Чтение онлайн

– И куда мы теперь?.. – еще больше ссутулившись и засунув руки поглубже в карманы, спросил он подругу.

– Найдем! – небрежно отмахнулась та. – Есть одно местечко...

В больнице, в одной из палат, где прибиралась Люда, лежала пожилая женщина. Альбина Трофимовна Горная... Можно сказать, на старуху свалились все тридцать три несчастья. Ну, во-первых, резкое обострение всех тех хронических болезней, которыми обычно страдают немолодые люди. Что уж тут поделать... Осень и весна – наиболее щедрые на этот счет периоды. Межсезонье, температурные перепады, перепады атмосферного давления, магнитные бури... Все то, на что изношенный организм реагирует очень чутко...

Возможно, все эти напасти Альбина Трофимовна смогла бы пережить и дома. Но только еще при первых морозах ей очень не повезло – поскользнувшись, она упала на улице. В результате – перелом шейки бедра... Тоже сугубо старческая травма...

Женщину вынуждены были поместить на стационарное лечение – она оказалась одинокой как перст. Ни мужа, ни детей, ни друзей... Даже кошки – и той не было. Единственный родственник, племянник – сын уже много лет как умершей старшей сестры, – давным-давно, более десяти лет назад, еще при коммунистах, пропал без вести во время срочной службы в армии и до сих пор числился в дезертирах...

И так уж получилось, что за ту неделю, что Альбина Трофимовна находилась в больнице, Люда как-то сумела с ней близко сойтись... Впрочем, ничего удивительного в этом не было – молодая женщина отличалась обаянием. Худенькое миловидное личико в обрамлении светленьких кудряшек, большие глаза, с каким-то непонятным удивлением смотрящие на окружающий мир, тихий ангельский голосок... Никто и никогда не смог бы в этой миловидной, тихой и старательной санитарочке заподозрить воровку и наводчицу...

Однажды, в порыве откровенности, Людочка пожаловалась Альбине Трофимовне, что, дескать, родители не понимают, всячески третируют ее друга, с которым она собирается связать свое будущее... При этом она, конечно, не стала упоминать о трех судимостях суженого. Наоборот – в ее рассказах он выглядел средоточием всех людских добродетелей. И добрый, и ласковый, и трудолюбивый, и мужественный... В Чечне воевал... А старые Лыковы его ненавидят, ревнуют к единственной дочери и намереваются со свету сжить. И арендовать квартиру, чтобы жить новой семьей отдельно от родителей, сейчас таких денег стоит...

Эта ложь, принятая больной старухой за чистую монету, растрогала ее. Было в ее молодости что-то похожее... Избранник совсем еще молодой Али также не понравился родителям. А у нее не хватило духу поступиться их мнением. Вот и осталась одна...

– Знаешь, Людочка!.. – в каком-то порыве предложила она. – Если уж совсем туго будет – я дам тебе ключи от своей квартиры! Я еще долго здесь валяться буду... А вы пока у меня поживете... Ну а потом посмотрим...

И когда Люда со слезами на глазах в неурочное время заявилась в палату, Альбина Трофимовна, не раздумывая, залезла в прикроватную тумбочку и отдала ей ключи от своей трехкомнатной квартиры.

– ...Не, Людок, ты молодец! – Зарницкий был доволен. Уютное, комфортное жилище... Без надоедливых стариков... И на халяву.

– А ты как думал! – Женщину переполняла гордость – не так уж часто сожитель ее хвалил.

– Слушай! – Тон Совы стал деловитым. – Завтра у меня корешок откидывается... Чалились вместе... Хороший пацан, Димка Горыныч! Пусть он у нас пока поживет?..

– Пусть живет! – легко согласилась Люда, не задумываясь о том, что распоряжается не своим имуществом. – Места хватит!

– Во! – обрадовался Сова. – Ништяк! И надо бы его встретить по-людски! Ну, водки взять, закуски, стол накрыть...

– Сделаем! – Несколько дней назад Люда получила зарплату.

– И это... – Ладонь Совы легко переместилась с талии подруги на ее округлую упругую попку, а потом – чуть ниже. – Пацан четыре с половиной года живой бабы не видел... У тебя есть какая-нибудь подруга? Ну, такая, нормальная... Чтобы не шибко выеживалась... Чтоб дала без проблем...

– Нинку позовем! – усмехнулась Люда. – Она у нас добрая... Даст...

– Не, Людок, ты вообще молодец! – Горячая ладонь теперь ползла по обтянутому капроном бедру вверх, задирая подол и без того коротенькой юбчонки. – А где тут у бабушки койка?..

Охранник – молодой парень, едва ли старше двадцати – как раз закончил очередной обход охраняемой им территории. Вошел в тесную, прокуренную караулку, убрал в сейф "помповуху"... Территория, при всей своей обширности, была плохо освещена, и получить по голове в каком-нибудь из темных углов охраннику как-то не очень хотелось. А вид оружия в руке является весьма увесистым сдерживающим фактором...

Территорию старой базы на окраине одного из пригородных поселков выкупила группа коммерсантов, собравшаяся заняться переработкой леса. Было заметно, что деньги у людей были – строительство производственных помещений развернулось полным ходом, за границей закупалось необходимое оборудование, площадки заполнялись гравием и бутовым камнем...

Одновременно на территории работало несколько подрядных организаций. В том числе и бригада наемных таджиков. Что-то около тридцати человек, которые жили здесь же, на втором этаже старого административного здания.

Таджики отличались добросовестностью и трудолюбием – "пахали" от темна и до темна за относительно небольшие деньги. Кроме того, были неприхотливы в быту и в питании. Все это и стало решающими факторами при их найме...

Руководил бригадой сухощавый, среднего роста таджик лет сорока пяти, которого свои называли не по имени или по фамилии, а странной кличкой – Капитан. Почему странной?.. Так откуда в Таджикистане море?! А если нет моря, то откуда взяться капитану?! Впрочем, это не столь уж и важно... Ну, называют – и пусть называют. Владельцы фирмы при личных контактах обращались к нему так же, как и земляки. И он не обижался...