Чтение онлайн

Облегчённо улыбнувшись, успокоился. Это уже лучший прогноз, что я мог получить. Сам не заметил, как от этих слов расслабился. Да так что уснул под тихий разговор двух девушек о системе циркуляции чакры.

Проснулся под скрип колёс, растянувшись на соломе. Рядом посапывала Карин, а впереди звучали тихие голоса Юмико и Джирайи:

– Спасибо, что помогли.

– Извини, что так долго. Свои дела имелись, и пока нашёл Цунаде, чтобы точно проверить… Мало вас – Узумаки осталось, особенно чистокровных. Отец детей ведь тоже из ваших?

– Да. Мы вместе росли, как покинули Водоворот.

– Тем более. Чтобы ссориться с деревней Травы, было мало моих подозрений. Селение хоть и мелкое, но контактов у них интересных много, способных создать неприятности. А так есть возможность сослаться на древний союз Сенджу и Узумаки.

– Я всё понимаю, Джирайя-сан. Никому не нужны проблемы.

Шиноби не стал спорить с очевидным, а, немного помолчав, спросил:

– На что вы собираетесь жить?

– Я могу устроиться в госпиталь…

Ответ ей пришёл молниеносный и твёрдый:

– Нет. В госпиталь ты если и устроишься, то для обучения! Мы не Трава!

– Тогда не знаю. Я ничего не умею…

– В Конохе есть участок земли Узумаки, разрушенный нападением Лиса. Не очень большой, знаменит своим храмом, правда, целых домов там нет. Клановое наследие и хорошо для работы, если вы будете там жить. Хотя Цунаде предлагала дом у себя в квартале, там есть свободные.

– А работа?

– Получишь пособие на себя и детей. Не обидят. Первое время поживёте у меня, пока разберёмся со строительством. А далее советую заниматься печатями.

На что Юмико растерянно протянула:

– Я же про них ничего не знаю…

– Научу. Там больше усидчивость нужна и подходящая чакра. Если сможешь освоить, то печати будут покупать благодаря фамилии. Узумаки славились ими!

– Спасибо!

Он тяжело вздохнул:

– Не благодари. В Конохе у нас тоже проблем хватает и не всё будет так радужно…

Слушая их разговор, задумчиво почесал затылок. Я читал про Узумаки, и что они вроде как дружили с Сенджу, но такой большой помощи никак не ожидал. Да и своя земля в деревне? Интересно, как она оформлена? Может, получится сдать часть в аренду? Искусство печатей считается сложным, и не факт, что у нас будет к нему склонность, не все наши однофамильцы занимались этим.

А Джирайя, тем временем, продолжал:

– Детей устроишь в академию, с дочкой проблем не возникнет, как немного подрастёт. А вот сын – не знаю. Мало чакры, – повернувшись ко мне боком, он подмигнул: – Раз уж ты такой взрослый, то получай правду, маленький интриган.

– Временно мало сил, – недовольно буркнул я. – Вырасту ещё.

– Вот когда вырастешь, тогда и устроишься. А сейчас просто не потянешь учебную программу.

Протяжно зевнув, я отмахнулся:

– Ну и ладно, найду, как заработать и без того, чтобы бегать по стране, как ужаленный!

Беловолосый шиноби окинул меня недоверчивым взглядом. А мне, в принципе, реально пофиг. Что смогу выучить и так выучу. И уж точно не хочу в школу: проводить полдня среди галдящих детей? Спасибо, мне одной сестры хватает.

– Совсем не хочешь стать шиноби? – вторила удивлению мужчины мама.

– Я хочу уметь пользоваться чакрой, но совсем не хочу воевать. Ведь так можно?

Джирайя на секунду замер, засунул руку в белую шевелюру и, смущённо хохотнув, кивнул:

– Можно.

– Там более! Скажите, а для печатей много чакры нужно?

– Много. Но смотря для чего. Прелесть искусства печатей, что большая часть многосоставных печатей не требует одновременного заряда. Работать нужно с каждым символом. Необходимо хорошее воображение, уверенность и усидчивость.

– А какие печати бывают? – моментально полюбопытствовал я.

Шиноби улыбнулся и закатил настоящую лекцию, объясняя типы, возможности и применение, заставляя меня в очередной раз обтекать и задавать кучу уточняющих вопросов. Печать – застывшее намерение и воля, связанные чакрой. Попутно ещё и пространственно-временная техника. Потенциал огромный. Как и сложность.

Беловолосый советовал сосредоточиться на самых простых: взрывные печати, запечатывающие формы для еды и снаряжения. Предупредил, что прежде, чем мы попытаемся хоть что-то продавать, он должен удостовериться в качестве продукта. Азы он даст, а дальше лишь длительная практика.

Я долго слушал, на середине импровизированной лекции достав из сундука бумагу и карандаш, делая заметки. Писал на местном, так что пришлось ещё и просить говорить не так быстро. А когда лекция подошла к концу, я осторожно поинтересовался:

– Джирайя-сан, почему вы нам так сильно помогаете?

Он на секунду задумался, прежде чем устало откликнуться:

– Отдаю долги, мальчик. Мне от вас тоже кое-что нужно, но сначала посмотрим, сможете ли вы мне в этом помочь. Когда придёт срок, узнаете.

На этом он замолк, да и Карин проснулась, усевшись на набитый сеном матрас. Потерев кулачками глаза, она спросила:

– Мама, где мы?

Юмико улыбнулась и потрепала её по голове:

– На пути к новому, лучшему дому, Карин.

Уже темнело, когда мы остановились в придорожной гостинице. Довольно богатой, как по мне. Джирайя не скупился, взял два люкса. Зашли, осмотрелись в выделенной нам площади: двухкомнатный номер, совмещённый санузел с примитивной сантехникой, в котором обещали наличие горячей воды.

Сестра же, потыкав пальчиком в унитаз, распахнула свои алые глазищи и повернулась ко мне с немым вопросом.

– Это туалет. Верёвочка сверху, чтобы смыть, как сделаешь все свои дела. И смотри, тут можно мыться не нагревая воду в баке!