Чтение онлайн

Выход из создавшегося положения мы видим в том, чтобы внутри самого суда ведомственной организации была бы противопоставлена другая организация — коллегия народных заседателей из 5-7 человек.

Народные представители должны получить право и обязанность самостоятельно решать вопрос о виновности подсудимого. Что же касается вопросов наказания, то они должны, по нашему мнению, решаться судьей и народными заседателями совместно, как и сейчас.

Такой суд нужен в обязательном порядке лишь по делам о преступлениях, за которые возможно назначение смертной казни, а также по делам о других тяжких преступлениях по просьбе обвиняемого.

Предлагаемое расширение прав народных, представителей неизбежно повысит требования к профессионалам. Поддерживая обвинение, уже нельзя рассчитывать, что «коллега поймет и простит». Защитнику не придется успокаивать себя тем, что «все равно осудят». А судье уже не нужно будет переписывать в приговор обвинительное заключение.

Обсуждаемое новшество имеет и другие достоинства: расширение самостоятельности народных представителей неизбежно сузит сферу действия «телефонного права» и других форм давления на суд. Исчезнет также почва для громких, но не всегда обоснованных упреков суду, что не тех осуждают и не тех оправдывают.

Источник

Суд народных представителей / В. Коган, В. Панкратов. О. Сокольский // Советская юстиция, 1988, № 10. С. 28-29.

ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. КАК ЕЁ ПРЕТВОРИТЬ В ЖИЗНЬ?

22 ноября 1991 г. Верховный Совет РСФСР принял Декларацию прав и свобод человека и гражданина. Значение этого документа трудно переоценить. Но еще труднее, видимо, будет претворить его в жизнь.

Понимая всю ответственность задачи, остановлюсь на одной частности. В ст. 34 Декларации записано, что «каждый обвиняемый в уголовном преступлении считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором компетентного, независимого и беспристрастного суда».

Юристами-практиками этот вывод толкуется однозначно: ст. ст. 6-10 УПК РСФСР подлежат отмене, ибо их реализация фактически означает признание человека виновным в досудебном порядке. Вывод о необходимости отмены указанных статей имеет большую прессу. За отмену ратуют известные юристы и политики, а также журналисты.

Их оппонентами в этом вопросе выступают нестройные ряды практических работников низового звена (участковые, следователи, начальники отделений милиции, помощники прокуроров районного уровня и т. п.).

Практические работники среднего звена предпочитают свою точку зрения на этот счет не обнародовать, что не мешает им применять на практике указанный порядок.

Мысль сторонников отмены ясна и понятна. Позиция их противников маловразумительна и пребывает на уровне ощущений.

Именно неразработанность этой точки зрения и вызывает необходимость остановиться на ней подробней.

Уж слишком очевидной является необходимость отмены, чтобы не удивиться стойкости законодателей, не обращающих внимания на столь явное попрание конституционных прав и свобод граждан. А изменить ситуацию будет, на мой взгляд, значительно легче, чем, к примеру, отменить ст. 6 Конституции СССР. Ибо вряд ли инициатива приведения законодательства к такому знаменателю встретит серьезный отпор среди депутатов различного уровня. Будучи внесенным на обсуждение, законопроект подобного рода, скорее всего, обречен быть принятым. И все же, все же…

Есть ряд вопросов, требующих в связи с обозначенной проблемой тщательного (как минимум) обсуждения. Итак, насколько мне известно, общественную значимость тезис о судебном порядке признания человека виновным получил в связи с практикой применения мер принуждения многочисленными несудебными органами.

Чем жестче были меры принуждения, тем большую необходимость в судебном разбирательстве ощущало общество. Но применение ст. ст. 6-10 УПК РСФСР не связано с назначением обвиняемому каких-либо мер наказания! Наоборот, прекращение дел по этим основаниям зачастую расценивается как оправдание, особенно среди несовершеннолетних. Иными словами, репрессивная мера в данном случае не применяется, каких-либо ограничений обвиняемый не несет, негативных последствий в виде наказания для него не наступает.

Но, человека признают виновным следователь и прокурор, которые подменяют в этом вопросе выборный суд. А это уже недопустимо.

Рассмотрим и этот вопрос. В значительной степени он, правда, уже решен как практикой, так и наукой.

Действительно, виновным человека может признать только суд. Поэтому справедливым является утверждение, что все без исключения следственные изоляторы нашей Родины забиты невиновными, которые арестованы следователями с санкции прокурора и помещены туда до суда.

Справедливым будет и утверждение, что прокурор сознательно дает санкцию на арест невиновного человека, поскольку тот задержан на месте преступления и суд при самом благоприятном раскладе состоится нескоро. Ибо тот факт, что судить злоумышленника будут не на следующий день после задержания, а значительное время спустя, очевиден не только для журналиста, но и для прокурора.

Но недрогнувшей рукой дается санкция, и невиновный человек отправляется в Бутырку или в Кресты, смотря где происходит дело.

Парадокс тут кажущийся, так как все следственные арестованные действительно невиновны, Но невиновны для общества. А прокурор, также как и следователь, убеждены в их виновности. Общественное бытие выделило некоторых чиновников, которым дано право принимать решение о виновности человека до суда. Иной порядок делает ненужными все следственные изоляторы, все нормы права о мерах пресечения и т.д.

Да на это, насколько мне известно, пока никто не покушается, поскольку заявления подобного рода являются посягательством на здравый смысл. Поэтому человек считается невиновным для общества до тех пор, пока чиновники, наделенные законным правом выносить иное суждение на этот счет, докажут в суде свою (обратную) точку зрения.

На данной стадии анализа дня нас важно то, обстоятельство, что следователь и прокурор наделены правом признавать человека виновным хотя бы для того, чтобы предъявить ему обвинение и поместить в следственный изолятор.

Но если практически никем не оспаривается право прокурора признать человека виновным, чтобы определить его под стражу, то почему встречает возражение право прокурора признать его виновным и не определять под стражу, а наоборот, избавить от такого рода негативных последствий?