Чтение онлайн

Алену это нисколько не беспокоило, поскольку она давным-давно рассталась с желанием всем нравиться. Конечно, она радовалась доброму отношению и привязанности, но сама их не искала.

Подняв руки, она ухватилась за перекладину лестницы и выбралась из Адриатического моря на платформу, чувствуя, как по гидрокостюму стекают потоки воды. Около полудюжины лаборантов и помощников фиксировали данные, поступающие из пещеры. Врач экспедиции, симпатичный австриец, наблюдал за тем, как Алена сняла и повесила на руку очки, потом стянула перчатки, засунула их за ремень костюма, и только после этого откинула назад капюшон и тряхнула серебристыми волосами, доходящими до плеч.

Она краем глаза видела, что врач наблюдает за ней, и улыбнулась. По ее представлениям, ему было лет сорок пять, эдакий красавчик в прекрасной физической форме. Дочери Алены в феврале исполнилось сорок семь, она же сама неделю назад отпраздновала свое семидесятилетие. Но австриец смотрел на нее таким откровенно оценивающим взглядом, что наверняка бы смутился, узнав, сколько ей лет.

Алена запустила руки в волосы, еще раз тряхнула головой и принялась снимать ласты. Подцепив их пальцами, она направилась к металлическому переходу, который вел к вершине холма. Проходя мимо доктора, Алена улыбнулась и подмигнула ему, и он радостно ухмыльнулся, понимая, что его поймали.

— Свежий воздух и красное вино — вот вам секрет вечной молодости, — сказала она.

— Придется мне пить больше вина, — ответил он с сильным акцентом.

В ее глазах плясали озорные искорки, которые можно было истолковать как приглашение. В последнее время мужчины стали охотно заниматься сексом с женщинами старше себя — спасибо тебе, Хелен Миррен, — но любовники Алены нередко приходили в изумление, узнав, сколько ей лет. Даже она сама немного удивлялась этому. «Боже праведный, семьдесят!»

Алена хотела еще немного пофлиртовать с ним, может, даже предложить чуть позже выпить вина, но в последнее время она слишком много переезжала с места на место и знала, что ей не хватит терпения на праздные развлечения и эта командировка будет очень короткой. Несмотря на свое высокомерие, команда Евросоюза безупречно справлялась с каталогизацией новых видов, обнаруженных в пещере. Алену же интересовали проблемы замкнутой экосистемы внутри Доники, которые не имели отношения к жукам и червям.

Поднимаясь по металлическим ступеням, составляющим последние двенадцать шагов до вершины, Алена не стала оглядываться назад, чтобы проверить, продолжает ли австриец наблюдать за ней. Она знала, что, если окажется, что он изучает ее бедра, у нее возникнет соблазн вернуться. Выпить сегодня бутылочку вина за ужином было бы совсем неплохо.

И тут она увидела, что со стороны временного лагеря к ней быстрым шагом направляется Мартин Джанглинг. Лагерь построили из составленных в ряд трейлеров, в которых разместились лаборатории и жилые помещения для команды Евросоюза и их хорватских коллег.

— Вот и вы, доктор Будро. Я начал опасаться, что вы не вернетесь, — сказал Джанглинг с фальшивой улыбкой.

Высокий и невероятно худой бельгиец с запавшими щеками и скучными глазами вполне мог бы играть роль Потрошителя.

— Вы опасались или надеялись? — спросила Алена, приподняв одну бровь.

— Вы раните меня в самое сердце, — ответил Джанглинг.

Он идеально освоил законы дипломатии, особенно тот, который гласил: «Я всего лишь соблюдаю вежливость, и мне плевать, понимаете ли вы это».

Алена улыбнулась.

— Рада сообщить вам, что завтра я планирую вернуться в Штаты. Если вы информируете меня о новых находках, мое начальство и я будем вам признательны. Впрочем, думаю, у меня достаточно данных, чтобы составить отчет.

Лицо Джанглинга судорожно дернулось.

— Нам будет очень жаль расстаться с вами.

Вместе они направились в сторону главной лаборатории лагеря.

— Потрясающая пещера, — сказал он.

— Да. За прошедшие годы меня приглашали для оценки или исследования дюжин находок, объявленных предположительно «затерянными мирами», но эта самая уникальная. Вы действительно считаете, что наши догадки верны и ей пять миллионов лет?

К ее несказанному удивлению, вопрос не обидел его. Джанглинг, видимо, намного больше, чем она предполагала, обрадовался, что она уезжает.

— Разумеется, существует вероятность ошибки, — признал он. — Но пара сотен тысяч лет в обе стороны не имеет значения. Мы нашли экосистему, изолированную от остального мира, которая миллионы лет развивалась по собственным законам. Ей нет аналога.

Алена склонила голову набок.

— Не вызывает сомнений, что вы ошибаетесь. Должны быть и другие. Теперь, когда мы обнаружили эту пещеру, следует допустить возможность существования неизвестного числа ей подобных, скрытых в чреве нашей планеты, и у каждой наверняка есть свои уникальные тайны.

Джанглинг задумчиво кивнул.

— Разумеется.

Полдюжины шагов оба молчали, размышляя над значением сказанного. Стены пещеры покрывал толстый слой серо-белых грибов, в них обитали уникальные бактерии, которые, пропуская через себя воду, двуокись углерода и сероводород, производили пищу для многих обитателей пещеры. Алена не сомневалась, что яд водяных скорпионов, убивший двоих членов первой хорватской экспедиции, заинтересует ее руководство, но считала, что бактерии, населяющие пещеру, представляют гораздо более перспективный материал для исследований. Если скрестить их с другими видами, чтобы они могли существовать в новой для себя среде… что может быть лучше полученных в результате средств существования в чрезвычайной ситуации?

Ей стало интересно, какой будет реакция ее работодателей — захотят ли они исследовать пещеру или уничтожить ее. К счастью, последнее приходилось делать редко.

— Боюсь, тут нам придется расстаться, — сказал Джанглинг, хотя вид у него был такой, будто он ни капли об этом не жалел. — У меня назначена встреча.

— Все в порядке, — ответила Алена и протянула руку. — Увидимся.

Один уголок рта Джанглинга дернулся в подобии улыбки, когда он пожал руку Алены. Впрочем, он не спешил выпускать ее из своей.