Чтение онлайн

Одним из самых показательных в плане отношения Холмса к женщинам является рассказ «Конец Чарльза Огастеса Милвертона», где действует сразу несколько особ женского пола. Кроме горничной это еще клиентка Холмса леди Ева Брэкуэл, чьи дела он принимает близко к сердцу, и таинственная дама, убившая Милвертона. Там он говорит: «Истинный джентльмен не должен думать о риске, когда женщина так отчаянно нуждается в его помощи». И это не пустые слова — чтобы помочь даме, он идет на ограбление и едва не оказывается замешан в убийстве.

Кстати, леди Еву Холмс называет «самой красивой из девушек, начавших выезжать в прошлый сезон», и это дает основания предполагать в нем способность заметить и оценить женскую красоту. Что подтверждается и в рассказе «Знатный клиент», где он говорит: «Возможно, вы еще встретитесь с ней по ходу дела и тогда сумеете использовать ваше писательское дарование. Она прекрасна, но это какая-то неземная, потусторонняя красота фанатика, чьи мысли парят в заоблачных высях. Я видел такие лица на средневековых полотнах старых мастеров». Да и в рассказе «Одинокая велосипедистка», где к нему обращается за помощью очень красивая девушка, Холмс по достоинству ее оценивает и мимоходом замечает: «Что ж, это естественно, что у такой девушки есть поклонники».

Так как же все-таки Холмс относился к женщинам? Судя по всему, его самого гендерный вопрос интересовал куда меньше, чем читателей. С женщинами он был вежлив, мог заметить, красивая дама или нет, но особых эмоций не проявлял. Преступники для него были преступниками, а жертвы — жертвами, вне зависимости от пола.

Однако, все-таки нельзя сказать, что для него не было особой разницы, мужчина перед ним или женщина. И о причинах этого он довольно четко говорит в рассказе «Второе пятно».

«Какую игру ведет эта красивая дама? Что ей на самом деле нужно?.. И вы, наверно, заметили, Ватсон, что она постаралась сесть спиной к свету. Она не хотела, чтобы мы видели ее лицо… Женщин вообще трудно понять. Вы помните одну, в Маргейте, которую я заподозрил на том же основании. А потом оказалось, что причиной ее волнения было лишь отсутствие пудры на носу. Как можно строить предположения на таком неверном материале? За самым обычным поведением женщины может крыться очень многое, а ее замешательство иногда зависит от шпильки или щипцов для завивки волос…»

Этим собственно все сказано. Холмс не всегда понимал женскую логику и психологию, что конечно очень беспокоило его как сыщика. Вспомнить хотя бы его ошибку в «Желтом лице», когда он неправильно понял, что скрывала жена его клиента. Поэтому он относился к женщинам с некоторой настороженностью. Вот и все его «женоненавистничество».

Разумеется, говоря о Холмсе, нельзя не вспомнить о единственной женщине, однажды одержавшей над ним верх.

Ирэн Адлер появляется только в одном рассказе «Скандал в Богемии», но именно она практически во всех фильмах и сериалах — главный, а чаще всего и единственный романтический интерес Холмса. В разных постановках их отношения варьируются от соперничества двух великих умов, до пылкой страсти на всю жизнь. И это несмотря на то, что Ватсон утверждал, что ничего похожего не любовь Холмс к Ирэн Адлер не испытывал. Однако большинство читателей он видимо не убедил…

И неудивительно — ведь хотя сама Ирэн произносит в «Скандале в Богемии» всего несколько фраз, о ней там рассказано так много, а устами короля Богемии, Холмса и самого Ватсона ей воспета такая ода, что она поневоле производит большое впечатление.

Рассказ начинается с интригующего вступления: «Для Шерлока Холмса она всегда оставалась «Этой Женщиной». Я редко слышал, чтобы он называл ее каким-либо другим именем. В его глазах она затмевала всех представительниц своего пола. Не то чтобы он испытывал к Ирэн Адлер какое-либо чувство, близкое к любви… Песчинка, попавшая в чувствительный инструмент, или трещина в одной из его могучих линз — вот что такое была бы любовь для такого человека, как Холмс. И все же для него существовала одна женщина, и этой женщиной была покойная Ирэн Адлер, особа весьма и весьма сомнительной репутации».

Король Богемии называет Ирэн Адлер известной авантюристкой и говорит, что «у нее железный характер… лицо обаятельной женщины, а душа жестокого мужчины», но при этом уверенно заявляет» «Я знаю, что ее слово нерушимо».

В картотеке Холмса о ней написано: «Родилась в Нью-Джерси в 1858 году. Контральто… Ла Скала… Примадонна императорской оперы в Варшаве». Позже Холмс со слов конюхов говорит, что она «самое прелестное существо из всех, носящих дамскую шляпку на этой планете», а от себя добавляет: «Очень миловидная женщина с таким лицом, в которое мужчины влюбляются до смерти».

Наконец в финале, когда Ирэн Адлер ускользает, одурачив Холмса, король восклицает: «Что за женщина, о, что за женщина!.. Разве я не говорил вам, что она находчива, умна и предприимчива? Разве она не была бы восхитительной королевой? Разве не жаль, что она не одного ранга со мной?» На что Холмс холодно отвечает: «Насколько я узнал эту леди, мне кажется, что она действительно совсем другого уровня, чем ваше величество». А дальше читатель может сам гадать об его истинных чувствах, в меру своей романтичности.

Ватсон же в финале подводит такой итог: «Хитроумные планы мистера Шерлока Холмса были разрушены мудростью женщины. Холмс вечно подшучивал над женским умом, но за последнее время я уже не слышу его издевательств. И когда он говорит об Ирэн Адлер или вспоминает ее фотографию, то всегда произносит, как почетный титул: «Эта Женщина».»