Чтение онлайн

— Это не аххумы! — крикнул в ответ Нгар. — Это рабское племя предателей! Пусть они погибнут все — все до одного! А первым — Даггар!

— Об этом позаботится Эдарк, повелитель! Скачи! Верные люди ждут нас у Западных ворот!..

По ночам Аххаг теперь часто покидал опочивальню и в сопровождении нуаннийца Анну прогуливался по дворцу. Он запрещал сопровождать себя и не отвечал на расспросы.

Даже Домелле он ничего не рассказывал, и говорил лишь, что близок к разгадке тайны.

Между тем старый лекарь Багу замечал, что государь болен. Он ничего не мог сказать о причинах болезни и о самой болезни.

Аххаг не подпускал лекаря к себе, и, когда у него бывало хорошее настроение, говорил, смеясь, что все болезни вскоре пройдут.

Кроме того Анну приводил во дворец нуаннийских дервишей, они ели и пили, по нескольку дней жили во дворце, и Аххаг запрещал их тревожить.

В одну из ночей Крисс и Ашуаг, заранее предупредив стражу, притаились в галерее неподалеку от царской опочивальни.

Вскоре им донесли, что царь вышел из покоев и отправился в одну из своих таинственных прогулок.

Крисс и Ашуаг, соблюдая меры предосторожности, отправились за повелителем.

Аххаг прошел несколькими коридорами и остановился у развилки.

Он с подозрением оглянулся по сторонам, потом взялся рукой за стену. И исчез.

Крисс и Ашуаг подбежали слишком поздно: стена была невредима.

Зажгли факелы. Крисс долго водил рукой по шероховатым камням, и наконец фокус удался: повинуясь тайному механизму, часть стены провалилась, открывая проход.

Светильник, который нес Аххаг, едва мерцал вдалеке. Ашуаг остался у входа, Крисс отправился следом за царем, крадясь, как дикая киаттская кошка.

Коридор был тесен и вел вниз. Сначала полого, потом появились ступеньки. Крисс следовал за мерцавшим впереди огоньком, опасаясь приближаться и выдать себя. Коридор расширился и постепенно превратился в длинный зал с высоким потолком. Света не стало и Крисс зажег собственный светильник. Из темных ниш вдоль стен на него презрительно глядели каменные изваяния — полулюди-полузвери в передниках-схенти — одеянии нуаннийских жрецов. Крисс медленно шел мимо таинственных изваяний, и они словно выглядывали на свет из своих убежищ, будто звери из нор, и, когда Крисс проходил дальше, снова отступали во тьму.

Потом снова был коридор, уводивший все ниже и ниже.

Но вот раздался скрежет. Видимо, Аххаг открывал какую-то дверь.

Крисс остановился, выжидая, потом снова двинулся вперед.

Перед ним была решетка из толстых проржавевших прутьев. Из тьмы доносился слабый постоянный шум, как если бы где-то в толще каменной кладки журчал ручей.

Крисс попытался сдвинуть решетку — железные петли отчаянно скрипнули. Тогда он капнул на петли масла из светильника — и поздравил себя с успехом: решетка повернулась бесшумно.

Снова путь вниз. Ступени. Впереди замерцал огонек и Крисс погасил светильник.

Поворот и крутая лестница вниз. Крисс выглянул: светильник Аххага стоял на круглой каменной площадке. Самого царя не было видно. Крисс вытянул шею, пытаясь разглядеть нижнее помещение — и в это время железная рука впилась в его плечо.

Крисс вскрикнул, обернулся: позади стоял Аххаг.

— А, киаттская собака! Что ты здесь вынюхиваешь?

Аххаг еще ни разу не позволял себе таких слов по отношению к Криссу, чьи знания и ум он высоко ценил. Крисс ответил:

— Я не собака, великий царь. Я всего лишь верный слуга, который беспокоится о своем господине.

— Разве господин твой болен? — по лицу Аххага блуждала странная ухмылка.

— К сожалению, да.

Аххаг помолчал. Он все еще держал Крисса за плечо, и, кажется, раздумывал, имеет ли смысл продолжать разговор.

— А если господин скажет слуге, что он здоров? — наконец спросил царь.

— Если бы господин видел себя со стороны, он не сказал бы так, — медленно проговорил Крисс.

Аххаг подумал, потом глубоко вздохнул. Он выпустил Крисса, спустился вниз на круглую площадку, где стоял светильник, и пригласил Крисса последовать его примеру.

Крисс спустился. Они оказались на небольшом каменном пятачке.

Стен не было. Из тьмы, окружавшей их, неслось глухое ворчание, и, прислушавшись, Крисс понял, что это шумит заключенная в каменные каналы вода.

— Где мы? — спросил Крисс.

— В гостях у великого жреца Исигды.

— Но ведь Исигда мертв!

— Нет. Он просто принял другое обличье. Ты многого не знаешь, Крисс.

— Так расскажи мне, великий государь! Я всегда стремился к новым знаниям!

— Да, это так, — кивнул Аххаг. — Потерпи. Сейчас ты кое-что увидишь.

Аххаг распахнул плащ, в который был закутан. В его руках появилось маленькое пушистое существо, поскуливавшее и таращившее на свет круглые глаза.

Аххаг дал рассмотреть Криссу, что это был детеныш нуаннийского ручного леопарда — небольшого хищника, которого в Ну-Ане использовали для охоты на диких коз.

Аххаг вытянул из ножен кинжал и, держа маленького леопарда в вытянутой руке, одним движением отсек ему голову. Голова полетела во тьму, закапала кровь.

Аххаг стал бормотать что-то, бессмысленно раскачиваясь, прикрывая глаза.

Крисс вздрогнул: из глубины донеслось ворчание и плеск воды.

Когда плеск усилился, Аххаг бросил вниз обезглавленное тело детеныша.

И сейчас же раздался леденящий душу рев. Там, внизу, из пучин всплыло нечто, и стало реветь и биться, пожирая жертву.

Стало светлее. Таинственный зеленоватый свет поднялся снизу и достиг площадки, сделав невидимым огонек светильника.

Сияние достигло невероятной силы, ослепив Крисса. Он закрыл глаза, а когда решился открыть их — снова было темно и шум внизу затихал.