Шейх
Шрифт:
– Прекрасно. Спасибо, Юсуф.
– Я рад служить тебе. Есть еще несколько дел, которые я хотел обсудить с тобой…
– Не сейчас. Оставим на утро.
Юсуф кивает и уходит, оставив меня наедине с вернувшимися мыслями. Грязными. Порочными.
Но мне недолго удается быть в одиночестве. В кабинет робко постучав заглядывает Арифа. Эту женщину я знаю с младенчества. Она была мне как мать, хотя в ее обязанности входило лишь обучение языку. Женщина, которая пришла на работу, а осталась навсегда. Одна из немногих в моем окружении, кто имел на меня влияние. Я любил ее гораздо сильнее, нежели родную мать, которую не помнил. И сильнее чем мачеху, хотя та всячески старалась наладить отношения, стать ближе.
– Входи, Арифа. Рассказывай.
– Я накормила и уложила спать девочку. Точнее, она съела пару ложек супа и заснула на моих руках. Изможденная. Измученная. Мне так жаль ее. Зачем она здесь, Кадир? Она говорит, что ее похитили. Что держали в тюрьме. Это правда? Зачем тебе это? Я… не поверила ей.
– Ты пришла читать мне нотации? – спрашиваю хмуро.
– Нет, я пришла потому что ты приказал.
– Хорошо. Спасибо, что позаботилась о ней. Будь с ней заботлива. Потому что больше некому.
– Ты будешь… будешь заставлять ее…? – Арифа отводит глаза, смущаясь.
Это правда, что в моих владениях никогда не было пленниц. Для некоторых моих знакомых, богатых и пресыщенных властью, деньгами, мужчин, такое в порядке вещей. Они держат огромные гаремы, но им этого мало. Они запросто могут похитить понравившуюся женщину. Оставить ее в своем гареме. Или взять силой, а потом отослать. Я всегда считал это пережитком прошлого, старых легенд. Сейчас, в современном мире все не так и я это хорошо понимал. Сейчас женщины иногда под стать мужчинам и любят добиваться своего не меньше. Иногда даже более агрессивно. Взять хотя-бы Ксению. Она на все готова ради своего желания. Настолько разные сестры… Но обе далеко не простые.
Возможно, Виталия играет в более изощренную игру. Но у меня нет на это времени. Скоро предстоит важная деловая поездка в Европу. Я хочу закончить с этой девушкой до отъезда. Взять все что она может мне дать. Насладиться по максимуму.
Но в то же время, я хочу не просто взять. Заставить ее сходить с ума от желания. Умолять. Вот моя цель. К которой я приступлю уже завтра.
Глава 9
Виталия
Всю ночь мне снились кошмары, проснулась я вся потная, дрожащая, с ужасом оглядываясь по сторонам и не понимая в первый момент где нахожусь. Ожидала увидеть решетки и каменные стены. Но нет, я в просторной, красивой комнате с большим окном, золотисто-голубыми занавесками, сижу на большой, даже я бы сказала огромной, кровати, с душистым бельем и сбитыми шелковыми простынями. Видимо во сне я ворочалась как веретено, со мной такое бывает. На мне золотистая ночная рубашка из какого-то очень тонкого, явно натурального, невероятно приятного к коже материала. Она слегка влажная, видимо я потела во сне. Хочется принять душ, может он поможет немного успокоиться, начать разрабатывать какой-то план... Тем более, что чувство тревоги не проходит, а когда вспоминаю, кто виновник моих несчастий, становится еще хуже.
Шейх… Я во дворце мужчины, который этого добивался с самого начала. Который спал с моей сестрой. Это мягко говоря. В нормальной европейской стране ему бы за такое впаяли изнасилование…
А теперь он собирается сделать то же самое со мной…
Нет уж, я не собираюсь покорно подчиняться никакому мужчине, и уж точно не этому высокомерному дьяволу с синими глазами, прожигающими до нутра!
Вскакиваю и подбегаю к окну. Высота третьего этажа. У меня начинает кружиться голова от одной только мысли, чтобы вылезти в окно и попытаться бежать. Увы. Я не скалолаз, с детства высоты боюсь!
Снова высовываюсь наружу. Легкий ветерок играет с моими и без того растрепанными волосами, лучи утреннего солнца приятно ласкают кожу.
Отсюда виден кусок двора, довольно оживленного. Несколько женщин стоят возле выложенного разноцветной плиткой фонтана, держа в руках подносы со сладостями и весело обсуждают что-то. Тут же вокруг них бегают дети, играя в догонялки. Туда-сюда снуют какие-то мужчины, одетые кто в черном, кто в белом, тоже перекидываясь репликами на арабском.
Выбеленные стены дворца заливает солнце. Все вокруг дышит светом и свободой, умиротворенностью. Особенно если посмотреть влево – виден кусочек сада, откуда доносится невероятно красивое пение птиц.
Сказочное место. Вот только я здесь пленница…
Внезапно вижу Кадира и отшатываюсь от окна. Но потом возвращаюсь, осторожно, стараясь сильно не высовываться, наблюдаю за врагом.
Он выглядит необычно для этого колоритного места… Его белая рубашка расстегнута, обнажая немного грудь, а рукава – завернуты по локоть. При виде его мощных бедер, закованных в узкие джинсы, по телу растекается пульсирующее тепло. Приходится закусить губу до боли, чтобы привести себя в чувство. Нельзя поддаваться влечению к этому мужчине!
Все люди во дворе почтительно кланяются шейху. Кадир приближается в сторону моего окна, и вдруг, резко вскинув голову, смотрит прямо на меня! Тут же отшатываюсь от окна, чуть не падая на пол от резкого движения. Сердце начинает колотиться просто бешено, во рту пересыхает. Ощущение, что земля уходит у меня из-под ног.
Ткань рубашки, такая тонкая, почти невесомая, теперь болезненно трется о набухшие соски. Дышу так, будто пробежала несколько кругов вокруг этого дома. Кожа будто горит, и покрывается испариной. Надо срочно в душ. Но где его найти?
– О, моя дорогая девочка, ты проснулась! – Арифа заходит в комнату, ее руки заняты большим, красиво сервированным подносом. – Я принесла завтрак. Вчера ты почти ничего не съела. Сегодня я обязана накормить тебя как следует.
– Перед смертью? – спрашиваю горько.
– Что ты такое говоришь. Такая красавица, ты будешь жить долго. Очень долго. Садись, покушай. Арабский завтрак. Катаеф, очень вкусно, попробуй.
– Что это такое? – меня охватывает любопытство.
– Арабские блинчики, с творожной начинкой. Вот апельсиновый сок. Свежесвареный кофе. Или, если хочешь, могу чай принести.
Также на подносе был салат из свежих овощей, кусочек омлета, и много фруктов. Я осилила только блинчик и полстакана сока. Больше в меня не влезло.
– Ешь как птичка! – возмущается Арифа. – Поэтому такая худенькая. Ветром может унести!
– В тюрьме привыкла есть мало, - отвечаю с горечью. – Да и тут для меня тюрьма… Спасибо, хоть вы с добром относитесь.
– Ты еще не отошла, - с тревогой говорит Арифа. – Конечно, здесь не тюрьма. Люди тут добрые. А шейх – он справедливый. Не станет он тебя мучить, не бойся. Женщина касается ладонью моего лба.
– Мне кажется у тебя небольшая температура. Надо показать тебя доктору.