Чтение онлайн

Данила в ответ на вопрос Сергея Сергеевича о личности оборотня только развел руками, дескать, никто не знает, кто он таков. Оборотень или, по-научному, ликантроп был тощий, длинный, удивительно узкоплечий, с маленькой круглой головой на тонкой шее. Уши его были заострены, изо рта выпирали клыки. В боку у оборотня, куда попал заряд картечи, зияла ужасная рана; похоже, была разорвана селезенка и Бог знает, что еще. По-видимому, были повреждены и крупные артерии. По-хорошему его бы следовало добить, чтобы он не мучился, но как потом доказать, что это — не человекоубийство?

Сергей Сергеевич, как ученый-биофизик, был склонен считать, что явление оборотничества каким-то образом связано с клеточным психокинезом, который проявляется при высшей телепатической связи между человеком и животным. На молекулярном уровне человек имеет так много общего с животными, что при определенных условиях может входить в них и принимать их тело и облик. Идентификация настолько сильна, что любое повреждение, полученное животным в то время, как его контролирует человек-оборотень, приводит к обратному превращению.

Люди ждали от Сергея Сергеевича распоряжений, и ему ничего не оставалось делать, как попросить прислать сюда поскорее доктора, а если нет доктора, то местного батюшку или отца диакона и, обязательно, кого-нибудь из дворовых с лопатами, чтобы вырыть могилу и предать оборотня земле. Данила в ответ возразил, что, дескать, оборотней не хоронят, а сжигают, и тогда Сергей Сергеевич попросил заодно прихватить и топоры, чтобы нарубить дров для погребального костра. Подоспевшие к месту происшествия борзятники со своими собаками по приказу Петра Ивановича развернулись и отправились в имение.

С непривычки от верховой езды побаливала спина, и Сергей Сергеевич решил немного походить взад-вперед, чтобы размяться. Его лошадь держали под уздцы стременные, одного из которых, как он успел запомнить, когда они переговаривались с выжлятниками, звали Миколой, а второго Грицько. Стременные были сильно испуганы, и он постарался их успокоить, объявив им о том, что оборотень, это — не дьявол, а загадка природы, от которой вреда не больше, чем от бешеной собаки. Хлопцы ему поверили, перестали шептать молитвы и креститься, а занялись делом: стали стреножить лошадей.

Через несколько минут блуждания взад-вперед Сергей Сергеевич остановился и захотел вытереть с лица пот. Пошарив в карманах своего заячьего полушубка — очень легкого и удобного, Сергей Сергеевич нашел глиняную трубку и кисет с табаком. Носового платка не было. Затем он расстегнул полушубок и обыскал карманы суконной куртки, в одном из которых он обнаружил похожие на луковицу карманные серебряные часы и нажал на кнопку. Заиграла музыка, крышка открылась, и он рассмотрел циферблат с римскими цифрами. Часы показывали четверть одиннадцатого. Узнав текущее время, ему сразу же захотелось выяснить, кто он таков: князь, барон, граф? — а также свою новую фамилию, имя и отчество.

— Ваше сиятельство, дозвольте поразмовлять? — обратился подошедший к нему Данило, сняв перед этим свою меховую шапку.

— Что ты меня сиятельством все время зовешь? Обращайся по имени и отчеству? — поправил его Сергей Сергеевич, надеясь, хотя бы таким образом выяснить, как его звали в прежней жизни.

— Сергей Иванович, князь Сергей, гетман наш ридный, — чуть не расплакался от умиления Данило, а затем, путаясь в словах и определениях, сообщил ему о том, что его и других казаков, то есть выжлятников в данный момент больше всего волновало. По их мнению, убить оборотня так, чтобы он не беспокоил более добрых христиан, можно только серебряной пулей, за неимением которой вполне сойдет подходящая серебряная пуговица.

Доезжачий явно намекал на одну из серебряных пуговиц, на которые была застегнута куртка Сергея Сергеевича, а лучше всего — две пуговицы, чтобы уничтожить оборотня наверняка. Сергей Сергеевич не возражал и собственноручно срезал со своей куртки поясным ножом верхнюю и нижнюю пуговицы. Обрадованный Данила тут же побежал заряжать свое ружье.

Сергей Сергеевич, не торопясь, пошел следом за ним. Подойдя к выжлятникам, он прислушался, о чем они говорят. Старый казак с обвислыми седыми усами негромко рассказывал какую-то историю про оборотней:

— Вовкулак ходить у ліс до справжніх вовків, і там вони бігають, щоб зловить що-небудь і з§сти. Світом вовкулак йде додому і перед селом знову перекидається на чоловіка, а жінка його вже знає, нічого йому й не каже.

Увидев приближающегося барина, старик замолчал и начал снимать с себя шапку, но Сергей Сергеевич махнул ему рукой, дескать, чинопочитание неуместно, и тот продолжил свой рассказ. Из рассказа бывалого казака следовало, что оборотни бывают двух видов: врожденные и превращенные. Врожденные появляются на свет из утробы матери, которая тешилась с чертями, а превращенные — "зробленные" — происходят под воздействием чар ведьм и колдунов. Данило тем временем зарядил ружье и, показав его Сергею Сергеевичу, безмолвно спрашивал: не пора ли стрелять? Сергей Сергеевич жестом показал ему, чтобы он не торопился.

Со стороны лесополосы послышались звуки бубенчиков. Бубенчики звенели все ближе и ближе и, вот, показался обоз из трех запряженных в сани лошадей. На санях с верхом вместо кучера ехал старый камердинер, который от встретившихся ему на пути борзятников уже знал о случившемся и торопился, чтобы быть полезным своему барину. Появление обоза выжлятники встретили радостными возгласами, поскольку знали, что дядька Савелич, — как они называли камердинера, — имеет при себе запас горилки, которую им не терпелось употребить, чтобы снять накопившуюся усталость и напряжение.

Когда Сергей Сергеевич и выжлятники повернули свои головы в сторону приблизившегося к ним обоза, грянул выстрел, а вслед за этим раздался столь ужасный вопль, что у Сергея Сергеевича пробежал мороз по коже. Истошно завыли собаки, захрапели и стали бить копытами кони, а над полем закружились и закаркали вороны. Их оказалось великое множество — целая стая. Сергей Сергеевич, не обернувшись в сторону оборотня, снял меховую шапку, перекрестился и направился к своему камердинеру.

………………………………………………………………………………………………………