Чтение онлайн

— У нас есть какие-то данные по русской группировке в Афганистане?

— Есть некоторые, сэр. Несколько месяцев назад русские начали создавать примерно то же, что у нас называется USSOCOM, командование специальных операций. Роль морской пехоты у них выполняют силы ВДВ — воздушно-десантные войска, парашютисты. Судя по последним действиям советской армии — она кардинально меняет тактику. Вместо непосредственного контроля территории — он переходит к дистанционному контролю и рейдам особо подготовленных частей, направленным на уничтожение сил борцов за свободу. Примерно наша тактика второго периода Вьетнама, сэр. Кроме того — русские стали придавать намного большее значение своим ВВС, они испытывают новые самолеты и вертолеты, в том числе особо устойчивые к попаданиям зенитных ракет малого радиуса действия. И у них теперь есть тяжелые штурмовики типа нашего АС-130, которые производят особо тяжелое разрушительное воздействие на силы сопротивления. Они действуют по ночам и практически прервали караванное сообщение между Афганистаном и Пакистаном. Мы знаем о том, что в Афганистане остается немало тех, кто готов бороться за свободу — но мы не можем поставить им оружие. Во-первых, его разграбят в самом Афганистане. Во-вторых — если оно и дойдет до границы, его уничтожат русские боевые вертолеты или ночные штурмовики.

— Весьма мрачно…

— Да, сэр, весьма. Но русские быстро учатся, они меньше чувствительны к потерям как материальным, так и людским, им наплевать на общественное мнение. Кроме того — они обработаны коммунистической пропагандой с самого детства, а потому изначально жестоки, фанатичны и безжалостны. Это как вьетнамцы — только с огромной дубиной.

— Бывали там? — заинтересовался Чейни.

— Несколько раз, сэр. Еще до того, как все там случилось.

Несмотря на некоторую неопределенность — все поняли, о чем речь. Побывал там до того, как загнанный в угол русский медведь рванул напролом, круша все на своем пути.

— И что скажете о местных? Впечатления. Только не думайте, говорите как есть, черт побери…

— Они… они настоящие, сэр. Очень примитивные, как будто из девятнадцатого или даже восемнадцатого века. Некоторые их обычаи и традиции цивилизованного человека могут шокировать [92] . Но при этом — вы не встретите лучших друзей, чем эти люди. Если вы незнакомый путник — вам будут рады в каждом доме. Если за вами погоня — они будут защищать вас, даже если не знакомы с вами. Они выходили против советских солдат с винтовками восемнадцатого века и гибли десятками — но продолжали идти. И в то же время, сэр, там есть мерзавцы, каких сложно даже себе представить, такие, какие заслуживают только смерти. Наркоторговцы, убийцы, откровенные подонки и педофилы. Я говорю про Пешаварскую семерку. Мы помогали им — но видит Бог, это были самые мерзкие из союзников, каких только можно было вообразить.

— Джон, вы что скажете? — обратился министр к Негропонте.

Тот пожал плечами.

— Я не знаком, с этим регионом, сэр. Хотя все сильно походит на ситуацию, какую мы просчитывали для Латинской Америки. Падение военного правительства в жизненно важной для нас страны в результате мятежа толпы и коммунистического воздействия. Очень схоже.

— И какие варианты решения проблемы?

— Дивизия морской пехоты.

— Это нереально — сказал Чейни — президент приказал разобраться. Но он не имел в виду — устроить второй Вьетнам.

— Я это и не предлагаю, сэр. Как вариант — спецподразделения морской пехоты.

— Спецподразделения… Пик, ваше слово?

— Ничего хитрого — ответил специалист по подрывным операциям, отправленный работать в АНБ — примерно то же самое, что у нас было во Вьетнаме.

— С какой территории? — спросил Вебер.

— С Китая. У нас там уже есть центры прослушивания, ориентированные на СССР. Китайцы ненавидят русских так, как вы себе и не представляете. Хотя они такие же долбанные коммунисты и даже отвратительнее русских.

— Как вариант. Майор Вебер, ваши предложения?

— Они не новы, сэр. Создать группы, которые будут действовать на территории Пакистана из… безопасных районов. Одновременно — налаживать контакты… точнее — восстанавливать контакты с теми, кто там остался. У нас там осталось немало… если и не друзей, то людей, которые помнят, что такое американские деньги и американская помощь. А вся прелесть ситуации в том, сэр, что хуже уже не будет. Для нас. Русские — выиграли, но теперь все что они могут делать — это удерживать статус-кво. А наши действия — будут ухудшать для них ситуацию. Небольшие, мобильные группы. Не ведущие бои против Советской армии — а просто совершающие террористические акты и заставляющие поддерживать повышенный режим безопасности. В том числе — и на территории СССР.

— СССР?

— Да, сэр. Несколько групп — нами уже забрасывались на советскую территорию.

— И как результаты?

— Скромные. Но мы и не ориентировали их на что-то масштабное. Самым большим грузом была литература.

— Какого рода литература?

— Коран на русском и местных языках. Наша [93] …

Чейни согласно кивнул.

— А что если русские захотят закончить работу? — спросил Негропонте — или поручат грязную работу индусам.

— В таком случае, сэр… — улыбнулся Вебер — и придется иметь дело с нищей, агрессивно настроенной страной, в которой проживает половина от их населения страны. Они должны будут кормить этих людей, как-то обустраивать их жизнь, их существование. А они будут ненавидеть русских и убивать их. Если русские оккупируют Пакистан — через десять лет СССР не будет.

— Это давно предсказывают — проворчал Чейни — но сукины сыны живее всех живых. На это потребуется время, чтобы укомплектовать и подготовить группы — нужно время, а у нас его нет. Нужно что-то такое, чтобы можно было реализовать сейчас. Что-то, чего эти коммунистические ублюдки не ждут.

— Нет ничего проще, сэр — сказал Вебер — русские.

— Русские?

— Да, сэр, русские. В свое время — немало русских перешли на сторону моджахедов. Есть у нас и пленные русские. Можно попробовать создать группы из русских. Разведывательно-подрывные. Пусть русские разбираются с этим.

— Вы готовы этим заняться?

— Да, сэр. Но есть лучший вариант.

— Какой?

— Есть план по созданию особо подготовленного отряда, который будет разговаривать на русском языке, и ничем не будет отличаться от солдат Советской армии — спецназа, воздушного десанта. Это позволит нам тайно проникать в СССР и вести там свою деятельность. Русские очень бдительны, сэр — но там нет терроризма и своим они доверяют.

Русские. Русские…

Чейни в мгновение оценил идею. Неплохо, неплохо — можно будет утереть нос ЦРУ, которое то и дело требует увеличения бюджета.

— Подайте отдельной запиской.

— Есть, сэр.

— И готовьтесь к тому, что вам придется возглавить некое подразделение, занимающееся этой проблематикой.

— Да, сэр.

— Теперь относительно остального. Джон, тебя не обидит, если я попрошу тебя взять это дело на особый контроль в Совете Национальной безопасности и в аппарате Белого Дома. Ты прекрасно знаешь, что как только кто-то начинает заниматься делом, сразу появляются желающие вставить палки в колеса…