Чтение онлайн

— Совсем-совсем мало, — огорчился Цибиков и добавил, как бы для себя, уточняя: Да и вопросы, которые вам придется решать по службе, наверное, неординарные?

— При плотной работе справлюсь за два дня, — пообещал Павлов, уже давно прикинувший в голове объем предстоящей ему по линии Главлита работы.

— А вам удалось добиться расположения Фишмана и получить приглашение в гости? — спросил Цибиков и признался: Для нас это очень важно.

— Я получил приглашение на ужин в среду, в начале седьмого вечера, — ответил Павлов.

— Прекрасно, — сказал Цибиков, — Мы уже кое-что с нашими новосибирскими коллегами подготовили. Теперь важно, чтобы на ужин пожаловал профессор Мерцалов, и вам бы удалось, познакомившись с ним, разговориться на тему о регрессивном гипнозе. Как это у него получается? И, по возможности, самому подвергнуться испытанию. Однако, учитывая то, что это может быть очень опасно для вашего здоровья, я попробую изменить план операции, а может даже ее и отменить.

Затем Цибиков разъяснил Олениной и Павлову, как обстоит дело с их размещением в Новосибирске. Оказалось, что очень плохо, так как в связи с предстоящим визитом в город руководителя партии и государства Леонида Ильича Брежнева почти все гостиничные номера класса люкс забронированы или уже заняты разными должностными лицами из союзных министерств и главков. Про ведомственную гостиницу и говорить нечего — под завязку. В некоторых номерах даже поставили раскладушки. Цибикову удалось выбить одноместный люкс в гостинице "Сибирь" — для Олениной, и двухместный номер в гостинице "Центральная" — для него и для Павлова.

— Вы, надеюсь, не храпите? — поинтересовался он у Павлова.

— Это, смотря, кто рядом, — ответил Павлов и рассказал подходящий анекдот:

"Командированный пришел в гостиницу, а там все места заняты, кроме одного, в двухместном номере. Его честно предупреждают, что оно свободно потому, что сосед необычайно громко храпит, и никто там не может уснуть. Он соглашается, поскольку выбора все равно нет. Утром командированный выходит свежий и отдохнувший. Его спрашивают:

— Как вам удалось выспаться при таком храпуне?

— Я зашел в номер — он храпит. Я подошел, поцеловал его в щечку и сказал "Спокойной ночи, противный" — он проснулся, и не только не храпел, но даже и глаз-то не сомкнул!"

Цибиков расхохотался и сказал, что есть еще более действенный способ борьбы с храпунами и приставил себе к виску воображаемый пистолет, — раз — и все. Оленина, не воспринимавшая пошлые мужские шутки, недовольно поморщилась и сказала:

— До встречи в городе на Оби, Дмитрий Васильевич, — сказала она, давая тем самым понять, что на данный момент тема их беседы, состоявшаяся при участии капитана госбезопасности тов. Цибикова, исчерпана.

Когда Павлов уже собирался открыть дверь купе и выйти, Цибиков спохватился:

— Кстати, чуть не забыл. Вас кто-нибудь на вокзале в Новосибирске встречает?

— Кто же меня встретит, если я свой билет только в поезде получил? — сказал Павлов, полагая, что своим вопросом на заданный ему вопрос дал исчерпывающий ответ.

— В таком случае я подойду к вам, когда вы выйдите из вагона под видом встречающего, и мы вместе поедем в гостиницу на служебном автомобиле, которая нас ожидает, — предупредил его Цибиков.

Когда Павлов удалился, Цибиков рассказал Олениной о том, каким конфузом закончилась для компетентных органов разработка тов. Ефремова, потерпевшего вследствие сеанса регрессивного гипноза (того самого гражданина, который попал в кардиологию). Тов. Ефремов являлся однокурсником Мерцалова, работал в секретном НИИ в должности старшего научного сотрудника, а на половину ставки старшего преподавателя читал курс лекций по механике студентам вечернего отделения Новосибирского государственного университета. Как не уговаривали его новосибирские чекисты написать заявление о привлечении Мерцалова и Фишмана к уголовной ответственности за вред, причиненный его здоровью, тот категорически отказался.

До прибытия поезда на станцию Новосибирск — Главный оставалось 3 часа.

II

"Никогда не разговаривайте с незнакомыми людьми", — предупреждал один известный герой одного не менее известного романа. Сколько раз уже за свою жизнь Павлов на практике убеждался в справедливости этого утверждения, будучи битым и оказывавшимся без копейки денег в кармане, и снова с каким-то маниакальным упорством наступал на одни и те же грабли.

Вот и не далее, как вчера, в вагоне-ресторане, до того, как он напился до бесчувствия, он разговорился с одним гражданином, который подсел к его столику, — с тем самым, который подарил ему книгу с автографом. Павлов даже не помнил, как этот Горюшкин выглядит, не говоря уже о том, каково было содержание их беседы. Единственное, о чем можно утверждать достоверно, так это то, что Павлов по причине неумеренного потребления алкоголя совершенно потерял над собой контроль, признавшись тов. Горюшкину в том, что является очень даже ответственным сотрудником Главлита и в доказательство предъявил свое служебное удостоверение. И скорее шутки ради, чем на полном серьезе, повел себя, как Хлестаков, не подозревая о том, что его случайный собеседник является зятем главного редактора печатного органа Новосибирского обкома КПСС.

А дальше, наверное, все выглядело следующим образом. Во время получасовой остановки поезда в Омске тов. Горюшкин, не заходя в помещение вокзала, прямо с перрона, из будки междугороднего телефона-автомата, позвонил своему родственнику и предупредил его о том, что из Москвы в Новосибирск едет цензор-ревизор, причем, инкогнито. Его тесть немедленно связался со вторым секретарем Новосибирского обкома КПСС, который, в свою очередь, по телефону правительственной связи позвонил в Москву и напрямую переговорил с тов. Афанасьевым относительно цели визита тов. Павлова, не раскрывая источника информации.

Нехорошо подумав про своего помощника Игоря Ивановича, Валентин Георгиевич осторожно намекнул новосибирскому партийному боссу скорее о туристическом, чем рабочем, характере поездки своего референта. Во время разговора он даже пару раз характерно покашлял, прозрачно намекая на лубянского "старшего брата", из чего его собеседник на другом конце провода сделал однозначный вывод: московского гостя надо встретить по самому высшему разряду.

Ровно в 12 часов по местному времени начальник областного Главлита собрал внеочередную планерку, на которой велел своим подчиненным подчистить все огрехи. Потом, в исполнение поручения второго секретаря обкома КПСС, он позвонил своему приятелю — директору научно-производственного объединения Министерства среднего машиностроения СССР — и попросил его на пять дней предоставить VIP- апартаменты для "одной важной залетной московской птицы".

Среди подчиненных начальника областного управления Главлита нашелся сотрудник, который знал Павлова лично, познакомившись с ним на каком-то рабочем семинаре в Москве. Или этот сотрудник находился в Москве на стажировке, а Павлов был его куратором? Впрочем, это не так уж и важно. Короче говоря, новосибирский коллега подошел к Павлову раньше, чем Цибиков, и, подхватив его дорожную сумку, не терпя возражений, повлек за собой к своему "жигуленку" первой модели, известному в народе под названием "копейка".