Чтение онлайн

— Это же убийство, — тихо, но внятно сказал за спиной Хомяк.

— Вот суки! — рявкнул Буль, оказавшись внезапно слева от Штыка. — Сейчас попляшете, козье вымя!

И дал длинную веерную очередь по военным сталкерам. Горячие гильзы полетели Штыку в лицо. Сталкеры мгновенно исчезли в траве, демонстрируя отменную выучку.

— Ты что…?! — Штык коротко толкнул Буля в плечо, схватил за рукав и дернул назад, под прикрытие кустов. Хомяк к тому моменту уже успел отбежать метров на десять.

С поляны донеслись беспорядочные крики, раздалось несколько выстрелов, но буквально через несколько секунд все стихло.

— Быстро обратно на холм, — едва сдерживая желание «съездить» Булю по морде, злобно прошипел Штык. — Хомяк! Временно назначаю тебя старшим: проследи, чтобы этот кретин опять стрелять не начал. Двигаться строго по нашим следам. Бегом марш!

— Кто-нибудь видел стрелка?! — донеслось с поляны. — Откуда стреляли?

— Я видел! Генерал это был! И с ним еще кто-то!

Хомяк сурово дернул головой, и «бойцы» трусцой побежали в глубь леса по примятой траве. Штык снял с плеча автомат, дернул затвор и отошел за ближайшее дерево.

— Он что, в норме был? — спросил первый голос на поляне. — Или того?

— Так ты его сам спроси, — ответил второй недовольно. — Кажись, Злого подранил. Злой! Ты как?

— Товарищ генерал! — заорал первый. — Не стреляйте!

Судя по всему, военные сталкеры не были спасателями. В большей степени они походили на обыкновенных мародеров. Но откуда тогда они узнали, что стрелявший по ним человек в одежде неопределенного цвета имел звание генерала? Были уверены, что здесь в таком возрасте могут быть только генералы? То есть знали заранее об охоте и составе команды охотников?

Ломать голову над этими вопросами времени не осталось: на поляне наметилось какое-то движение.

— Товарищ генера-а-ал! — раздалось уже значительно ближе. Штык обернулся, оценил протоптанную тропку, убедился, что генералов уже не видно, и дал три короткие очереди в сторону поляны.

— Не стрелять! — заорал первый голос. — Эй, генерал, не стреляйте, свои!

Штык бросился бежать. В запасе у него было несколько минут, пока военные сталкеры подберутся ближе, обнаружат, что стрелка нет, и осторожно пойдут по следам. Но к тому времени Штык намеревался уже занять оборону на холме. Тогда можно будет и поговорить. Пока же разговор мог закончиться быстрее, чем хотелось бы.

Подбегая к подножию холма, Штык практически сразу оценил все преимущества этого места для обороны. Лес здесь был не такой плотный, как вокруг лагеря, редкие деревья позволяли контролировать ситуацию не менее, чем за сотню метров, подходы справа и слева к холму хорошо просматривались и простреливались. Обходить же холм по большой дуге невыгодно — в этом случае противник лишит себя возможности быстро перегруппировать силы для нападения. Хотя хотелось верить, что никакого нападения не будет вовсе.

Поднимаясь на верхушку холма, Штык ожидал увидеть что угодно, но только не драку. Тем не менее, оказавшись на самом верху, он обнаружил, что по большой проплешине между камней, вцепившись друг другу в одежду, катаются Буль и Хомяк. Два автомата аккуратно лежали на плоском валуне.

Тяжело вздохнув, Штык подошел к дерущимся, набросил ремень своего автомата на шею Буля, оказавшегося в этот момент сверху, и потянул на себя. Буль захрипел, отпустил Хомяка, вывернулся из петли и откатился в сторону.

— Встать! Смирно! — страшным голосом сказал Штык. — Сейчас я вам устрою военный трибунал.

Хомяк вскочил с земли первым и занял строевую стойку. Чуть позже рядом вытянулся Буль. Лица и одежда у обоих были испачканы землей и коричневыми прелыми листьями.

— У нас, значит, враг на подходе, а вы тут занимаетесь выяснением отношений?

— Он сказал, что он теперь командовать будет! — возмущенно сказал Буль, не отрывая взгляда от командира.

— Молчать! — взревел Штык. — Да я вас обоих на «губу»! На месяц! Никто, кроме меня, командовать тут не может! Ясно?!

— Так точно! — хором отозвались «бойцы».

Сверху, медленно кружа в невидимых потоках воздуха, медленно опускался желтый лист.

— Сейчас некогда с вами разбираться, — жестко сказал Штык. — У нас на подходе неизвестный противник. Что было в лагере — вы сами видели.

— Загон мой разрушили, сволочи, — обиженным голосом сказал Буль.

— Молчать, — оборвал его Штык. — Наша задача занять оборону и провести переговоры. Вы будет прикрывать меня с флангов. Говорить с противником буду я. Вопросы есть?

Вопросов не было. Булю Штык определил место на правом фланге. Хомяку — на левом. В задачу каждого из них входило присматривать по возможности и за тыльной частью холма. Единственная проблема возникла, когда Штык попробовал определить Хомяку место за выступающим куском камня прямо над здоровенной проплешиной коричневой земли, занявшей огромный кусок склона внизу.

— Генерал Штык, — обратился вдруг к нему Хомяк, — я не могу здесь лежать. Колется!

— Чего колется? — нахмурился Штык. — Земля колется?

— Нет, не земля. Но колется! Вы сами попробуйте.

Штык лег на землю, прислушался к своим ощущениям. Ничего особого он не чувствовал. Земля как земля. Позиция как позиция. Ничем не хуже других.

— Что ты сочиняешь? — с досадой спросил он, поднимаясь и отряхивая с одежды мелкий мусор. — Где что колется?

— Колется, — упрямо сказал Хомяк. — Даже когда стою, лицо иголками колет. А когда лежу — больно колется!

— Что за блажь, солдат? — грубо спросил Штык. — Нервы сдают? — Никак нет! Колется! — четко доложил Хомяк, преданно глядя Штыку в глаза.