Сильнее боли
Шрифт:
–Но я ведь его голоса не знаю, – пожал плечами Тарас. – Лучше тебе позвонить.
–Нет.
–Да тебе ж не обязательно с ним разговаривать, услышишь голос – и все.
–Я сказала, нет.
Тараса настигла догадка:
–Ты боишься… что никто не ответит?
–Ничего я не боюсь! – фыркнула Галя.
–Тогда звони. Галя, ну это смешно – капризничать. Мы должны убедиться точно. Неужели ты не понимаешь? Не в игрушки же с нами играют! И не только с нами, но и с Костей…
–Дай сюда, – сердито процедила Галя и, глядя по-прежнему на дорогу, раскрыла над плечом ладонь. – Провокатор…
–Подожди, я наберу, – запикал клавишами Тарас. Приложил трубку к уху, услышал гудки и вложил телефон в Галину ладонь.
Девушка взяла трубку. Секунд двадцать молча слушала. Потом так же молча прервала вызов и снова кинула телефон назад.
Тарас терпеливо ждал. Но Галя продолжала молчать. Тогда он рискнул. Как можно равнодушней произнес:
–Вот видишь.
–Да что ты заладил: «Видишь, видишь!» – вспыхнула Галя. – Да, ответил Роман. И что?
–То, что твой муж – не убийца.
–Это говорит всего лишь о том, что он жив. Машина эта – все равно его. Значит, он привез убийцу.
–А может… – Тарас даже зажмурился, новая догадка его буквально ослепила. – Может, он просто продал машину Валерке? И не такие совпадения случаются. Город-то маленький. А Валерка машину точно с рук покупал.
–Значит, звони своему Валерке, – сказала Галя, и в ее голосе Тарас почувствовал нотки облегчения, а в своем сердце – легкий укол ревности.
Чтобы скорее отвлечься от ненужных мыслей, Тарас быстро схватил мобильник. Нажал кнопку с зеленым телефончиком и задумался. Номер Валеркиного сотового он наизусть не помнил. Зато пятизначный городской знал хорошо. Набрал его и долго слушал длинные гудки.
–Ну что? – не выдержала Галя.
–Дома его нет, – лаконично ответил Тарас.
–Но это ведь еще ни о чем не говорит?
Тарас посмотрел на часы. Удивительно, но они показывали лишь половину десятого. Ему-то казалось, что уже как минимум полночь.
–Пока не говорит, – согласился Тарас. – Позвоню позже. А дома у меня его мобильный записан. Тогда уж совсем точно убедимся.
–Совсем точно будет, когда увидишь его здоровым и невредимым. Или наоборот, больше не увидишь никогда.
Во второе Тарасу верилось больше.
Пока Галя бегала за вещами и документами, Тарас с Костиком оставались в машине. Костя спал, по-взрослому хмуря светлые брови, а Тарас пересел на водительское сиденье, чтобы проверить содержимое бардачка. Ведь там могли оказаться какие-нибудь документы. Но их не было. Валялись лишь четыре свечи, пара гаечных ключей, отвертка и тряпка.
Взгляд Тараса невольно упал на коллаж в красном круге. Раскрашенный под тигра мужчина выглядел нелепо, но, если быть откровенным, – куда симпатичней Тараса. Впрочем, внешняя мужская привлекательность еще ни о чем не говорит. Конечно, то же самое можно сказать и о женщинах, но там все же совсем другое. Что именно другое, Тарас не мог сразу объяснить, да этого от него никто сейчас и не требовал. Испытав очередной укол ревности, он осторожно, чтобы не разбудить Костика, закрыл бардачок и вновь пересел назад. Почувствовал под собой нечто твердое, привстал и шепотом чертыхнулся – на сиденье лежал Галин мобильник. Тарас хотел отложить его в сторону, но подумал вдруг, что неплохо бы предупредить маму. Конечно, звонить с чужого сотового без спросу не очень удобно, но Тарас решил, что Галя вряд ли обидится.
Он взял телефон и вышел из машины. Сильно захотелось курить. Вообще-то он курил мало, испытывая настоящую потребность в никотине очень редко. Но сейчас был именно такой случай. Собственно, курить хотелось с самого пожара, но сначала оказалось не до того, а потом он не стал этого делать из-за Гали и Костика. Теперь же как раз получилось бы совместить приятное с полезным.
Тарас закурил и набрал свой домашний номер. Раздалось мамино встревоженное:
–Да! Слушаю вас…
–Мам, это я, – поспешно сказал Тарас. Больше он ничего добавить не успел, мама запричитала:
–Расик! Ты точно решил свести меня в могилу! Что с тобой происходит? Где ты шляешься? Я обзвонила уже…
–Знаю, – решительно прервал Тарас знакомое уже перечисление. – Друзей, больницу, морг…
–В морг я не звонила.
–Ах, да, – невольно улыбнулся Тарас. – Тебя же там больше не обслуживают.
–Прекрати издеваться… – дрогнувшим голосом ответила мама. В трубке послышались всхлипывания.
–Ну, ну… – Тарас мысленно выругал себя за длинный язык и поспешил исправить содеянное: – Прости, мама, прости! Я сейчас приеду и все тебе расскажу. Тут ситуация такая… необычная. Очень нужна твоя помощь. Кроме тебя мне обратиться не к кому.
–Ага! – из маминого голоса вмиг исчезли слезы и зазвучало удовлетворение. – Вот такие мы взрослые, что без мамы все равно никуда. Что ты на сей раз натворил? Все-таки дал сесть себе на шею этой многодетной матери?
–Мама! Я сейчас повешу трубку и больше никогда не обращусь к тебе за помощью.
–Значит, я угадала… – горестно вздохнула мама. – И ничего ты не повесишь. Куда ты теперь без меня? Ладно, Расик, я ведь твоя мама, не надо на меня обижаться. Кто, как не я, тебе всю правду скажет?
–Мне не надо правду, мама, – скрипнул зубами Тарас. – Мне нужна твоя помощь. И, пожалуйста, не надо долгих речей – я с чужого мобильного звоню.
–Давай, говори, – стала серьезной мама. Но все же не удержалась от язвительности: – Что, хочется погулять-покуролесить, а дети под ногами путаются? Тогда ты ошибся номером.
Тарас даже вздрогнул. Мамина проницательность показалась ему сродни чуду. Впрочем, на чудеса за эти дни он уже насмотрелся, а потому, скрипнув в очередной раз зубами, произнес: