Чтение онлайн

– Да отчего ж «невесть»? – возразил Светлан. – Мы с Артуром своими ушами слышали пророка. Вы вольны не верить мне, но усомниться в словах короля!..

– Упаси Бог, – поспешно согласился маркиз. – Но можно ли доверять источнику?

– Ведь мы богатыри, – напомнил Светлан. – И чувствуем фальшь – не только в людях. Вдобавок, я и сам немножко прорицаю, а интуиция меня подводит редко.

– В самом деле, – задумчиво подтвердил де Гронде, – мне сообщали о ваших дарованиях.

– К тому ж, я не из тех, кто станет рисковать головой ради химер. А если берусь за дело, то лишь уверившись, что оно правое. И уж тогда меня трудно свернуть.

Покивав, посол неожиданно спросил:

– А вы хорошо представляете, что творится во владениях де Бифа?

– Ещё нет, – признался Светлан. – Но за сутки разворошу тут всё, будьте покойны.

– Хочу предостеречь, – сказал маркиз. – Кто докапывается до здешних тайн, долго не живёт. Чаще всего он даже не успевает ими поделиться.

– Может, среди этих копателей не было богатырей?

– Возможно, и не было, – улыбнулся хозяин. – Но несколько славных имён я могу назвать.

– А что ж вы сами? – спросил Светлан. – Неужто не пытались проникнуть?

– Видите ли, милостивый сударь, – произнёс де Гронде. – Я слишком крупная фигура на здешнем поле, чтобы подставляться, и слишком хорошо знаю границы, за которые не следует заступать.

– Похоже, шахматами балуетесь?

Слегка подняв брови, маркиз наклонил голову, показывая, что изумлён такой эрудированностью гостя, и ответил:

– Шахматами нет – слишком просто. Вот го – иное дело, игра мудрецов. Ей больше трёх тысяч лет, знаете? Правда, там нет фигур, – вновь улыбнулся он, – что, согласитесь, несколько снижает интерес. Восток, знаете ли, общая унификация. Наверное, там и богатырей нет.

– Выходит, то немногое, что отыскивают ваши агенты, минуя вас, отправляется в Нордию и лишь затем, получив достаточное распространение, возвращается к вам, – резюмировал Светлан. – Иначе бы вы не протянули долго.

– Увы, дорогой граф, так и есть, – вздохнул де Гронде. – И даже там, в нашей столице, за сотни лье отсюда, приходится отступать от обычных правил, предельно расширяя круг осведомлённых, чтобы не лишиться их вовсе. У хранителей междуреченских секретов, кто бы они ни были, руки столь длинные, что и самого Луи стараются в это не посвящать, а в ведомстве, кое разведывает Междуречье, мало кто задерживается дольше года. И убывают, как вы понимаете, не в отставку – на кладбище… если от них находят достаточно, чтобы похоронить.

– Хотите напугать меня? – поинтересовался Светлан. – Или, наоборот, заинтриговать? К чему-то ж вы завели этот разговор!..

– Напугать – вас? После всего, что я слышал про ваши подвиги. – Маркиз покачал головой. – Скорее, пытаюсь предостеречь.

– Вас настолько заботит моя судьба?

– Скажу откровенно: вы мне симпатичны. Более того, я восторгаюсь вашей силой и доблестью. Но, увы, слугам короля приходится забывать о личных пристрастиях.

– За что и не люблю службу, – усмехнулся Светлан.

– А разве вы не служите своей королеве?

– Вот ещё!.. Я с ней дружу. («Помимо прочего», – следовало бы добавить.) Как и Артур, к слову сказать. И эти узы много прочней, чем меж хозяином и слугой.

– Но друзья тоже могут ударить в спину…

– Да какие ж это друзья? – удивился богатырь. – Друг может лишь заслонить – собой. Впрочем, это уже выходит за рамки «деловой беседы».

– В самом деле, мы отвлеклись, – согласился нордиец. – Так вот, речь ныне не столько о вашем благополучии, сколько о сохранности тех, кто вам противостоит. Тут важно не наломать дров, а у вас, я знаю, тяжёлая рука. К счастью, вы – человек здравый…

– Во-первых, не человек – богатырь. Да и рассудочность каждый понимает по-своему. Собственно, вы к чему клоните?

Маркиз помолчал, видимо прикидывая, не заступает ли он сейчас за границы, про которые поминал. Затем всё же продолжил:

– Подумайте: в чём сила де Бифов? Сотни лет они властвуют в Междуречье, не выказывая особых талантов как правители ил воители. Но превосходят могуществом здешних королей, и с каждым поколением их влияние растёт. Графское войско даже в Нордии вызывает опаску, а уж со своими подданными де Бифы справляются с лёгкостью. И стоит где-то возникнуть смуте, как туда устремляются Ночные Вороны, наводя ужас и сея смерть.

– На чёрных конях, надо думать? – усмехнулся Светлан. – Надо ж, и здесь свои «воронки»!

– А кто ещё, кроме здешних воинов, смог бы на равных воевать с великанами? Ведь именно Междуречье заслоняет и вашу страну, и Нордию от угрозы с гор. Правда, эти дикарские нравы! – посетовал маркиз. – Пить кровь врагов из их же черепов, а у самых заклятых пожирать сердца – сырыми…

– Да, когда сырыми – это особенно дико, – согласился Светлан. – Пренебрегать таким завоеванием цивилизации, как обработка пищи на огне!..

– Понимаю вашу иронию, – кивнул де Гронде. – Но если сии обычаи помогают взращивать героев…

– Или убийц?

– Ведь вы не станете отрицать, что междуреченские бойцы – лучшие в королевстве… если не во всех восьми? Они могучи и выносливы, упорны и неустрашимы, не щадят ни врагов, ни своих жизней…

– Ни женщин, ни детей, – продолжил Светлан. – Если хочется кого-то убить, лучше начинать с себя – по-моему.

– Но если вторжения Пропащих не миновать, противостоять ему должны именно такие машины смерти – не находите? И лучше б их было побольше.

– У нас это называется «менять шило на мыло», – сообщил богатырь. – Не пришлось бы после искать управу на своих защитников. Превратить-то людей в зверьё довольно просто… А обратно как?

– Будем уповать на Бога, – пожал плечами маркиз. – Кстати, вера у междуреченских рыцарей крепка на диво. И они не заражены вольномыслием, столь популярным в других местах.

– Чтоб вольно мыслить, нужно, как минимум, иметь мозги, – заметил Светлан. – А откуда они у здешних дуболомов? Что до Бога, то он, насколько знаю, зовёт к милосердию. Но тогда чей призыв слышат междуреченские вояки?