Чтение онлайн

Галина Ш. на правах хозяйки всех встречала, орал магнитофон, кто-то танцевал, кто-то сидел по диванам, группка девчонок собралась у пианино. Кто-то чего-то ел, кто-то пил. В общем, было шумно и весело.

«Новенькая» постоянно куда-то пропадала. Я решил, и парни со мной согласились, что или на кухне чего-то девчонки соображают, или готовят всем какой-то сюрприз. Периодически кто-то, в паре с кем-то, тоже пропадали. Квартира была большая, многокомнатная. И чем они там занимались – никто не знает. Все это было как бы в общем русле происходящего.

Потом кто-то упросил Галину Ш. сесть за пианино и спеть какую-то песню. И они её пели несколько раз подряд. Все уже подпевали. Очень эмоциональным было и исполнение и сама песня.

Ну и после этого как-то начали все потихоньку расходиться. Вечер удался. Кто-то наобщался, кто-то наплясался, кто-то напелся. А кто-то просидел в сторонке весь вечер. В этом и была прелесть таких вечеров. Мы были все вместе, но не в классе.

Как же дальше развивались события. Хотя, какие же события уже произошли? Да никаких событий не произошло. Сказал бы вам любой из нашего класса. Встретились всем классом у Галины Ш. и пели какую-то песню.

Но…

«Новенькая» заболела и неделю не ходила в школу. Выстроилась очередь – сходить её проведать. Но учителя сказали, что лучше не надо и даже запретили к ней ходить. Болезнь, наверное, заразная – подумали и решили все мы.

Борис тоже ничего не мог выведать, никто из её семьи на улице или во дворе не появлялся. А по телефону девчонки выяснили, что она что-то потянула на тренировке и лежит в областном центре в больнице. Но ничего страшного, через неделю обещали выписать.

И прямо перед её появлением и выздоровлением у нас в классе прошла лекция. Периодически проходили какие-то лекции, приглашенных лекторов. То о политике партии, то об историческом наследии, то о вреде капиталистической музыки, то о вреде курения. А в этот раз была лекция об оборонительной стратегии нашего государства, на примере нашей области и нашего города. И лекцию в этот раз вел не лектор (как обычно), а серьезный такой мужик в военной форме и погонах. Женька нам объяснил, что он из КГБ.

Но нам было все равно. Мы выслушали о государственной тайне и предательстве Родины, о секретных военных объектах, которые на каждом шагу и может быть, даже под нашей школой тоже есть секретный объект, которые все призваны обеспечить оборону нашей Родины от врагов.

Выслушали и успешно забыли через десять минут – после перемены.

А потом «новенькая» уезжала – и мы все её провожали. И ещё её провожал какой-то старшеклассник.

Дальше как-то само собой сложилось, что мы с Борисом и Люська с Галиной Ш. едем поступать в институт в Петербург. А Константин с Евгением в наш областной центр. Ну и остальные – кто куда.

Так практически все и сложилось. За исключением того, что Люська осталась в городе и никуда не поехала, а с нами в Питер поехали ещё трое человек.

Вот так вот эта вся история выглядела для нас. Мы намеренно связали несколько эпизодов, которые как бы ни имеют ничего общего, в одну историю. Потому, что на самом деле они имеют много общего, они все являются звеньями одной цепи.

Но в то время, и для нас в том времени, все это выглядело именно так, как мы описали. Череда ситуаций, которые никак вроде бы не связаны между собой.

Почему, сейчас – мы, а не я это рассказывали? Потому, что так эта история выглядела для всех нас, а не только для меня. Хотя, кто знает. Может, для кого-то она и выглядела по-другому.

– С кого начинать рассказывать?

Как-то грубовато спросил он.

Мы летели с ним вместе из Лондона в Дубай.

– Да. Сказал я.

– Для начала расскажите мне все, что вы знаете о моих друзьях, о моих одноклассниках. А начните, пожалуй, с Людмилы…

– Вы хотите сказать с Люськи? Перебил он меня. И эта его улыбка означала, что даже это они знают. Но как? Кто мог знать, что я именно так её для себя называю.

Наверное, кому-то я проболтался, случайно назвав её Люськой. Но это значит, что они прослушивают телефоны, контролируют мои встречи как минимум уже года два. Потому, что последний раз я встречался с Борисом года два назад. И ещё кого-то видел именно в ту пору.

– Ладно, рассказывайте. И не думайте, что вы уж совсем выбили меня из игры.

– Так значит Людмила. Многозначительно сказал Камчаткин.

Я подумал, что сейчас он полезет в свой портфель за бумагами, и я увижу хоть какие-то названия или адреса. Что бы могло помочь мне сориентироваться, так с кем все-таки я имею дело.

Но он откинулся в кресле, вытянул ноги и с очень довольной физиономией начал свой рассказ.

– С Людмилой вы не виделись уже девятнадцать лет. Последний раз вы выяснили, что она ушла от мужа и живет одна с дочкой. Работает где-то на заводе, то ли нормировщицей, то ли диспетчером. Она очень недовольна своей жизнью и регулярно заводит все новые романы, с целью снова выйти замуж.

Так вот, за эти девятнадцать лет, она снова побывала замужем два раза. И сейчас третий раз замужем. Она очень счастлива, и живёт в Италии. В пригороде Неаполя.

Да, год назад вы буквально проезжали мимо её дома, отплывая из Неаполя на Корсику.

У неё взрослая дочь, которая учится в университете Парижа, и, скорее всего, будет хорошим модельером.

Телефон, личный сотовый телефон, адрес и email, конечно же, у меня есть. И вот вам от неё письмо. Надеюсь, что сейчас читать вы его не будете.

Он достал из правого внутреннего кармана пиджака, тонкий белый конверт и протянул его мне. Потом я выяснил, что это было и не письмо вовсе, а так, записка: «Приезжай обязательно. Людмила».

Ну, это уже было, даже для меня, слишком. Я машинально сунул конверт себе в карман и проговорил:

– Евгений.

Камчаткин с готовностью продолжил.

– Евгений сейчас живет в небольшом городе почти на берегу Черного моря. Он до сих пор кадровый офицер, поэтому регулярно вынужден переезжать к новому месту службы. Он уже полковник медицины, женат на своей коллеге, то есть на медике, и очень счастлив в браке. Сын учится в нахимовском училище. Естественно все координаты у нас также есть.