Чтение онлайн

— Поздравляю, — ответил Белл, отвечая таким же пожатием. Уитмарк с улыбкой выпустил его руку и пошутил:

— Вот это пожатие. Что вы делаете в свободное время? Подковываете лошадей?

— Прошу нас ненадолго извинить, мистер Уитмарк, — сказал Белл. — Мисс Ленгнер, мистер Ван Дорн попросил меня поговорить с вами.

— У нас здесь нет тайн, — сказал Уитмарк. — Особенно таких, какими интересуются детективы.

— Все в порядке, Тед, — сказала Дороти, кладя руку ему на руку и улыбаясь. — На кухне есть джин. Пожалуйста, смешай коктейли, пока мы с мистером Беллом беседуем.

Теду Уитмарку это не понравилось, но деваться было некуда, и он вышел, сказав напоследок:

— Не задерживайте ее надолго, Белл. Бедняжка еще не пришла в себя после смерти отца.

— Всего минута, — заверил Белл.

Дороти плотно закрыла дверь.

— Спасибо. Тед ужасно ревнив.

— Полагаю, — сказал Белл, — у него много хороших качеств, если он сумел добиться вашей руки.

Она посмотрела Беллу прямо в лицо.

— Я не принимаю поспешных решений, — сообщила она таким тоном, который высокий детектив мог истолковать только как проявление внимания со стороны очень привлекательной женщины.

— А чем занимается Тед? — спросил Белл, дипломатично меняя тему.

— Тед поставляет продовольствие флоту. На самом деле он скоро уезжает в Сан-Франциско, чтобы подготовиться к приходу Великого белого флота. Вы женаты, мистер Белл?

— Обручен.

Загадочная улыбка мелькнула на прекрасных губах.

— Какая жалость!

— Откровенно говоря, — сказал Белл, — жалеть не о чем. Я очень счастлив.

— Полная откровенность — отличное качество в мужчине. Вы пришли только для того, чтобы не заигрывать со мной?

Белл достал авторучку.

— Узнаете?

Лицо ее омрачилось.

— Конечно. Это ручка моего отца. Я подарила ее ему на день рождения.

Белл протянул ей ручку.

— В таком случае можете оставить ее себе. Я взял ее с его стола.

— Зачем?

— Чтобы убедиться, что ею он написал записку.

— Так называемую предсмертную? Ее мог написать кто угодно.

— Не кто угодно. Либо ваш отец, либо очень искусный мастер подделки.

— Вы знаете мое отношение. Он не мог наложить на себя руки.

— Я продолжаю расследование.

— А что насчет бумаги, на которой написана записка?

— Это его бумага.

— Понятно… А чернила? — неожиданно оживившись, спросила она. — Откуда мы знаем, что письмо написано теми же чернилами, что в ручке. Может, они не из этой ручки. Чернила я сама покупала в магазине. Компания «Уотермен» продает тысячи таких флаконов.

— Я уже отправил образцы чернил из этой ручки и из письма в лабораторию, чтобы проверить, идентичны ли они.

— Спасибо, — сказала она с вытянувшимся лицом. — Расхождение маловероятно?

— Боюсь, что да, Дороти.

— Но даже если это его чернила, отсюда не следует, что он сам написал письмо.

— Не бесспорно, — согласился Белл. — Но должен откровенно сказать, что, хотя каждый из этих фактов может быть исследован, все они вряд ли дадут нам определенный ответ.

— А что даст? — спросила она, внезапно как будто бы смутившись. На глазах заблестели слезы.

Ее страдания и смущение тронули Исаака Белла. Он взял ее руки в свои.

— Что бы это ни было, но, если оно существует, мы его найдем.

— Ван Дорны никогда не сдаются? — с храброй улыбкой спросила она.

— Никогда, — пообещал Белл, но в глубине души у него было все меньше надежды когда-нибудь избавить ее от боли.

Она сжала его руки. А когда наконец отпустила, подошла ближе и поцеловала Белла в щеку.

— Спасибо. Это все, о чем я прошу.

— Буду держать вас в курсе, — сказал Белл.

— Не останетесь на коктейль?

— Спасибо, но, боюсь, не могу. Меня ждут в Нью-Йорке.

Когда она провожала его к выходу, Белл заглянул в столовую и заметил:

— Замечательный стол. Это Макинтош?

— Конечно, — гордо ответила она. — Отец говорил, что покупать произведение искусства, которое тебе не карману, означает ужинать бобами, но он предпочитает ужинать бобами.

Белл подумал, не устал ли Ленгнер от бобов и не взял ли деньги сталелитейщиков. Выходя, он оглянулся. Дороти стояла на ступенях, похожая на принцессу, заточенную в замке.

Поезд «Ройял лимитед» железной дороги «Балтимор и Огайо» [5] — самый быстрый и роскошный поезд из Вашингтона в Нью-Йорк. За окнами стемнело, и Белл воспользовался спокойным путешествием, чтобы ознакомиться с новостями охоты на Фраев. Орудовавшие во многих штатах грабители банков, которых детективы Ван Дорна разыскивали в Иллинойсе, Индиане и Огайо, неожиданно исчезли где-то в восточной Пенсильвании. Как и детектив Джон Скалли.

Обед в «Ройял», не уступавший обедам в «Дельмонико» [6] или в новом отеле «Плаза», подавали в вагоне, отделанном красным деревом. Белл заказал мэрилендского окуня и полбутылки «Мумм» [7] и за едой размышлял о том, что Дороти Ленгнер напоминает ему о его невесте. Очевидно, если бы Дороти не горевала о смерти отца, она была бы остроумной, сообразительной, интересной женщиной, очень похожей на Марион Морган. У них много общего в прошлом: обе потеряли матерей и благодаря любящим отцам получили образование, гораздо более глубокое, чем другие женщины: отцы обеих были состоятельными людьми и хотели, чтобы дочери в полной мере развили свои способности.

Внешне Марион и Дороти не могли бы различаться больше. У Дороти блестящая черная грива волос, у Марион — тоже блестящая, но цвета соломы; у Дороти привлекательные сине-серые глаза, у Марион — не менее привлекательные цвета морской зелени. Обе высокие, стройные и гибкие. И обе, с улыбкой подумал он, способны остановить движение, просто выйдя на улицу.

Когда «Ройял» подошел к вокзалу Нью-Джерси, Белл взглянул на свои золотые карманные часы. Если Марион завтра снимает, сейчас уже поздно ехать к ней в отель в Форт-Ли. Какая ирония. Марион снимает кинофильм в двух частях о придуманных грабителях банков, пока он гоняется за настоящими грабителями. Но, наблюдая ее за работой, Белл понял, что съемки кинофильма требуют такого же точного планирования и подготовки, что и реальное дело. А для этого девушке нужно хорошо выспаться.