Штрафники
Шрифт:
Вспомнился мне давний-давний разговор с корреспондентом "Правды" по Кемеровской области, которого в области, говорят, все любили, а секретарь обкома просто "носил на руках". "Секрет моего успеха, позднее признался мне, "как свой своему", этот газетчик- хитрован, в том, что я трижды в месяц критикую соседние области, а свою, куда аккредитован, разве что один раз в высокосный год."
...Вряд ли Савелий знал, насколько стар и испытан его "новый метод" Но... в критическую минуту нашелся... Молодец!
Тут вдруг появился на экране и крайне редкий гость. Под ником "казенный оптимист" - блистательный знаток русской литературы, я бы сказал, даже гурман поэтической строки, и, вместе с тем, доморощенный поэт, постоянно убеждавший и меня, и других, что он вовсе никакой не поэт, а графоман, что отчасти было верно: не нашел еще он своего поэтического стиля, да и не искал, похоже. Думаю, очень молод был этот талантливый "графоман": не сдержал он своей радости, намекнув в своем обращении ко мне, что ныне он стал главным цензором на Лубянке
"Времена меняются, Григорий!"
"Увы, выбор им сделан: ни к чему главному цензору свой стиль!"
Неслух, - начал "Оптимист" свой новый постинг, сообщили, что вы нынче в мерехлюндии, дарю вам для ободрения стихи. Пишу, что называется "с листа", экспромтом, категорически опаздывая на встречу с двойным агентом.
Назовем подарок "Из писем Нью-Йоркскому другу" (плагиат-подражание И. Бродскому)
"Нынче ветрено, деревья валит с треском.
Холод, слякоть... Изменилось всё в округе.
Смена красок этих так достала, Неслух,
Что хоть вой или беги искать подругу.
Книга тешит до известного предела
Дальше "корки" не пойдёшь, глухое дело.
Сколь же радостней прекрасное колено:
Так согреешся - не надо и поленьев.
Посылаю тебе, Неслух этот "постинг".
Что в Нью-Йорке? Как там язва? Спать не страшно?
Как Григорий? Слышал - всё играет в кости...
Молодец! Но передай, что всё напрасно.
Я живу, как чёрт в аду. Горят финансы.
Разбежалась вся прислуга. Нет знакомых.
Вместо Шубертовских песен и романсов
Лишь гуденье труб водопроводных.
Неслух, помнишь говорил нам Грибоедов:
"Слишком умным будешь - хватишь горя"?
Думаю, что надо торопиться.
Поселюсь-ка я в провинции у моря.
И от Путина далёко и от славы,
И от холода не надо колотиться.
Говоришь, что всё равно придут с облавой...
Ну и что ты предлагаешь - застрелиться?
Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый бомж перед пельменной:
"Мы оглядываясь, видим лишь руины".
Взгляд при этом был какой-то скверный.
Был в лесу. Бродил по кухне с сигаретой.
Вот теперь над ужином "колдуем"...
Как в Афгане, друг мой Неслух, или где там?
Неужели до сих пор ещё воюем?
Помнишь, Неслух, у Григория юница?
Худощавая, с куриными мозгами.
Ты ругался с ней... Недавно стала жрица.
Жрица, Неслух, и общается с богами.
Приезжай на "Vana Tallinn" с черным хлебом.
Или сливками. Расскажешь все как брату.
Постелю тебе в саду под хмурым небом.
Если выживешь, сыграешь мне сонату!
Привет, держи хвост пистолетом!
С давней дружбой. "Оптимист".
И приписка ко мне лично. В ответ на мой постинг, в котором я не скрыл от Цензора ГБ, что его агентуры здесь, на сайте МН, как мух на липучке. И что, на мой взгляд, откровенный фашист "Робин-Гуд, босяк с Лубянки, и "ник" "Недочеловек" из Америки с его половодьем тестов из "Майн Капф", скорее всего, один и тот же ваш человек. Фашисты однотипны, как болванки..."
"Григорий, - ответил мне главный, - Ваша проницательность меня пугает. Переходите к нам в отдел на работу. Нам нужны люди, которые "стоят за идеи намертво, как, по вашим словам, панфиловцы на разъезде Дубосеково", и видят противника насквозь, даже через "моря и океаны". Тем более, что "идеи" у нас сейчас, после "поворота" Путина в политике, почти совпадают с Вашими, а знать "КТО ЕСТЬ КТО" по-прежнему надо. Считайте это официальным предложением, Григорий. Деньги хорошие. Завтра доставят прямо на дом. Афишировать не надо (разговор только между нами, сами понимаете специфику).
Моя жена Полина долго хохотала над неожиданным предложением. "Слушай, этот отрок не листал ни одной твоей книги. А то бы поостерегся..."
Желание моей Полины - закон. Я тут же отбил ответ "Спасибо, конечно! Но... я же изучал древнюю историю: бойся данайцев, дары приносящих... А вы даже не данайцы, вы лубянцы из сибирской тайги, где прокурор - бурый медведь..."
Увы, в самом деле, ничего из России, кроме медвежьего рыка пока не слышно. Никакие повороты Путина на восток или на запад, как они не радуют или огорчают россиян, ничего не говорит о человеческой сути Путина Президента России. Скажет лишь одно-единственное - остановит он или нет чекистский разбой и бессмысленное кровопролитие в горячих точках страны... Осталась ли у него, вопреки многолетней гебистской муштре, хоть капля обычной человечности, природной русской незлобивости - вот в чем вопрос. Или правы умнейшие политологи страны - все разговоры Путина о значении таких людей, как Андрей Дмитриевич Сахаров - это риторика для Буша и подобных ему. "Операция прикрытия", как говорят в ФСБ.
– На самом деле, предстоит, и очень скоро, кровавая резня. Передел собственности ребятами в погонах, дорвавшимися до власти... И тогда - Россия - классическое корпоративное государство, государство лишь само для себя, а не рядовых граждан, для которого независимая пресса - нож острый. Вроде брежневского идиотизма или, вернее, Италии Муссолини. Но от Муссолини, монополизировавшего право государства на убийство инакомыслия и разбой, быстренько удрала мафия. Все эти аль капоне... Бегом из Италии в Чикаго... А из России бандиты пока что не исчезают, а находят общий язык с государственными чиновниками. Это, пожалуй, пострашнее...
Погасил экран, отправился обедать, где Полина все еще похохатывала. После обеда примчался Слава. Без предварительного звонка, что редко для канадца. Сунул мне конверт и исчез.
В конверте была записка от Савелия. Он просил меня подрулить к загороднему кафе "Барсук" (West at street Steels) в такое-то время. Он ждет у входа.
Я удивился несказанно. Опять тайны? Последний раз я таился лет сорок назад, когда перепрятывал рукопись "Заложников". Озирался, нет ли слежки...Странное ощущение, что вообще это было в другой жизни!