Чтение онлайн

К концу трапезы из села вернулся лакей с наемным извозчиком и деревенским столяром. Они занялись экипажем, а учитель поднялся наверх, сказав, что сильно устал и хотел бы как следует выспаться в отпущенной для них хозяином трактира комнате. Лакею предстояло спать на лавке в столовой, извозчику — на сене в конюшне.

Молодой граф остался в столовой наедине с кружкой вина. Правда, он был не совсем один — на широкой скамье у печи похрапывал старый отец трактирщика. По окнам хлестал дождь, в печке потрескивали горящие дрова. С кухни доносилось бряканье тазов и кастрюль — там хозяйка жарила нюрнбергскую колбасу для лакея и извозчика.

Юный граф сидел и раздумывал о том, что неплохо было бы сгонять к жившему неподалеку знакомому дворянину и уговорить его на партию в ломбер, потому что было еще рано и спать ему не хотелось. Но на дворе продолжала бушевать непогода, и ехать ему было крайне не с руки. Пока он так сидел и раздумывал, упершись локтями в колени и положив голову на сжатые кулаки, снаружи вдруг донесся шум. Ему показалось, что он услышал призывные крики извозчика и лакея. Он поднял голову и прислушался, но тут с кухни вбежала бледная от испуга хозяйка, а за ней по пятам — хозяин. Оба хотели сказать что-то, но не успели: дверь трактира распахнулась, и чей-то грозный голос прогремел:

— Господа! Всем оставаться на местах, иначе будем стрелять!

В дверях возникла темная фигура атамана церковных грабителей. За ним стояли двое его товарищей с пистолетами в руках. Четвертый из вошедших, молодой бандит с длинными рыжими волосами, был без оружия.

Молодой граф, похолодев, схватился за недопитую кружку вина. «Если это и впрямь знаменитые на всю страну бандиты, — подумал он, — то я могу откупиться от них за тридцать чешских дукатов, что хранятся у меня в кошельке. Так хотя бы жизнь моя останется цела. Наплету им, что я бедный дворянин, да к тому же еще и студент из Ростока». И, чтобы набраться мужества, он приник к своей кружке, вина в которой ему хватило ровно на четыре глотка.

Меж тем атаман прошел в комнату и вежливо поклонился, слегка приподняв шляпу. Затем он потребовал подать вина, которого тут же и отведал, налив его в серебряный бокал, вынутый для него из мешка одним из его товарищей.

Хозяин стоял рядом и сотрясался всем телом, едва удерживая в руках кувшин с вином.

— Что вам от меня нужно? — робко спросил он. — Вы же знаете, что я не имею права принимать вас здесь. С меня жандармы за это шкуру спустят.

— Да ладно тебе вздор нести! Сходи-ка на кухню да погляди, не найдется ли для моих ребят поджаренного сала, хлеба и пива! — ответил атаман.

Он бросил свой плащ на спинку стула и остался в коротком кафтане из лилового бархата и черных брюках, заправленных в высокие сапоги с блестящими шпорами. Его товарищи заняли стол возле печки, и только один из них, рыжеволосый мальчик, устроился подле атамана. То была Рыжая Лиза, одетая в мужской костюм.

Тут главарь обратился к молодому дворянину:

— Я думаю, обстоятельства извинят мое непрошеное вторжение. Сегодня из Польши налетел ледяной ветер, и я бы не хотел морозить моих людей, которые и без того промокли до нитки под дождем.

— Один вопрос, если позволите, — сказал молодой граф. — Что сталось с моими слугами? Я слышал их крики. И снимите маску, господин, чтобы я мог видеть, с кем говорю!

Минуту-другую атаман молча смотрел на юношу, а затем произнес вполне дружелюбным тоном:

— Сохрани вас Господь знать меня в лицо! Что же до ваших слуг, то с ними все в порядке — мы их заперли в конюшне. Но если понадобится, мои люди и сами не откажутся услужить высокородному господину!

И он указал на двоих бандитов, сидевших за столиком у печки.

Молодого графа очень удивило, что атаман церковных грабителей старается и в речи, и в жестах держаться дворянского обхождения, И он решил, что хотя бы ради сохранности золота в его кошельке ему следует ответить этому опасному человеку такой же вежливостью. Он снял шляпу и предложил атаману пересесть к его столику с тем, чтобы выпить по стаканчику вина.

Разбойник опять помолчал, как бы что-то соображая, а затем сказал:

— Я не могу ответить отказом на благосклонность молодого господина, хоть и не привык к почестям. Коль вам угодно, я охотно выпью за ваше здоровье!

Когда они втроем уселись за стол, Рыжая Лиза, подняв свой стакан, осушила его за здоровье дьявола, как она привыкла делать, живя с Черным Ибицем.

— Не смей богохульствовать! — прервал ее атаман суровым тоном. — Не забывай о том, что ты находишься в приличном обществе!

— Мадемуазель носит мужской костюм и шпагу, —

удивился дворянин. — Что, в этой стране существует такой обычай?

— Нет, — засмеялся атаман. — Мужскую одежду она носит для того, чтобы удобнее было ездить верхом. Но шпагой она владеет не хуже мужчины, и если вынимает ее, то может pour sе battге bгаvеmеnt еt pour donnег des bons coups [13] .

— О, вы говорите по-французски! — оживился граф. — Я тоже бывал в Париже, видел Лувр и резиденцию короля с новыми увеселительными замками.

— Я там не бывал, — ответил атаман. — Я выучился французскому у своего товарища, у которого тот льется из уст, как вода из родника.

И он показал на Брабантца, уплетавшего сало в компании со Сверни Шеей за соседним столом.

— Вы останетесь здесь на ночь, господин? — спросил граф единственно для того, чтобы не прерывать беседы.

— Нет! — отозвался атаман. — Мы скоро уедем. У меня есть кое-какие дела в округе.

— Так выпьем еще по стаканчику за успех ваших предприятий! — предложил граф.

— Э нет! Выпьем за вас! Идущему на промысел рыбаку не полагается желать удачи, а то улова не будет!

— Как может не быть нам удачи, — вмешалась Рыжая Лиза, — когда при тебе твоя реликвия, которая помогает тебе в самых трудных делах?

— Замолчи! — сердито прикрикнул на нее атаман. — Опять болтаешь лишнее! Сколько раз я тебе говорил: за то, что выбалтывает рот, платит шея!

И, обернувшись к молодому дворянину, он продолжил: