Чтение онлайн

вая, гордая, в учебе шла одной из первых, делала это

немножко напоказ, чтобы не уронить своего достоинства;

ни с кем из девушек не дружила, на парней смотрела

свысока, со снисходительной усмешкой, а в общем была

неплохой девушкой. И вдруг она повернулась к нему

другой стороной, а все ее качества, гордость и обособлен¬

ность воспринимались по-иному, по-новому.

«Надо будет узнать о ней побольше при случае. Спро¬

шу у комсорга механического, — решил Антон и весь день

не мог отделаться от того впечатления, которое она на

него произвела. — Странная женщина!..»

2

Как бы продолжая спор с Мариной Барохтой о това¬

рищеской солидарности в труде, в жизни, Аптон весь ме¬

сяц помогал Жене Космачеву выбиться из отстающих.

Вместе с Гришоней и Сарафановым он нередко появлял¬

ся в его бригаде за час до начала своей смены. Он учил

Женю своим приемам, показывал, советовал, а Сарафа¬

нов, утвердившись у печи, с видом солидного учителя да¬

вал указания нагревальщику, а изредка, демонстрируя

свое искусство и умение, сам орудовал кочергой.

Выработка у Космачева с каждым днем возрастала.

Антон переживал успехи его, как свои собственные.

Как-то раз на исходе майского дня, когда с улицы

сквозь многочисленные квадраты окон врывались в цех

и кромсали сизую дымную мглу тугие солнечные струи,

Антон, выбегая из душевой, промытый, распаренный, со

светлыми крапинками пота на лбу, лицом к лицу столк¬

нулся с Таней Олениной. Он растерялся и поспешно пок¬

лонился.

— Здравствуйте.

Таня переложила папку с чертежами в другую руку.

Подбородок ее дрогнул от сдержанной улыбки.

— Я не видела вас целую вечность, — воскликнула

она с искренней радостью. — Где вы пропадаете?

Чтобы не мешать людям, выходившим из душевой,

они отступили в уголок.

— Где же мне пропадать? В цеху, — выдохнул он.

Как бы вспомнив что-то, она предложила;

— Хотите пойти в оперу?

— С вами?

— Да. У меня есть два билета.

— Хочу. А когда?

— Завтра.

— Если бы днем позже... — прошептал он с сожале¬

нием, почти плачуще. — Завтра у меня экзамен.

— Я и забыла, что вы ученик... Как вы сдаете? Мно¬

го ли вам колов понаставили?

— Колов нет, сдаю на пятерки. Даже английский

язык, честное слово. Осталась одна история, вот ее-то я и

сдаю завтра...

Таня тихонечко прикоснулась к его локтю, чуть за¬

метно кивнула и сказала:

— Ладно, сдавайте вашу историю. А в театр мы пой¬

дем в другой раз. Хотите?

— Хочу, — сказал он с готовностью. — Я ведь в Боль¬

шом театре еще ни разу не был...

Она повернулась и пошла по коридору, и Антон про¬

вожал ее взглядом, пока она не свернула на лестницу.

В душе его внезапно родилась мечта: вот с ней, с этим

человеком, придет к нему счастье, с ней все его невзгоды

и горести исчезнут, как исчезает туман с появлением

солнца.

3

Сдав экзамены и перейдя в девятый класс, Антон по¬

лучил отпуск и уехал на Волгу, к матери; с ним, конечно,

увязался и Гришоня Курёнков.

Гришоня никакого парохода, кроме речного трамвая,

не видал, дальше Ленинских гор не плавал; и сейчас, со¬

вершая путешествие по каналу имени Москвы, по Рыбин¬

скому морю, по Волге, он просто онемел от восторга.

Антон не мог согнать его с палубы, —¦ так он и проспал

там всю ночь на лавочке, приткнувшись к поручням.

В село они прибыли под вечер. Попутный грузовик

доставил их с пристани за полчаса, высадил на выгоне

и укатил дальше. Гришоня растерянно озирался, — его

беспокоила непривычная тишина, пустынность улиц, без¬

людье; стадо уже прогнали, а воздух все еще напитан

пылью, коровьим дыханием, парным молоком, запахом

росы; возле одной избы на бревне сидела стайка при¬

молкших ребятишек, уставших от дневной беготни: на

огороде женщина голосисто зазывала отбившуюся коро-

ву.

До самого дома Антон не проронил ни слова, только

сглатывал подступивший к горлу ком, перехватывал тя¬

желый чемодан из одной руки в другую. Мать стояла на

крыльце, крупная, неподвижная, вглядывалась в спуска¬

ющихся с пригорка людей. Антон ускорил шаг, — с мучи¬

тельной остротой ощутил он, что соскучился по матери,

бесконечно доброй, ласковой, родной...

Мать торопливо сошла с крыльца, ладони ее с не¬

громким хлопком соединились на груди.

— Антоша!.. — прошептала она. — Сынок!..

Антон почти кинул на землю чемодан, обнял мать.

— Здравствуй, мама...

— Что ж ты, сыночек, забыл нас совсем? — Она от¬

странилась от него, поглядела с непередаваемым, глубо¬

ким укором, с каким могут смотреть только матери,

всхлипнула; платок съехал на затылок, в плотно приче¬

санных волосах проглядывала седина, возле вздрагиваю¬

щих губ — страдальческие складочки. Антон напрягся