.

— Да что ты, какой Христос? — усмехнулся старикан. — Я и сам его не шибко жалую. Кстати, а ты-то почему против о Боге побеседовать? Неужели сатанист?

— А даже если и так, то что? — Гарик действительно был склонен относить себя к приверженца темных путей, но — из обычного позерства, а не из каких-либо рациональных соображений.

— А если так, то… — дедок хитро прищурился и сделал небольшую паузу, — я, пожалуй, подсказать чего-нибудь тебе смогу. — Если желаешь, конечно, — добавил он, слегка понизив голос.

Что-то в лице пенсионера мешало молодому неформалу посчитать нежданного собеседника простым городским сумасшедшим…

— Ой, а зачем раздеваться? — Алиса лупоглазым изваянием застыла рядом с будущим "алтарем", на котором Зед предполагал совершить "посвящение". Она уже успела восхититься гравюрами, красочными постерами рок-музыкантов и мрачноватыми деревянными статуэтками. Здесь было очень красиво и готично — примерно такие же интерьеры Алиса видела в глянцевом журнале, который недавно привез из Питера парень подруги ее двоюродной сестры. Но предложение хозяина этого великолепия застало девушку врасплох. Алиса несколько иначе представляла себе процесс посвящения в готы.