Шторм
Шрифт:
А за меня ты не беспокойся. Если прилетят вражеские аэропланы, воздушный змей всегда можно спустить на землю, смотав проволоку так же, как мальчики сматывают нитку змеек. Небольшие станции парят в облаках без людей. В случае аварии, для смазки частей, регулировки мотора, пополнения запасов газа и прочего их спускают на землю. Но часто спускать на землю такую мощную установку, как "Кондор", не выгодно. Это ведет к потере энергии. Вот почему мы будем постоянно жить с Зоей на нашей "воздушной даче". Зоя уже на последнем курсе и едет со мною как стажерка. Она – молодец. "Воздушный монтер". Головокружением не страдает. Храбрая девушка. Не волнуйся и не беспокойся, дорогая! Мать должна быть мужественна. (Недаром созвучны Мutter – мать и Мut – мужество.) Я буду писать тебе каждую неделю. Привет отцу. Как его ревматизм?
Твой Лева.
Р. S. Мои все товарищи по институту завидуют мне. Из окончивших в этом году только я один получил такое "высокое" и ответственное назначение. Я внес кое—какие усовершенствования в конструкцию хвоста "воздушного змея" (наша машина имеет и хвост). Изобретение было признано важным, оно—то и помогло мне получить "капитанский пост", как говорят мои товарищи. "Кондор" будет обслуживать электроэнергией огромный колхоз (большинство тракторов и автомобилей работает теперь на электрических аккумуляторах), лесопилку, целлюлозный завод и прочее. Работа интересная. Целую. Зоя шлет привет. Л."
Электропоезд быстро мчал Миллера и Зою Тверьянову на юг. В пути были только две остановки.
"За агульным сталом курыць забороняецца", – прочла Зоя в буфете одной станции. – Белоруссия!
"За загальным столом просят не палити". – Над ними было уже небо Украины.
Еще несколько часов езды, и они на месте. Пирамидальные тополя, ночью похожие на кипарисы, устремляли свои острые вершины к звездному небу. Теплый, ласкающий ветер приносил "украинские" запахи трав и полей.
На высоком холме виднелось бесформенное сооружение. Это спал на земле последнюю ночь их "Кондор". Из соседнего сарая сквозь раскрытую дверь падал свет на поляну, выхватывая из мрака два грузовика. Слышались голоса, удары молота. Шли последние приготовления. Весть о приезде инженера быстро распространилась по мастерским и баракам. Отовсюду шли рабочие, колхозники.
– Ты бы отдохнула с дороги, Зоя, – предложил Миллер.
– Высплюсь на облаках, – улыбаясь, ответила девушка.
Вспыхнул свет временной электростанции. Яркий дуговой фонарь осветил "Кондор". Он стоял на причальном помосте. Центром всего сооружения была огромная "катушка" – вингротор, скрепляющая, как ось, весь аппарат. На концах оси были укреплены огромные плоскости в виде полулунок. Они должны давать боковую устойчивость "змею". Под катушкой помещалась палуба и на ней небольшая каюта с двумя комнатами – будущее жилище Миллера и Зои. Позади "Кондора" через всю поляну почти на километр протянулся огромный хвост. На некотором расстоянии от причальной площадки стоял ворот с намотанным тонким тросом. Рядом виднелось здание небольшого газового завода, который вырабатывал водород для наполнения внутренних полостей "Кондора".
Миллер ринулся в работу, словно в бой. Его молодая энергия передавалась всем. Людской муравейник зашевелился.
Зоя не заметила, как подкралось утро. Погасли фонари. Розовый луч солнца осветил рога боковых плоскостей.
– Лезем, Зоя! – крикнул Миллер.
Он уже был у причальных мостков и быстро карабкался по отвесной лестнице. Зоя последовала за ним, легко и уверенно взбираясь все выше. Недаром она была премированной физкультурницей.
Через две минуты они были на палубе.
– Ветер в три балла. Слышишь, как шумят верхушки деревьев? – сказал Миллер. Он уверенно повернул рычаг. Лопасти ротора завертелись. – Три балла – вполне достаточный ветер, чтобы помочь нам взлететь. Помнишь "эффект Магнуса", Зоя?
Миллер скрылся позади каюты и сказал оттуда:
– Поверни выключатель возле двери каюты.
Зоя повернула. Послышался шум мотора. В каюте зажглась электрическая лампочка.
– Вот видишь, наша электростанция и заработала. Лет десяток назад не обошлось бы без торжества. Теперь торжествовать по такому случаю показалось бы так же странно, как по поводу проводки домашнего электрического звонка. Вниз я еще не даю тока. Тебе придется присматривать за мотором. Он установлен в закрытом помещении позади каюты.
Миллер подошел к краю палубы и, нагнувшись над железной оградой, крикнул, как настоящий капитан:
– Отдавайте концы!
Ворот завертелся, разматывая проволоку, "Кондор" начал подниматься вверх. Первые лучи восходящего солнца осветили лицо Зои, а внизу лежали еще ночные тени. Миллер посмотрел на Зою и ласково улыбнулся:
– Летим, Зойка! Не боишься?
– Не боюсь, Левка!
Могла ли она признаться, что ей было немножко жутко?
"Кондор" медленно поднимался. Ветер крепчал. Ротор вращался все сильнее. Миллер заботливо посмотрел на Зою.
– Напрасно ты не взяла своего чемодана. Надела бы свитер. Вверху будет совсем свежо. Не забывай, что мы будем жить на высоте, где "климат" горных вершин. Но это наш пробный полет. Спустимся и захватим все необходимое.
– Мне не холодно! – ответила Зоя.
Она смотрела вниз. Горизонт расширялся и как будто поднимался. С каждой минутой открывались все новые дали: синеющий лес, ослепительно—красная излучина реки, далекие фабричные трубы… На полях, словно жуки, копошатся тракторы. "Кондор" будет питать их электричеством!
Мотор вдруг начал давать перебои.
– Посмотри, Зоя, что с динамо! – сказал Левка.
Зоя отрегулировала мотор, и, когда вернулась, "Кондор" стоял уже неподвижно на большой высоте. Позади него протянулся, постепенно опускаясь, длинный хвост, колышущийся от ветра.
– Неисчерпаема энергия воздушного океана. Пройдет еще немного лет, и тысячи, десятки тысяч вот таких "Кондоров" начнут гордо реять над нашей страной. Ветер, превращенный в электроток, будет вращать наши машины, давать свет и тепло. Мы электрифицируем нашу жизнь, наш быт до мельчайших подробностей. Ветер возьмет на себя самые тяжелые работы. Человеческий труд облегчится. Люди будут иметь гораздо больше свободного времени, чтобы отдавать его науке, искусствам. Жизнь станет прекрасной.
– Да, Левка, жизнь станет прекрасна, – отозвалась Зоя.
И вдруг, сделав испуганные глаза, Зоя воскпикнула:
– Левка! А как же мы будем обедать? Чем мы будем питаться?
– Нектаром и амброзией, как и следует небожителям, или же манной небесной. Ты проголодалась, Зоя?
– Признаться, да. Мне хочется есть. Ведь мы обедали еще за агульным или загальным столом!
– Потерпи немного. Мы скоро спустимся. А когда мы взлетим надолго, то будем спускать вниз проволоку и поднимать все, что нам необходимо. Здесь есть электрическая плита, и мы сможем подогревать кушанья, варить кофе. Время от времени нам придется спускаться, чтобы запастись газом. Как ни плотны оболочки "крыльев", все же диффузия существует. Думаю, что утечка газа будет небольшая, и нам едва ли придется спускаться чаще, чем раз в месяц, если только ты не соскучишься по земле.