Чтение онлайн

Данфи сидел, совершенно окаменев от горя, на разбитой крыше каюты. И вдруг он услышал ее кашель, потом снова и еще раз… А затем голос, удивленно вопрошающий:

— Что случилось? Где я была?

Утром Гомелеса не стало. Его хрупкое, дряхлое тело лежало на койке, глаза были закрыты. Казалось, он спит. Но он уже не дышал. Слезы катились по лицу Клементины, когда она накрывала лицо старого Меровинга простыней.

Они прекрасно понимали, что этот момент должен наступить, и притом очень скоро, и были к нему готовы. То, что их судно было практически полностью разбито, теперь уже не имело значения.

Джек с Клементиной часами сидели посреди открытого моря на расстоянии сотни ярдов от берега, как будто демонстративно выставляя себя напоказ в то самое время, когда проводится наиболее активное слежение со спутников. Затем причалили к какой-то небольшой бухточке, и, пока Клементина собирала ветки прибрежных сосен, Данфи уложил тело Гомелеса на палубе и исполнил свое обещание.

Воспользовавшись молотком и отверткой, имевшимися в его распоряжении, Джек осуществил трепанацию черепа старика — освободил его душу в соответствии с меровингским обрядом, столь же древним, как и сам их род.

— Наконец-то свободен, — прошептал Данфи.

Когда вернулась Клементина, они покрыли тело старика сосновыми ветками и облили бензином. Затем, воспользовавшись свечным воском и ниткой, чтобы тело не вспыхнуло мгновенно, зажгли погребальный костер.

— Нас уже должны были заметить, — сказал Данфи. — Весь берег под наблюдением. Значит, они, по-видимому, спешат к нам. И когда они прибудут сюда, то увидят, что произошло, и поймут, что для них все кончено.

Пройдя вперед, Данфи поднял кливер их судна. После чего завел мотор и направил лодку к Иерусалиму. Они с Клементиной прыгнули в воду и вместе доплыли до берега, когда от погребального костра, в который превратилась их лодка, к небу уже начал подниматься дым. Еще через минуту или две, когда они стояли на берегу, вспыхнули снасти, а затем огонь охватил и сломанную грот-мачту. Но даже в языках пламени судно продолжало плыть, держа курс в открытое море.

Вдруг темная тень бесшумно накрыла берег. Подняв голову, Данфи и Клементина увидели черный вертолет без опознавательных знаков, летящий по направлению к пылающему судну. Приблизившись к нему, вертолет печально завис в столбе дыма.

— Все кончено, — произнес Данфи и, взяв ее за руку, пошел по направлению к рыбацкой деревушке, расположенной дальше по берегу.

Клементина покачала головой:

— Думаю, ты ошибаешься.

Данфи вопросительно взглянул на нее.

— Я думаю, все только начинается, — сказала она.

На какое-то мгновение, когда их взгляды встретились, Данфи показалось, что в глазах Клементины мелькнуло что-то таинственное и непонятное. Возможно, это было всего лишь отражение кливера их судна или последствие травмы, которую она перенесла накануне. Чем бы оно ни было, но увиденное им имело форму. В то неуловимо короткое мгновение, когда их взгляды встретились, Джек мог поклясться, что стал свидетелем появления в глазах Клементины чего-то принципиально иного, чего там раньше никогда не было. Словно на него взглянул ушедший Гомелес.