Чтение онлайн

Песнь отличается цельностью и стройностью композиции, стилистической ясностью и простотой, меткостью характеристик и веселым юмором. Все эти качества всегда заставляли считать песнь своего рода шедевром, и до недавнего времени они обычно истолковывались, как признак ее большой древности. Могк, Йонссон, Поске и другие утверждали, что она – древнейшая в «Старшей Эдде», и относили ее к IX в. Фрис показал, что по стилю и трактовке сюжета песнь эта очень близка к средневековым балладам, и датировал ее концом XII – началом XIII вв. Особенно характерны для песни параллелизмы и напевные повторы балладного типа. Была сделана попытка доказать, что автор песни – Снорри Стурлусон.

Речи Альвиса

Обрамлением песни является рассказ о том, как карлик Альвис (что значит «всемудрый»), посватавшись к дочери Тора в его отсутствие, встретился с вернувшимся домой Тором. тот различными вопросами задерживает Альвиса до восхода солнца и превращает его в камень (согласно поверью, при свете солнца подземные существа превращаются в камень). Основное содержание песни – ответы Альвиса, в которых он сообщает, как называются земля, небо, луна, солнце, тучи, ветер, затишье, море, огонь, лес, ночь, посевы и пиво в различных мирах, а именно у людей, асов, ванов, альвов, великанов (турсов, ётунов) и карликов. Но в этом распределении синонимов между различными мирами есть ряд непоследовательностей: в некоторых ответах Альвиса появляется еще и язык обитателей Хель (вместо языка альвов, ванов или карликов) и язык богов вообще. Многие из приводимых обозначений – кеннинги (например, небо – «ткач ветра», луна – «счет лет»), другие – просто поэтические синонимы.

Неясно, что представляют собой перечисленные в песни обозначения. Предполагали, что они из языка рыбаков или охотников, у которых данные понятия были табуированы. Другие считали, что песнь – своего рода версифицированная глава поэтики скальдов (Геринг, Фрис). Третьи думали, что песнь – просто поэтическая игра словами (Майсснер, Хойслер, Хельгасон). Некоторые относили песнь к языческой эпохе (Йонссон, Поске, Э.Нурен). Большинство, однако, считало, что она не древнее середины XII в. (Могк, Сейманс, Хойслер, Фрис и др.) и представляет собой подражание «Речам Вафтруднира».

Несколько строф песни сохранились также в «Младшей Эдде».

Песнь о Вёлюнде

Песнь эту обычно относят к героическим, хотя в рукописи «Старшей Эдды» она стоит среди мифологических (перед «Речами Альвиса»). В сущности это нечто среднее между мифологическими и героическими песнями. С одной стороны, ее герой – волшебный кузнец Вёлюнд, «властитель альвов». сказание о нем не имеет никакой исторической основы. С другой стороны, действие песни локализовано в реальном мире. Вёлюнд – сын «конунга финнов», а его противник Нидуд – «конунг в Свитьоде» (Швеции) и «владыка ньярлов» (что это за племя, впрочем, совершенно не известно). В песни упоминается также Хлёдвир (= Хлодвиг?), Кьяр (= кесарь, т. е. римский император?), Валлянд (Италия?) Название Ульвдалир, где происходит действие, встречается в Скандинавии. Есть в песни и скандинавский (норвежский) местный колорит: лыжи, дремучий лес, костер из сухой сосны, медвежатина. Скандинавского происхождения и некоторые личные имена в песни (Хервёр, Эльрун, Хлядгуд). Однако остальные личные имена в песни – скорее южногерманской этимологии.

В песни явно две фабулы: основная – сказание о мести волшебного кузнеца Вёлюнда и побочная (начало песни), более поздняя по стилю. это сказка о девушках-лебедях, которые улетают от тех, кто их поймал. Сказание о Вёлюнде известно также по «Саге о Тидреке», основанной на несохранившихся нижненемецких песнях, и по древнеанглийской поэме «Сетования Деора». Есть и другие указания на то, что сказание о Вёлюнде было распространено не только в Скандинавии, но и у западных германцев (изображение сцен из сказания, топонимика и т. д.)

Песнь обычно считается одной из древнейших в «Старшей Эдде». Попытки восстановить ее первоначальную форму путем сокращений и перестановок не дали убедительных результатов. В последнее время исследователи склоняются к тому, что песнь имела нижненемецкий прообраз, что само сказание – готского происхождения и что сходство этого сказания с греческим мифом о Дедале не случайно. Сходство было замечено очень давно. Еще в одном древненорвежском памятнике лабиринт Дедала назван «Домом Вёлюнда».

В рукописи заглавия нет, оно из поздних списков.

Песнь сохранилась также в рукописи АМ 748.

Первая Песнь о Хельги Убийце Хундинга

Сказание о Хельги Убийце Хундинга – несомненно скандинавского (датского) происхождения. Оно известно также по «Деяниям датчан» Саксона Грамматика. Судя по некоторым именам, историческая основа этого сказания – события V в. Но есть предположения, что основа его – миф. Географические названия (их очень много в песни) указывают, по-видимому, на Данию, южное побережье Балтики, южную Швецию (Хрингстадир – Рингстед в Зеландии (?), Эрвасунд – Штральзунд (?), Сварингсхауг – Шверин (?), Бравеллир – поле в Швеции (?) и т. д.), но многие из них явно выдуманы для украшения и стоят на границе с именами нарицательными: Химинфьёлль – «небесные горы», Сольфьёлль – «солнечные горы», Снефьёлль – «снежные горы», Логафьёлль – «огненные горы», Химинвангар – «небесные луга», и т. п.

Согласно Саксону Грамматику, Хельги Убийца Хундинга входил в датский королевский род Скьёльдунгов. Но в песни он сделан Вёльсунгом (это род Сигурда Убийцы Фафнира) и связан с героями всех других героических песен. Синфьётли, который упоминается в песни, тоже из сказания о Вёльсунгах (о нем рассказывается во «Второй Песни о Хельги Убийце Хундинга» и в «Саге о Вёльсунгах»).

По содержанию песнь приближается к хвалебным песням скальдов. В отличие от других героических песен в ней нет трагизма. Очень большое место занимают пышные описания морских боев и викингских походов. Она приближается к поэзии скальдов и по стилю. В ней много кеннингов, обильно используются в ней поэтические синонимы. Однако ее стиль все же значительно проще, чем стиль поэзии скальдов, и в песни есть романтический момент (любовь Хельги к валькирии Сигрун), чуждый поэзии скальдов. А.Бюгге доказывал, что автором был исландский скальд XI в. Арнор Тордарссон.

В середину песни (строфы 32–46) вклинивается перебранка между двумя героями – Гудмундом и Синфьётли. Такие перебранки есть и в других песнях о Хельги. Но в этой песни имеется единство и законченность, которых в других песнях о Хельги нет. Песнь обычно считается сравнительно поздней. Ф.Йонссон относил ее к середине XI в. Фрис датирует ее XII в.

Заглавия в рукописи нет. Оно из поздних списков.

Песнь о Хельги сыне Хьёрварда

Песнь эта очень фрагментарна, и упоминаемые в ней лица, по-видимому, из разных сказаний. Отношение Хельги Убийцы Хундинга (и сына Сигмунда) к Хельги сыну Хьёрварда сложно. Вероятно, это два героя, которые контаминировались каким-то образом. Большинство имен в песни скандинавского происхождения, но некоторые – севернонемецкого (Свава, Свафнир, Сигрлинн). Как и в двух других песнях о Хельги, в ней есть викингские походы, перебранка героев, валькирия, покровительствующая герою, много вымышленных географических названий. Единственное невымышленное географическое название в песни – это Норвегия (название это в песнях «Эдды» больше нигде не встречается). Но едва ли это значит, что Хельги сын Хьёрварда был норвежским героем. Имя Хьёрвард встречается в нескольких скандинавских сказаниях. В песни настолько много прозы, что она похожа на сагу со стихотворными вставками. Возможно, что в прозе пересказываются несохранившиеся древние строфы. Фрис и эту песнь датировал XII в. Ф.Йонссон относил ее к середине Х в.

Заглавия песни в рукописи нет. Оно добавлено издателями текста.

Вторая Песнь о Хельги Убийце Хундинга

И в этой песни о Хельги нет единства. Она состоит из нескольких частей, связанных прозой. Выделяется своей завершенностью конец песни (строфы 30–51) – смерть и возвращение Хельги с того света на свидание с Сигрун. Мотив возвращения мертвого к своей возлюбленной, широко представленный в народных балладах и сказках, трактован здесь с эмоциональной силой. Это единственный пример в эддической поэзии. Разные части этой песни датируются различно. Некоторые считают наиболее древними начало (строфы 1–4) и строфы, названные в песни «Древней Песнью о Вёльсунгах» (строфы 14–18). Фрис и эту песнь относит к XII в. (см. также комментарий к «Первой Песни о Хельги»).