Чтение онлайн

Благодаря этому письму она действительно была готова лишиться чувств. Да и кому нужен воздух? Кому нужно дышать, если сердце разорвано надвое?!

И где нюхательные соли, когда девушка больше всего в них нуждается?

Письмо начиналось, как все остальные:

Для Аннабел все было ясно, как день: леди Лидия влюбилась в Найтли, а учитывая, что она — сестра маркиза, а он — сын актрисы… конечно, они не могут быть вместе.

Но как она может дать совет леди Лидии, не разрушив собственных идеалов и не погубив собственные цели?

Аннабел верила в истинную любовь, как папа верит в Пресвятую Троицу, или физики — в закон земного притяжения. Она не могла со спокойной совестью посоветовать леди Лидии забыть об истинной любви. Но поощрять ее — означало отказаться от собственной цели. Неужели она это сделает?

Героиня романа боролась бы за любовь.

Аннабел спрятала письмо в роман «Белинда» и поставила книгу на самую верхнюю полку.

Героиня также никогда не оказалась бы настолько малодушной, чтобы упасть в обморок, во всяком случае, нарочно. И все же…

Аннабел встала спиной к постели, чтобы приземлиться на матрас. Покачнулась. Нужно покачнуться так, чтобы у Найтли оставался момент осознать, что она вот-вот лишится чувств, и успеть ее поймать.

Для пущего эффекта она театрально прижала ко лбу тыльную сторону ладони.

И позволила себе рухнуть на постель.

Никаких усилий держать спину прямо и гордо. Никаких сведенных мышц, в ожидании поцелуя или страстного взгляда, так и не брошенного в ее сторону. Она расслабила ноги и позволила себе не быть стойкой и сильной в мире, где все было против нее.

Она оказалась на матрасе и ничуть не ушиблась.

Снова встала, но на этот раз закрыла глаза. Отпустила все одолевшие ее проблемы. Проблемы читателей, леди Лидии и свои собственные.

При второй попытке она позволила себе раскинуть руки. Волосы вырвались на волю, и это было так приятно. Она подумала об Оуэнсе. Как он был прав, когда столь интимным жестом вынул несколько шпилек! Новая прическа совершенно ее изменила.

Аннабел снова и снова тренировалась падать в обморок. Снова и снова отдавалась удовольствию чувствовать себя свободной.

Редакция «Лондон уикли»

Это совещание происходило, как десятки других до него. Сердце Аннабел бешено колотилось, ресницы трепетали. И она, как всегда, восхищалась Найтли. Даже слухи о его ухаживании за леди Лидией, хоть и тревожили ее, все же не уменьшили страсти к Найтли.

Мало того, Аннабел впервые в жизни ощутила вкус к соперничеству. Старая Аннабел всегда ставила нужды окружающих выше своих. Новая боролась за свои верования, любовь и желания.

О да, желания.

Совещание продолжалось, а она не слышала ни слова.

Когда Найтли не прислонялся к стене с видом беззаботного повесы, готового к обольщению очередной жертвы, он стоял прямо, отведя назад широкие плечи. Как человек, обычно замыкавшийся в себе и искавший убежища от всего мира, Аннабел восхищалась тем, как ему все всегда удается…

Кроме того, Найтли всегда был сдержан и контролировал каждый свой жест. Никогда не пристукивал ногой, не барабанил пальцами по столу. Не ерошил волосы, не ерзал. Каждое движение было скупым и целенаправленным.

Можно только представить их в постели… каково будет знать, что его глаза, его сильные руки ласкают Лидию? Лежащую в постели. С Найтли. Вряд ли она это переживет.

— Аннабел, вам жарко? — спросил Найтли, прервав совещание.

Аннабел вздохнула, настолько униженная, что не было смысла притворяться. Поскольку предательский румянец снова залил щеки.

— Возможно, вам лучше снять шаль, — предложил Оуэнс с лукавой улыбкой и многозначительным кивком. Найтли мгновенно помрачнел.

— Мне что-то не по себе, — пробормотала Аннабел, чтобы предвосхитить ближайшие события. Но это чистая правда. Ей становилось дурно от собственных мыслей. Может, даже не придется изображать обморок. Стоит только представить Найтли. В постели. С ней.

Одежда на полу. Вся.

Аннабел живо припомнила, как тверда его грудь. Можно лишь представить ее ничем не прикрытой. Представить его горячее гладкое тело, прижимающееся к ее собственному. Представить, как пробившаяся щетина чуть царапает ее щеку, когда они целуются, и…

Она представила. Во всех подробностях. После чего ее лицо запылало огненным румянцем.

Да и другие части ее тела тоже были неестественно горячими. Все начиналось изнутри и распространялось по всему организму. Аннабел не знала, что это такое. Только сделала бы все на свете, лишь бы утолить это странное желание.

И для начала сегодня же днем она потеряет сознание в объятиях Найтли.

Тот с тревогой уставился на нее.

— Оуэнс, откройте окно, — приказал он. Оуэнс поспешил к окну, и прохладный воздух наконец овеял разгоряченную кожу Аннабел. Она едва не вздохнула от удовольствия.

— С тобой все в порядке? Может, отложим задуманное? — прошептала Джулиана.

— Все хорошо. Просто мне жарко, — коротко ответила Аннабел. Ее состояние не имело ничего общего с температурой в комнате, зато имело прямое отношение к мучительным мыслям. Она. Найтли. Переплетенные ноги и руки. Ее губы на его груди.

— Интересно, почему… — пробормотала Джулиана.

— Не стоит интересоваться, Джулиана, — прошипела Аннабел. Никто не должен знать о ее бесстыдных, похотливых фантазиях, нужно думать о серьезных вещах!