Чтение онлайн

— А потом снова запрятывать в холодильнички?

— Именно так. Понятливый ты! — Король дотянулся и хлопнул Мило по плечу. Корона съехала набок. — Упакуйте талисманы! — приказал он слуге, похожему на сосульку.

Тот умчался с талисманами и ларцом.

— Как ты уже, вероятно, понял, — продолжал король, — перстень, что побольше, — для тебя, а поменьше — для твоего друга. Верней, для подруги… Теперь ты видишь, как я к тебе отношусь — ничего не жалею! Это потому, что ты настоящий солдат, а я уважаю воинов. Если б я не был Снежным королём, то обязательно бы стал генералом! А может, даже фельдмаршалом! Или кем-нибудь в этом роде.

Слуга вернулся с двумя коробочками на ледяном подносе. Король протянул их Мило.

— Никогда не забуду ваше великодушие! — поблагодарил Мило.

Королева тоже обратилась к супругу:

— А неплохо было бы, если б тебя, дорогой, все называли так: ваше великодушие! Это лучше, чем «ваша снежность». Благозвучнее! И по смыслу больше подходит…

— Ты права! — согласился король. Протянул ей платок, хоть она на этот раз не чихала. И вновь обратился к Мило: — Как же ты держишь путь в Джоконду?

— Насколько я помню, кратчайшая дорога лежит через королевство Сластей?

Король нахмурился:

— Это тоже опасно! Вам надо поскорей миновать эту приторную страну сладких соблазнов. Я был там с официальным визитом — и потом две недели маялся страшной изжогой: объелся соевыми батончиками!

— Мы там не задержимся! — пообещал Мило. — Кстати, как добраться туда? На чём? Сюда-то мы прилетели на журавле. Но он уже далеко…

— Мы отправим вас! — успокоил король. — Положись на меня. Вы уплывёте из нашего королевства на перламутровой раковине. Я предоставлю вам лучшую из тех, что у меня есть!

— Спасибо, ваше великодушие!

По ледяной глади, напоминавшей русло замёрзшей реки, скользила перламутровая раковина. А потом гладь незаметно кончилась, и корабль-раковина соскользнул в голубую воду. В руках у Мило вместо трезубца, которым он отталкивался от ледяной дороги, появилось весло. Люба опустила руку за край раковины, как за борт:

— Вода… И какая тёплая… Смотри, Мило! Что это с ней?

Вода стала густеть и из голубой постепенно превращаться в желтоватую, вязкую.

— Попробуй на язык! — загадочно улыбаясь, предложил Мило, не прекращая работать веслом.

Люба облизнула мокрый палец.

— Мёд… И какой душистый! Попробуй, Мило!

— Некогда лакомиться, мы приближаемся к цели! — ответил Мило. — Это уже королевство Сластей. Посмотри на деревья… Они шоколадные!

Люба оживилась. Она обломила на ходу ветку шоколадного дерева и откусила от неё кусочек.

— Шоколад с орехами! — сообщила она. И вновь потянулась за веткой.

— Будь осторожней! — предупредил Мило. — Если от всего будешь отламывать по кусочку и класть себе в рот, ты заболеешь! Что я тогда буду делать с тобой?

— Я бы хотела пожить в этой стране, — мечтательно прошептала Люба.

— Тебе бы тут надоело! Сладкая жизнь вредна для здоровья… И приедается!

За крутым поворотом медовой реки показался дворец. Издали он был похож на огромный фигурный торт.

— Смотри, Мило! — закричала Люба. — И его тоже… можно съесть?

— Это опасно! — засмеялся Мило. — Он сделан из крема, варенья и леденцов. Но дворцу уже больше пятисот лет: крем, я думаю, не вполне свежий, а варенье и леденцы, вероятно, засахарились.

Раковина пристала к берегу. Ступив на него, Люба не удержалась и нагнулась за цветком с жёлтыми лепестками. Стебель хрустнул и обломился. Люба лизнула его… Она ощутила кислосладкий вкус карамели. А лепестки цветка оказались лимонными дольками.

Мило погрозил ей пальцем:

— Ты попадёшь в больницу с диагнозом — «сахарная болезнь»!

Мило и Люба зашагали к дворцу. Под ногами у них хрустели засахаренные орешки, которыми, вместо гравия, была посыпана дорога. Всё вокруг напоминало огромную кондитерскую: по обеим сторонам росли деревья, ветви которых сгибались под тяжестью глазированных фруктов. Вскоре они вошли во дворец, который не охранялся.

Полы во дворце были выложены вафлями, а стены облицованы бело-розовым зефиром.

У Любы кружилась голова от приторных ароматов ванили, корицы и фруктовых начинок. Но она взяла себя в руки и не отставала от Мило ни на шаг.

Королева Сладкоежка Вторая полулежала на кушетке из яблочной пастилы и тянула прямо из банки сгущённое молоко, когда ей доложили о двух неизвестных, которые просят принять их.

— Пригласите! — молвила королева.

Мило и Люба вошли.

Пока Мило беседовал с королевой, Люба потихоньку отламывала кусочек за кусочком от ручки пряничного кресла, на котором она сидела.

— Да, ваше сладостное величество, моё решение окончательное: я направляюсь в Джоконду! — так, завершая беседу, сказал Мило.

— А ваша спутница?

— Отправится со мной!

— Она могла бы погостить у меня, — предложила королева Сладкоежка Вторая. — Какой же ребёнок не любит сладкого? А она, конечно, ребёнок… И ей здесь не может не нравиться. Кстати, у меня есть кое-что повкуснее, чем ручка старого кресла!

— Я нечаянно… От волнения, — стала оправдываться Люба.

— Знаешь, почему королеву зовут Сладкоежкой Второй? — шёпотом спросил у Любы Мило.

— Почему?

— Потому что Сладкоежка Первая — это ты!